Зима. Согрей мое сердце - Алекс Хилл

За легкой неспешной беседой о предстоящей свадьбе, где Зимин, кстати, будет свидетелем, и о менее важных событиях прошлого и будущего город укрывают сумерки. Зажигаются первые фонари, привнося в летний вечер некую романтичность. Пора. Пора прокатится на колесе обозрения. Вид теперь должен быть просто чудесный.

Купив билеты, отправляемся на платформу, но тут Настя проворачивает такой финт. Я сама не толком не понимаю, что происходит. Она втаскивает меня в кабинку следом за собой и резко закрывает дверь. Лица мальчишек сейчас просто бесподобны. Смесь удивления и офигевания.

Мореева, хихикая, машет им ручкой, а после подмигивает мне.

– Пусть вдвоем прокатятся, – говорит она, занимая одно из сидений.

– Саня в бешенстве, – сажусь напротив нее и снова смотрю вниз.

Ребята занимают кабинку через две от нашей.

– Пускай. Замахал уже своей ревностью. Зыркает на Диму, словно он его враг, а не друг. Как будто того, что я выхожу за него замуж недостаточно.

– Просто он любит тебя.

– Так и я его тоже. И он знает об этом, – закатывает глаза, а после смотрит в сторону.

Медленно поднимаемся выше и выше. Вот уже мелькают верхушки деревьев. Искрящийся всеми цветами радуги фонтан и площадь остаются далеко внизу.

– Боишься? – спрашиваю, замечая как Настя втягивает голову.

– Не особо. Именно это колесо особенное для меня, – отвечает с мечтательной улыбкой на губах, а потом впивается в меня серьезным взглядом. – Что у вас с Димой?

– Что? Ты о чем? – нервная дрожь бежит по рукам.

– Ну… Между вами явно что-то…

– Нет! – поспешно перебиваю, а затем напряженно смеюсь. – Мы всегда так общаемся.

– Да? – по прищуренным глазам Насти видно, что она не особо мне верит.

– Да, – киваю для большей убедительности. – И, по-моему, он все еще неровно дышит к тебе, – последняя фраза неприятно царапает горло.

– А вот это бред. Дима никогда не испытывал ко мне ничего, кроме дружеских чувств.

– Но Саша рассказывал мне, что…

– Это был спектакль для Мора. Нужно было его как-то встряхнуть. Дима просто хороший друг.

– Это точно, – безоговорочно соглашаюсь.

Что-то в этом разговоре задевает во мне минорную струну. Дима действительно хороший друг для всех, а вот у него есть такой же хороший друг? Что было с ним, пока Саша зарылся в собственном чувстве вины? Как Дима пережил смерть Миши, ведь он тоже был его другом? В конце концов Дима тоже был на той злополучной крыше в момент, когда все случилось. И что потом? Мы все были поглощены своими переживаниями и проблемами, что просто забыли о нем. Забыли о Диме Зимине, мальчике который всегда был рядом в трудную минуту. Он-то хороший друг, а вот мы…

***

– Вот же вредная замарашка, – бурчит Мор и усаживается напротив Димы, который довольно усмехается, наблюдая за взбешенным другом.

– Она из тебя веревки вьет. Молодец.

– Пошел ты, – отмахивается Саша. – Лучше объясни мне кое-что.

– Что?

– Что за повышенное внимание к Ксю?

– Я просто соскучился, – безмятежно протягивает Зимин, избегая взгляда глаза в глаза.

Кабинка медленно ползет вверх, но ребят совершенно не интересует ни красота вида, ни высота, на которую они поднимаются.

– Не вздумай, Зима. Она моя сестра, – строго говорит Мор, нацепив на лицо ледяную маску.

– А я что? Настолько плох? – усмехаясь, говорит Зимин. – Ты же хотел, чтобы я нашел себе девушку. Вот, – взмахивает рукой в направлении кабинки девчонок.

– Не беси меня, Зима, – рычит Мор. – Ты мой друг, но…

– А что такого? Она правда мне нравится, – Дима пожимает плечами. Он себе давно в этом признался, пусть Саша тоже будет в курсе.

– Под чем ты сейчас?

– Что? – удивление вперемешку с паникой просачивается в голос Димы.

– Что ты сейчас принимаешь?

Дима и Саша выходят мрачнее тучи, чернее ночи. Оба насупленные и злые. Ну что опять? Настю не поделили?

– Мы едем домой, – безапелляционно заявляет Саня и хватает Настю за руку, утягивая на выход из парка. – Тебя, малявка, тоже отвезем.

Переглядываемся с Димой. Куда они меня отвезут? К нему домой? По выражению лица Зимина понимаю, что это не самая лучшая идея.

Выходим к дороге, и в ряде машин мелькает синий Форд. Нужно что-то делать.

– Да вы езжайте сразу в Чек, – говорю я. – Чего по городу кататься? А меня Дима отвезет.

– Нет! – отрезает Саша.

– Мор, прекрати, – недовольно вздыхает Зимин. – Я ее отвезу.

– Я сказал нет!

– Саш, ты чего? – тихо произносит Настя, касаясь ладонью его груди.

– Ксю, садись в машину, – сквозь зубы цедит Саня, глядя на Зимина.

Да что между ними произошло? Шагаю ближе к Диме чисто инстинктивно, желая хоть немного его защитить.

– Ксюша, – нетерпеливо повторяет брат мое имя.

– Не указывай мне, – раздражаюсь. – Что за цирк? Дима меня отвезет.

Беру Зимина за руку, и Саня с ужасом смотрит на наши ладони. Дима влечет меня назад, и в глазах родного мне человека начинается настоящая буря.

– Зима!

– Я просто отвезу ее домой, – успокаивающе говорит Дима, но похоже на брата это не действует.

– Хорош! – решаю самостоятельно поставить точку в этом представлении. – Я потом позвоню. Пока, – выдерживаю ледяной взгляд брата и сжимаю руку Димы, подавая сигнал, что он может уводить меня. Дима быстро соображает, чего я от него хочу, и мы уходим.

Несемся по городу с сумасшедшей скоростью, но я не предпринимаю никаких попыток осадить Диму. Просто жмусь к нему теснее, пытаясь подражать Насте. Хочется забрать часть его напряжения, но… Не срабатывает. Ну конечно. Тут немалым фактором является любовь. А ее между нами нет. И никогда не будет.

Зимин тормозит во дворе перед подъездом, я аккуратно слезаю с байка и снимаю шлем. Он протягивает руку, но больше никаких действий не совершает.

– Ты не идешь? – спрашиваю, вновь прижимая к себе шлем.

– Еще покатаюсь.

Боремся взглядами. Его уставший и в какой-то мере даже потерянный. Натягиваю шлем обратно на голову и сажусь на свое прежнее место.

– Тогда поехали, – говорю, обхватывая руками его торс.

– Я обещал твоему брату отвезти тебя домой.

– Но ты не сказал когда именно, – усмехаюсь.

– Помнишь, что я сказал тебе в парке? – поворачивает голову вбок.