Вафли по-шпионски - Екатерина Вильмонт

– А я слушала сегодня твою программу!

Какой козел этот Мануйлов… Кто он вообще такой?

Он сразу поднял голову, глаза метали молнии.

– О! Это такое дерьмо! Прыщ на ровном месте! Европеец хренов! Ничтожество!

– Но кто он такой? Чем занимается?

– Говорит, что режиссер, но никто никогда не видел ни одного его фильма. Терпеть не могу таких…

– Да он гадостный! А ты молодец, так убрал его… А кто этот Фомин?

– О, он умница, политолог с Дальнего Востока.

– У него очень ясная голова, насколько я смогла судить…

Он улыбнулся, ему было необыкновенно приятно, что ее интерес не формальный, а подлинный, и она так эмоционально все это восприняла… Девочка моя!

Утром за завтраком они пили кофе, сваренный Бобровым в турке. На вкус Марты он был крепковат и она набухала туда много молока.

– Безобразие! – смеялся Бобров. – Это же бурда, а не кофе!

– Я за завтраком не могу пить такой крепкий… Миша, а кто твоя тетушка, к которой мы поедем?

– О, она тебе понравится. Когда-то давно преподавала языки в МГИМО, заболела и перешла в толстый журнал, редактором. А сейчас давно на пенсии, но еще редактирует, бодра, свежа, упряма как осел, муж ее умер давно, там была большая любовь… детей Бог не дал… больше замуж она не вышла, хоть и была очень хороша. Меня любит. Безумно обрадовалась, когда я вернулся… И еще больше обрадовалась, когда я вчера сказал, что приеду со своей девушкой. Я по мере сил помогаю ей, и деньгами и так… по дому иной раз, кроме того привожу ей работу. Если надо что-то заказать в Интернете, это тоже моя обязанность, но мне это только в радость, она единственная из родни у меня осталась. Зовут ее Милица Артемьевна.

– Милица? Какое красивое и редкое имя…

На заднем сиденьи стояла большущая картонная коробка.

– Что это? – полюбопытствовала Марта.

– Посудомойка! Я давно хотел ей купить, но она все вопила, что ей это не нужно. Пожалуйста, поддержи меня, скажи, как это удобно!

– Ладно, скажу, – засмеялась Марта.

– А я, кстати, посмотрел, у тебя на кухне вполне встанет нормальная посудомойка!

– Миша! Ради бога!

– Почему? Я сам ее установлю, я это все умею, зачем портить такие нежные ручки… ты только представь, ушли гости, ты все составила в машинку, а утром вынула чистую посуду…

– Ну, у Вики, это моя самая близкая подруга, стоит посудомойка… Она довольна…

– Умница моя!

– Миш, а ты намерен полностью оснастить меня современной бытовой техникой? – со смехом спросила Марта.

– Понимаешь, это моя слабость. Я обожаю ходить в такие магазины, выбирать что-то, отслеживать новинки… мне это интересно. Я дурак, да?

– Почему? Вполне простительная слабость. Только прошу об одном: ты все-таки меня предупреждай, если тебе взбредет в голову купить мне какую-то хрень, вроде мульти-пекаря или яйцеварки…

– Ты чего прицепилась к яйцеварке? – засмеялся Бобров.

– Самая ненужная вещь на свете! А еще когда-то мама купила картофелечистку и так ни разу ею не воспользовалась.

– А она у тебя сохранилась?

– О нет! Я вынесла ее в подъезд, дня три простояла, никто не хотел брать…

– Скажи, а какая техника у тебя есть, чтобы я знал? Стиральную машину я видел. Кстати, как она работает?

– Прекрасно, прекрасно работает, – поспешила заверить его Марта, – ну пылесос хороший, электромясорубка, блендер, измельчитель… Вот, пожалуй, и все, хотя нет, есть еще миксер.

– А мультиварка?

– Нет! Я не хочу!

– Ладно, согласен, а вот аэрогриль необходим в хозяйстве!

– О! Аэрогриль я хочу! Хочу-хочу! В нем такая вкусная печеная картошка получается!

– Вот, хорошо! А еще у тебя электрочайник допотопный!

– Миш, ради бога, не все сразу! И учти, мне еще важен дизайн, сейчас такое разнообразие чайников, я смотрела в Интернете…

– Понял. Давай как-нибудь съездим в какой-то большой магазин и выберем вместе!

– Здорово! Мне уже хочется выбирать что-то вместе с тобой! – Марта чуть приоткрыла окно в машине. – Миш, чувствуешь, весной пахнет?

– Да! Знаешь, на даче у нас масса сирени… Любишь сирень?

– А кто же не любит сирень!

Бобров вспомнил, как в тюрьме тосковал по цветущей на даче сирени… Эту сирень посадил его отец, когда только женился на маме. И сейчас дом в мае буквально тонул в сирени. Но Марте он ничего не сказал, не хотел грузить ее разговорами о пережитом.

– Слушай, а ты пробовала Тимошу за город вывозить?

– Нет. А вдруг потеряется?

– Да не должен… Мы ему ошейничек с чипом купим. Пусть котяра свежим воздухом дышит, травку жрет. Он кастрированный?

– Да.

– Бесчеловечно! Такой славный кот… А вот мы и приехали! – возвестил Бобров минут через пять.

– Какой симпатичный дом! – воскликнула Марта. – Даже с виду уютный!

Они поднялись на крыльцо. Марта держала в руках какие-то пакеты и букет тюльпанов, а Бобров коробку с посудомойкой. Марта позвонила и почти сразу распахнулась дверь.

– О! Милости прошу, заходите! Мишка, ты что это опять припер? Поставь сейчас же и знакомь меня с девушкой!

– Здравствуйте, Милица Артемьевна! Я Марта! Миша столько о вас рассказывал!

– Вот мерзавец, а мне о вас почти ничего! Только какие-то междометия. О, она такая! Она чудо! Ну, что из этого можно понять? Только то, что мой племянник влюбился по уши! И все-таки, что это ты припер?

– О, это чудесная вещь! – воскликнула Марта. – Посудомойка! Это так удобно, просто прелесть!

– А у вас есть посудомойка?

– Пока нет, но я давно о ней мечтаю!

– Теперь будет, не сомневайтесь! Ну что ж мы стоим? Заходите, Марточка, раздевайтесь. Миша, поухаживай за Мартой, а я пока поставлю цветы!

– Спасибо за поддержку, – шепнул ей на ухо Бобров, принимая у нее куртку. – Вот тут тапочки…

– Ребята, вы голодные?

– Спасибо, родная, мы сразу после завтрака!

– Ой, я вижу у вас гриб! Можно мне стаканчик? Я с детства его не пила…

– Да, он как-то совсем из моды вышел, а я люблю! Хотите, дам отросточек!

– Нет! Я этого не переживу! – со смехом заявил Бобров. – Ненавижу эту тварь! Будешь приезжать к Миле и тут хоть залейся…

– А ты, оказывается, домашний тиран? – засмеялась Марта, ей и самой вовсе не хотелось возиться со склизким организмом чайного гриба.

– Ну, не такое уж это тиранство. Ладно, мои дорогие, вы пока общайтесь, а я пойду прилаживать посудомойку. Это недолго, она ведь настольная…