Когда тебя настигнет судьба - Эбби Глайнз

Никак не реагируя на его подколки, я обошел машину и встал со стороны пассажирского места. Мне совсем не хотелось будить Блэр и отпускать ее к Бети. Мне вообще было страшно расставаться с ней. Я боялся, что она больше не подпустит меня так близко. Этого нельзя было допустить. Я решил действовать постепенно, но так, чтобы у нас было будущее. Только после целого дня рядом с Блэр было очень тяжело начинать все сначала.

Я отстегнул ремень безопасности. Она даже не пошевелилась. На щеку Блэр упала прядь волос, я не сдержался и осторожно убрал ее за ухо. Как же она прекрасна! Я не мог потерять ее. Только не это. Мне надо было найти способ вернуть ее. Я должен был помочь Блэр залечить ее раны.

Ее веки дрогнули, она открыла глаза и посмотрела на меня.

– Мы приехали, – шепотом, чтобы не напугать ее, сказал я.

Блэр выпрямилась на сиденье и сонно улыбнулась:

– Извини, я снова уснула.

– Все хорошо, тебе, наверное, надо отдохнуть, я не против.

Я мечтал, чтобы она осталась в машине, но не мог на этом настаивать. Поэтому я просто помог ей выйти. На языке вертелся вопрос – увижу ли я ее завтра? Но я не решился спрашивать – слишком рано. Я не должен был на нее давить.

– Ну, увидимся как-нибудь, – сказал я.

– Хорошо, конечно увидимся, – ответила Блэр и слабо улыбнулась. – Спасибо, что помог. Деньги за бензин я тебе верну.

К черту этот бензин!

– Нет. Никаких денег мне не надо. Я просто был рад помочь.

Блэр хотела сказать что-то еще, но осеклась. Она лишь кивнула мне, развернулась и пошла к дому.

В первый рабочий день Вудс определил меня в ресторан. В смены завтрака и ланча. Не повезло. Я стояла у входа в кухню и внутренне готовилась не реагировать на запахи. Дома утром меня подташнивало, поэтому я заставила себя проглотить два соленых крекера и запила их имбирным элем, но ничем другим я себе помочь не могла.

Как только я остановилась перед кухней, в нос сразу ударил запах бекона. О господи, опять этот бекон…

– Знаешь, солнышко, если хочешь работать, тебе все-таки придется туда войти, – растягивая слова, сказал Джимми у меня за спиной.

От неожиданности я резко развернулась и увидела, что он улыбается.

– Готовят здесь вполне сносно, так что визгов недовольных клиентов можно не опасаться. И потом, насколько мне помнится, раньше ты ловко дурила им голову.

Я заставила себя улыбнуться в ответ:

– Ты прав. Я справлюсь. Просто подумала, что еще не готова ко всяким вопросам.

Это, конечно, было правдой лишь отчасти.

Джимми открыл дверь, и запах буквально обрушился на меня. Яйца, бекон, сосиски, чад… О нет. Я покрылась холодным потом, в желудке закрутило.

– Я… э-э… я только заскочу кое-куда, – сказала я и как можно скорее, но так, чтобы не сорваться на бег, пошла в туалет.

Со стороны мое внезапное бегство наверняка выглядело подозрительно.

Закрыв за собой дверь кабинки, я опустилась на колени на холодный кафель и выдала унитазу все, что съела за вечер и утро.

Потом начались пустые потуги, и когда я наконец встала на ноги, от слабости у меня кружилась голова. Я вытерла лицо влажным бумажным полотенцем. Белая рубашка поло прилипла к мокрому от пота телу. Хорошо бы переодеться.

Я прополоскала рот и аккуратно, насколько это было возможно, оправила рубашку. Оставалось только надеяться, что никто ничего не заметит. Я должна была выдержать это испытание. Просто иди через кухню, задержав дыхание, сказала я себе. Это должно помочь. Каждый раз перед входом на кухню надо сделать глубокий вдох. Просто как следует все просчитать.

Открыв дверь, я сразу натолкнулась на Вудса. Он стоял, прислонившись спиной к стене напротив туалета. Скрестил руки на груди и внимательно смотрел на меня. Я опаздывала на смену.

– Извини. Я знаю, что опоздала. Просто надо было выдохнуть перед стартом. Обещаю, это больше не повторится. Я задержусь и отработаю…

– В мой офис. Немедленно, – коротко бросил Вудс и пошел по коридору.

У меня дрогнуло сердце, но я последовала за ним. Я не хотела разозлить его. Мне так нужна была эта работа. Я настроилась остаться в Розмари, пока не решу, что делать дальше, и мне не хотелось никуда уезжать. Пока не хотелось.

Вудс открыл передо мной дверь, и я вошла в его кабинет.

– Извини, мне правда жаль, что так получилось. Пожалуйста, не увольняй меня. Просто я…

– Никто тебя не увольняет, – перебил Вудс.

О…

– Ты была у врача? Я так понимаю, ребенок от Раша. Он знает? Потому что, если он знает, а ты в таком состоянии работаешь здесь, в клубе, я лично сверну этому уроду шею.

Вудс знал. О нет, нет, нет. Я затрясла головой. Это надо было как-то остановить. Вудс не мог об этом знать. Никто не должен был об этом знать.

– Я не понимаю, о чем ты, – сказала я.

Вудс приподнял бровь:

– В самом деле?

Недоверие в его голосе нервировало меня. Он бы не купился на ложь. Но я должна была защитить своего малыша.

– Он не знает, – честно ответила я. – И пока я не хочу, чтобы знал. Я должна найти способ справиться с этим сама. Мы с тобой оба знаем, что Раш этого не хочет. Его семья возненавидит моего ребенка. А я не допущу, чтобы моего ребенка кто-то ненавидел. Пожалуйста, пойми меня.

Вудс выругался вполголоса и провел рукой по волосам.

– Но, Блэр, он заслуживает того, чтобы знать.

Да, Вудс был прав. Но, с другой стороны, когда этот ребенок был зачат, я еще не знала, как сильно испортятся наши отношения. Я не знала, что у нас не будет будущего.

– Они ненавидят меня. Ненавидят мою маму. Я не могу. Пожалуйста, прошу тебя, дай мне доказать себе, что я смогу справиться с этим сама. Я расскажу ему, только сначала мне необходимо встать на ноги. Хочу быть уверенной в том, что я, после того как расскажу ему, смогу уехать и жить самостоятельно. В этот раз неважно, чего хочет он или чего хочу я. Я сделаю то, что лучше для ребенка.

Вудс еще больше нахмурился. Мы стояли друг против друга и несколько секунд молчали.

– Мне все это не нравится, но это не моя история, и не мне ее рассказывать. Иди переоденься, а потом зайди к Дарле. Сегодня можешь работать на карте. Дашь мне знать, когда кухонные запахи перестанут быть для тебя проблемой.

Я была готова броситься к нему с объятиями. Вудс не давил на меня, чтобы я рассказала о своем положении, и не отсылал в утреннюю смену в зал. Раньше я любила бекон, но теперь… Я просто не могла вынести этот запах.

– Спасибо. К ужину я буду в норме. У меня это бывает по утрам, ну и днем иногда.