Легенда о яблоке. Часть 1 - Ана Ховская

Бурными овациями и выбросом в небо академических шапочек завершилась торжественная церемония вручения дипломов. Вечером состоялся выпускной бал.

После прощания с университетом София позволила себе неделю отдыха, дав уговорить себя матери и Бену посетить острова Мексиканского залива на маленькой яхте, взятой на прокат. Это был их подарок на выпускной.

София никогда прежде не чувствовала себя такой счастливой в кругу семьи. Она любовалась природой, отдыхала душой и телом и умилялась при виде нежных, трогательных отношений матери и крестного. Они были так счастливы вместе, и их ликование заражало окружающих. Они оба словно светились изнутри, каждый их жест, каждое слово были пронизаны чуткостью, уважением и глубокой любовью друг к другу. София впервые видела свою мать такой воздушной, одухотворенной, казалось, даже черты ее лица стали более мягкими, женственными и улыбалась она как-то по-другому, и говорила, и смотрела.

Когда яхта пристала к очередному причалу, Логан сошел на берег, чтобы купить фрукты и напитки. София и Хелен остались загорать на носу палубы.

София перевернулась на другой бок лицом к матери и, подпирая голову ладонью, мягко спросила:

– Скажи, ты счастлива?

– Я?!– отозвалась Хелен и восторженно вздохнула.– Я нахожусь в состоянии цветения. Не знаю, как это описать…

София хихикнула.

– Серьезно!– заметила Хелен.

– Извини, это так поэтично,– пояснила дочь.

– Я вспоминаю вечера с Ланцем и сравниваю с вечерами с Беном. Удивительно, но, живя много лет с твоим отцом, мы больше молчали, оставаясь наедине. Если бы не существовало газет и телевизора, а потом и вас всех мы бы… Я не знаю, что бы мы делали! А с Беном мы разговариваем часто, охотно, подолгу, смотрим на огонь в камине и говорим, говорим, говорим… И даже наше молчание наполнено смыслом. Знаешь, если двое могут молчать очень долго, не испытывая неловкости и дискомфорта, это значит, между ними есть что-то родственное…

София мечтательно вздохнула и окинула лицо матери ласковым взглядом.

– Он так заботится обо мне, словно пытается наверстать все то, что не успел дать мне за годы одиночества. Какой он нежный и обворожительный!– продолжала откровенничать Хелен.– Счастлива ли я? Я упиваюсь блаженством! Иногда мне даже кажется, что я сплю. Это неописуемо приятно… Столько лет потеряно зря… Мне нужно было уехать с Беном хотя бы тогда, когда он переезжал в Хьюстон.

– Надеюсь, ты не сожалеешь о том, что это мы явились причиной твоего выбора?

– О, как ты можешь такое говорить? Не обижай меня такими словами, стрекоза!– возмутилась мать.

София улыбнулась и поцеловала ее в висок.

– Должно быть, это действительно делает тебя счастливой! Я еще никогда не слышала от тебя таких слов и так много!

Хелен восторженно закивала.

– Мама, можно, я задам очень деликатный вопрос?– сказала София, смущенно пряча взгляд.

– Давай…

– Я – дочь Бена?

– Что?!

Хелен выгнула спину и закашлялась от неожиданного вопроса, но сглотнув и отдышавшись, посмотрела прямо в глаза дочери и твердо, без колебания ответила:

– Нет, Софи. Ты – дочь Ланца Дьюго. Не понимаю, что заставило тебя думать иначе?

– Мама, я только спросила… Я не осудила бы тебя, если бы это было так. Я всегда чувствовала куда большее родство с Беном, чем с отцом. И если бы ты сказала «да», я была бы только счастлива.

Мать задумчиво покачала головой и откровенно призналась:

– Я тоже была бы счастлива. Ведь тогда я была бы с Беном, а не с Ланцем… Но… достаточно о покойном отце. Пусть ему там будет спокойно. Я его не осуждаю, за все простила… Каждый живет тем, что ему дано. Не хочу оглядываться на прошлое. Меня слишком захватывает настоящее.

– Я за тебя очень рада и спокойна. За последнее время у меня ни разу не возникло тревожной мысли о том, где же мама, что она сейчас чувствует, чем озабочена. Почему-то я уверена, что у тебя больше нет черных дней.

– Это верно.

– Тебе очень повезло,– как-то тоскливо произнесла София и опустила голову на сложенные перед собой руки.

– Мне показалось, или ты расстроена?

– Нет. Я в порядке,– скрыла правду София и тут же перевела разговор на другую тему.– Знаешь, чего мне сейчас до жути хочется? Сочной клубники!

София облизала губы, причмокнула и ловко поднялась с коврика.

– Я скоро вернусь.

Хелен проводила дочь беспокойным взглядом и повернула лицо к солнцу.

– Тебе обязательно повезет, стрекоза моя!– с материнской нежностью вполголоса проговорила она.

***

Вернувшись из плаванья, София, недолго думая, достала из ящичка рабочего стола письма с приглашениями на работу и стала отбирать предложения, наиболее полно отвечающие ее интересам, с возможностью карьерного роста и усложнением задач в дальнейшем. Все они сулили ей более или менее стабильное будущее, но за многими из них стояла чисто исполнительская работа, что-то вроде «помоги», «доделай», «заверши», «проверь», но не «сообрази», «контролируй» или «создай». Софии хотелось в полной мере проявить творчество и весь свой потенциал, хотелось ответственности за что-то серьезное, а не подчищать ошибки нерадивых пользователей сети. И все же ее взгляд остановился на фирменном бланке Департамента по борьбе с экономическими преступлениями, где в тексте были выделены слова «с последующим переходом в административную группу», что означало заведывание головными терминалами и работа с базами данных, через которые София могла быть связана со всеми серверами Хьюстона и не только. А это уже была настоящая работа – глобальная сеть. К тому же ее радовал и тот факт, что в департаменте работал брат. Из-за его частой занятости они так редко виделись. Теперь София могла быть ближе к нему.

Чтобы быть полностью уверенной в своем выборе, она позвонила мистеру Кроу и в первом же предложении объявила о своем решении.

– Я этого не ожидал!– растерялся Брэд.

– Не беспокойся, я не буду тебе надоедать. Только будь объективен и скажи, как тебе эта идея?

Кроу пробормотал в трубку что-то нечленораздельное:

– М-н-у-ну…

– Брэд, что за игры? Я просто прошу твоего одобрения!– возмутилась София.

– Мисс Мэдисон, это неплохая идея,– деловито начал Брэд.– Первое время будет трудновато, потому что в том отделе, куда тебя возьмут, сидят одни помешанные, совершенно оторванные от реальности парни. Если тебя это не пугает, – добро пожаловать!

– Что ты хочешь сказать? Это чокнутые? Или извращенцы?

– Нет, они слишком умные, чтобы быть извращенцами. Скорее, они отшельники-интеллектуалы и вряд ли поверят, что женщина в их сфере на что-то способна. Тебе не придется ждать от них непристойного поведения, но ты будешь чувствовать себя среди них чужой.