Стань моей на месяц - Тая Бэк

тут прописан и никуда не пойду! — раздаётся приглушённый голос. — Хочешь, выселяй через суд!

— Ах ты крысёныш! — вновь вспыхиваю я. — Не хочешь уходить, тебя отсюда вынесут!

И тут из-под одеяла с неожиданным для такого грузного тела проворством выскакивает пассия Славика, блистая обнажёнными округлостями Кустодиевской купчихи. От такого орудия психической атаки впадаю в оцепенение. Это же помощнее, чем матросы на зебрах!

— Девушка, не смейте бить гуру, он же святой! — басит она, прикрывая дрожащего "святого" широкой грудью. — Вы сами виноваты в том, что произошло. Такого мужчину надо лелеять, а вы хотели использовать его как самца-оплодотворителя! А это же высокодуховный просветлённый человек.

Это просто какой-то театр абсурда. Даже не знаю, плакать мне или смеяться. Пытаюсь что-то произнести, но на языке лишь нецензурные выражения. Внезапно понимаю, чего я хочу сейчас больше всего: мяса! Может, это глупо в такой ситуации, но я представила огромный хорошо прожаренный стейк. Сколько я уже являюсь вынужденным веганом, пытаясь соответствовать образу Славика об идеальной женщине? Погода точно! Тут в голове зреет дьявольский план.

— Если вы ещё будете здесь, когда я вернусь вечером, то сильно пожалеете! Вместо кабачков и яблок в ход пойдёт свиная нога!

Кажется, эта угроза всерьёз пугает сладкую парочку, ибо они даже дышать перестают и смотрят на меня так, словно я самое страшное зло во вселенной. Но я уже гордо топаю к двери, параллельно набирая номер подруги.

Уже через сорок минут я поглощаю домашние котлеты, нажаренные добросердечной и отходчивой Ленкой, запивая их ледяным брютом. Вообще я не пью, мне достаточно пробку понюхать, чтобы меня начало тянуть на подвиги и приключения, поэтому алкоголь табу, да и сама пьяных не люблю, но сейчас у меня желание нарушать все запреты.

— Ле-е-е-ен! Ну почему так? — реву, накалывая на вилку очередную румяную нежнейшую котлетку. — Я же ради него на всё была готова, даже мясо есть перестала, ни разу не упрекнула, что ни копейки в дом не принёс. Я так хотела ребёночка, всё делала, а Славик ни разу даже обследование не прошёл. Всё, я умру одинокой, бездетной, и только ты придёшь плакать на мою могилу.

— Так, этому столику больше не наливать! — подруга забирает у меня бокал и даёт кружку со сладким чаем. — Не реви, найдём тебе нормального мужика. А вообще, пойдём-ка прогуляемся, что-то ты совсем раскисла. Мне как раз надо дворовых котов покормить, у меня обрезки остались.

Коты… Коты — это прекрасно. Вот когда буду старой, у меня их будет десяток, а лучше два. Чтобы хоть кому-нибудь дарить свою любовь и нежность. Коты? Хм… а это идея.

— Лен, а у тебя есть валерьянка? Ну жидкая которая? — интересуюсь с коварной усмешкой, мечтательно закатив глаза.

— Ой, точно! Давай тебе накапаю!

— Нет, дорогая! Она мне для другого нужна. Пришла пора отомстить Славику!

— Чего ты задумала? Может, не надо? — встревоженно спрашивает подруга.

Но меня уже не остановить! Всё, милый, отольются кошке мышкины слёзки! Нельзя обижать женщину, даже такую терпеливую и всепрощающую, как я!

Глава 3

— Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! — распевала я, подходя к парковке, где мой ненаглядный Славик парковал свой ещё более ненаглядный автомобиль. Ради покупки этой огромный машины мне пришлось продать старенький бабушкин дом в деревне, который любила всей душой. Но мужчина убедил меня, что нам не нужна древняя развалюха у чёрта на куличках, если всё равно нет машины, а вот как только обзаведёмся личным транспортом, то сможем вместе путешествовать, посмотрим страну. Главным аргументом в пользу покупки стало и то, что когда у нас появится малыш, понадобится большое авто, куда можно будет запихнуть все детские принадлежности.

— Кажется, она! Обычно он тут оставляет машину! — киваю на чёрный джип.

Хотя такое ощущение, что авто стало больше и новее, но списываю это на тлетворное влияние пузыристого напитка, которое и неказистого мужичка может превратить в Стетхема.

— Ир, а ты уверена, что за это ничего не будет? — испуганно спрашивает подруга, стараясь держаться в тени.

— Да ладно, а что такого я делаю? — отвечаю не я, а моя обида на подлого изменщика, помноженная на бутылку шампанского. — Всего лишь собираюсь облить корыто козла валерьянкой! Кстати, корыто куплено на мои деньги. Это я ведь работала, пока этот мудак таскался по ретритам, гуру, духовным практикам и семинарам по тантрическому сексу!

Тантрическому... Как же! Видела я этот секс, когда пришла домой раньше обычного. Что-то ничего высокодуховного я не заметила. И ладно мой ненаглядный со своей блондинистой пассией вытворял что из камасутры, не так обидно бы было. Но всё было весьма банально, пошло и прозаично.

При одном воспоминании к глазам подступают злые слёзы! Ну держи, Славик! Надеюсь, коты отомстят за меня! Со всей дури выплёскиваю содержимое пузырька на капот и лезу в сумку за следующим.

— Эй, что ты делаешь! А ну, отойди от машины, хулиганка! — раздаётся раздражённый мужской низкий голос, и словно из-под земли передо мной вырастает огромный высоченный незнакомый бугай, хватая своей мощной лапищей.

— Ирка, текаем! — вскрикивает подруга и раненым сайгаком сигает в кусты.

Мне безумно хочется последовать её примеру, но мешает железная хватка, удерживающая меня на месте.

— Ты кто такая, кто подослал? Смирнов? Висягин? Они метят на моё кресло! Что ты должна сделать? Испортить мою машину, устроить скандал и ждать, что я начну тебя бить? А в этот момент из кустов выскочат журналисты, чтобы показать стране, как кандидат в депутаты Зотов убивает несчастную девушку?

Незнакомец склоняется надо мной с высоты своего гренадерского роста и буравит меня взглядом, прожигая насквозь, а я застыла как замороженная и просто наслаждаюсь… Ну не каждый день так близко видишь эталон мужской красоты. Правда, очень рассерженный и суровый эталон. Я мимо ушей пропускаю большую часть непонятных обвинений. Хотя некоторые слова всё же умудряюсь разобрать.

— Меня никто не подсылал! Я сама машину валерьянкой облила…

Что-о-о-о-о? — ревёт красавец, будто раненый бизон. — Что ты с моей тачкой сделала, сумасшедшая?

— Извините, я не знала, что она ваша, думала, это авто моего парня, точнее, — бывшего парня. Этот козёл мне изменил! — всхлипываю я, борясь с рыданиями. Но они всё же берут верх, сметая все защитные плотины. Реву громко, навзрыд, хлюпая носом.

— Эй, ты чего? — спрашивает он ошарашенно.

— Того-о-о-о! — размазываю потёкшую тушь. — Я его с другой застала… а я… а он… Всё, никому я не нужна-а-а-а. Заведу себе десяток котов. Ой, давайте вам мойку машины оплачу. Боже, как же стыдно.

Начинаю реветь ещё