Секрет льда - Юся Нова

Повернувшись назад и сохраняя баланс на скользкой поверхности, Мелисса не сразу поняла, почему все вокруг смеялись. Но затем прыснула со смеху от нелепости ситуации.

– М-да-а, Флеминг, – протянула Мелисса и покачала головой из стороны в сторону, будто была разочарована в сопернице, – с твоей координацией, тебе бы лучше на лед не выходить. Вдруг снова поскользнешься и упадешь, а у нас впереди важная игра. Как капитан команды, я переживаю за твою физическую подготовку. Не так ли, девочки? – в конце она обратилась к собравшимся сокомандницам, и все в ответ закивали, уже с ухмылками на губах глядя на лежащую на холоде девушку.

– Да заткнись ты! Ненавижу тебя! Ты все у меня забрала! – чертыхнувшись, Патриция вскочила на ноги и только крикнула от злости в конце: – Помяни мое слово, ты еще пожалеешь, что тогда не позволила мне взять свое!

Расталкивая все на своем пути, девушка на всех парах влетела в женскую раздевалку. Она сдернула с себя обмундирование, кинула его в шкафчик, а затем бросилась остужать и приводить себя в порядок, встав под сильные струи душа.

Пока команда обсуждала эту ситуацию и предстоящие матчи, обиженная девушка успела исчезнуть из помещения, не оставив ни единого следа.

– Слушай, а не сильно ли ты ее раззадорила? Да еще и унизила так перед всеми девчонками. Она же этого так просто не оставит, – Тереза шепнула Мелиссе на ухо и чуть-чуть отодвинулась от нее, чтобы посмотреть, обратил ли кто-то на них внимание или нет.

– А по мне так в самый раз. Мне надоело, что она строит из себя непонятно кого и ставит себя выше других. Да и что я ей сделала? Она хотела меня толкнуть, но упала-то без моей помощи. Так что я тут явно ни при чем. Все это видели. – Подняв руки вверх, словно сдаваясь, Мелисса взяла в руки полотенце и пошла в душ.

Душевые кабины были разделены перегородками. Встав под воду, девушка намылила грейпфрутовым шампунем волосы и принялась очищать тело от липкого слоя пота, полученного в результате интенсивной тренировки.

Во время мытья Мелисса гадала, что такого сделала Патриции и почему та на нее так рассержена, ведь все было по-честному. Но вопросов оказалось намного больше, нежели ответов.

Закончив водные процедуры, девушка собрала вещи и медленным, но уверенным шагом направилась в сторону выхода.

Это здание уже стало для девушки родным домом. Ведь в нем она нашла отдушину, друзей, врагов и даже того, кто нравился ей вот уже несколько лет. Однако он Мелиссу никогда не замечал. Парень был одним из лучших игроков в мужской хоккейной сборной, с которой девушки делили помещение пополам, а также самонадеянным кретином.

Мелисса открыла дверь, и осенний вечерний воздух сентября заставил поплотнее застегнуть джинсовую куртку и натянуть на голову теплый капюшон. Такая погода поистине соответствовала настроению, давая возможность проветрить голову. Достав ключи и закинув рюкзак на плечо, девушка подошла к парковочным местам, где красовался новенький, переливающийся несколькими оттенками мотоцикл. Надев шлем в целях безопасности, она завела мотор и двинулась по просторным улицам города. Район, в котором жила Мелисса, был очень уютным, с уважающими друг друга соседями, готовыми помочь в трудную минуту. Его экологичность и безопасность были выше всяких похвал. Отполированные дома являлись образцово-показательными в округе: каменные плитки были идеально чистыми, а пустые дороги утопали в зелени. Люди здесь жили соответствующие, ведь только человек с достатком мог приобрести жилье в этом райском месте.

По пути домой Мелисса купила на заправочной станции любимые кокосовые батончики и, подъехав к территории дома, нажала на кнопку поднятия двери гаража, затем въехала внутрь и припарковалась рядом с машиной отца.

В гараже, как всегда, пахло сандаловым деревом, цитрусовым освежителем, что находился на самой высокой полке открытого шкафа, и лесными ягодами, которые так и не обработали после сбора. В детстве девушка часто просила отца научить ее чему-то новому и полезному, чтобы можно было в случае поломки самостоятельно найти причину и доползти до мастерской. Так и повелось, что каждые выходные отец с дочерью были неразлучны и помогали друг другу.

В гараже была дверь, ведущая вглубь дома, и Мелисса, открыв ее ключом, попала в гостиную. Девушка застала все семейство Гарсиа, расположившееся на роскошном диване за просмотром телевизора.

Пытаясь незаметно проскользнуть мимо и получить немного тишины за весь день, девушка ступила на первую ступень лестницы и уже представляла, как окажется в своей постели, но услышала противный голос мачехи, перечеркнувший все планы:

– Опять поздно приперлась? Ты бы хоть домой что-нибудь принесла из еды, а не только ее уничтожала, – сказала женщина и, хмыкнув себе под нос, перевела взгляд на телевизор.

– И тебе привет, стерва. В отличие от тебя, я работаю и учусь. А вот ты сидишь целыми днями дома, да только и ходишь делать ноготочки и прически. Как у тебя еще все волосы не отвалились от такого количества краски, не понимаю.

– Мелисса! Как ты смеешь так разговаривать со своей матерью?! – встрепенулся отец и зло посмотрел на девушку, ожидая ответа.

– Сколько можно уже повторять, пап? Эта женщина никогда не была и не будет нам матерью, – Мелисса сорвалась с места и с криком полетела к дверному проему. – Ты до сих пор не понял, что она только выкачивает из тебя деньги? Посмотри на нее! Просто красивая картинка и ничего больше!

– Замолчи, несносная девчонка! Не хочу снова слушать весь этот бред! Прочь с моих глаз, и чтобы до утра тебя не было слышно! – встав с дивана и тыча пальцем в сторону комнаты дочери, на повышенных тонах проговорил глава семейства. Кипя от злости, он буравил ее рассерженным взглядом до последнего открытого взору шага, а затем уселся обратно рядом со своей женой.

Мелисса только и слышала, как эта фарфоровая кукла пыталась успокоить свой ходячий денежный мешок. Поднявшись на второй этаж, девушка прислонилась спиной к стене, полностью обитой деревом, и принялась слушать, разрываясь от гнева.

– Джеймс, милый, ну успокойся. Все хорошо. Мы с ней поговорим, постараемся наладить отношения… – не успела женщина закончить говорить всякий бред, как отец перебил ее и проговорил:

– Она совершенно неуправляемая… Боюсь, что это будет трудно сделать. В особенности с Шелли… – вздыхая, произнес Джеймс, называя дочь ласковым именем, привычным с самого ее детства, а затем склонился в объятия жены.

– Она, конечно, не милая Маргарет, но я постараюсь найти к ней подход. Мы же обе взрослые, да еще и девочки. А девочки часто ревнуют