Хороший мальчик - Эль Кеннеди

– Ох, Джесси. – Уэс хватает меня за плечи и обнимает. – Все будет хорошо. У жуткой соседки тоже мандраж из-за первого дня.

– Ты ее не видел, – замечаю я.

– Она тот еще фрукт, – соглашается мой брат. – Ну и что? Даже если она получит Нобелевскую премию к началу второй недели учебы, это не значит, что ты не справишься.

– Конечно, – усмехается Уэс, выпуская меня из объятий. – Ты – Каннинг, а они достаточно умны, чтобы сейчас выпить пива и посмотреть первый матч «Вечернего футбола по понедельникам». Играют Найнеры.

Колеблюсь. Я собиралась перечитать расписание на первую неделю и запомнить карту кампуса. Но их квартира всего в нескольких шагах, семестр еще не начался, а сейчас будет играть моя команда.

– Хорошо. Я за.

Через несколько минут я держу пиво и думаю, где мне сесть. Этот вопрос не должен быть сложным. Уэс и Джейми заняли противоположные концы дивана, сев боком и небрежно переплетя ноги. Все их внимание направлено на экран. Вот только его мне не видно с барного стула, на который я взгромоздилась.

– Блин, – стонет брат, показывая бутылкой пива на телевизор. – Джесси, ты можешь в это поверить?

Я иду за диван, чтобы застать повтор перехвата, делать который нашему квотербеку[19] не следовало. Черт побери, никто же не был открыт. Ему надо было просто выбросить мяч за пределы зоны.

– О боже. Так нельзя.

Это хорошая игра. Вся семья любит американский футбол – это наше общее увлечение. Я взъерошиваю волосы Джейми, чтобы утешить его после ужасного хода.

– Сядь, – говорит брат, показывая на очевидный предмет мебели. Тот, которого я избегала, едва переступила порог. – Массажное кресло – это потрясающе, – добавляет он.

Ладно.

Я подхожу к креслу так, как я бы подходила к кровавому месту преступления, – с любопытством и дискомфортом одновременно. Оно до сих пор выглядит совершенно новым, с мягкой кожаной обивкой и глубоким сиденьем.

– Что-то не так? – спрашивает Джейми. Он смотрит на меня, словно я выжила из ума.

– Совсем нет! – Я поворачиваюсь и сажусь на самый краешек кресла.

Но воспоминание все равно возвращается. В тот мартовский день я была невыспавшейся и очень напряженной. Я прилетела ночным рейсом из Сан-Франциско в Торонто, чтобы позаботиться о Джейми в первое время после его выписки из больницы. Когда я постучала в дверь квартиры, мне открыл Блейк Райли.

Мы с ним сразу же не поладили и стали спорить из-за каждой мелочи: кто даст Джейми воду, чем накормим его на обед. И все это время я отлично осознавала, как он прекрасен и сколько места в комнате занимает его мускулистое тело. Это слишком сильно отвлекало, и мне это не нравилось. Я попросила его уйти, но кретин отказался.

Когда Джейми лег проспаться после болезни, все приобрело странный оборот.

Я села на диван, вся в слезах. Я беспокоилась за Джейми и была озабочена кучей вещей в жизни. У Тамми только что родился ребенок. Я рассталась с парнем. И моя новая карьера началась всего несколько недель назад, а меня уже одолевали сомнения по поводу организации праздников.

Усталая и уязвимая, я сидела там, пытаясь скрыть неудовлетворенность, тайком вытирая глаза рукавом футболки.

Блейк начал подкатывать. Этот парень как большой слюнявый пес. Пусть вы и встретились только что, он уже хочет вылизать тебе все лицо и оттрахать ногу. Спустя три секунды после того, как я начала плакать, он принес стакан воды и стал вытирать мне лицо салфетками. Когда это не сработало, он взял меня на руки, точно я весила не больше диванной подушки, и посадил себе на колени.

– Шшш, – сказал он. – С Бомбой Джеем все будет хорошо. Он сильный.

Я всхлипнула и взяла себя в руки. Но ночной рейс сделал меня необычайно эмоциональной. Я рассказала Блейку обо всех своих проблемах. Как бросила Рэйвена: он настаивал, чтобы мы съехались, а я вообще не могла представить нашу совместную жизнь. Что мой выбор профессии всегда оказывается неправильным.

– Ты большой комок стресса, Джесси, – сообщил он. – У меня как раз есть средство от этого.

– Да?

– Шотландский виски.

Принимать бокал односолодового было серьезной тактической ошибкой.

Я пила и смотрела с Блейком фильм. Стала еще более сонной и сентиментальной. Мужчина сходил проверить Джейми и, вернувшись, сказал, что брат спит как младенец.

– Он был таким милым в детстве, – икая, сказала я в свой бокал. – А у меня никогда не будет ребенка, потому что я не могу оставаться с мужчиной дольше десяти секунд. – Из глаз опять начали литься слезы.

– Шшш, – опять попытался успокоить меня Блейк. – Пора прибегнуть к тяжелой артиллерии.

– Что?

– Попробуй это, – сказал он, поднимая меня в воздух. Мгновение спустя мы приземлились на массажное кресло. Оно было предназначено для одного человека, но Блейку было все равно. Он в своей обычной манере откинулся назад, располагая меня у себя на коленях. Послышался щелчок, и кресло начало жужжать. – Вот это я понимаю, – протянул он. Это было… что-то новое. Волна гармонии прокатилась по телу. Большие ладони накрыли плечи и начали их массировать.

– А-а-ах, – простонала я.

– И не говори. По-моему, нужно поставить по одному такому в каждой комнате в квартире. – Он поцеловал меня в затылок, и это даже не показалось странным. Я перевела уставший, пьяный взгляд на телевизор. Там показывали любовную сцену между главным героем и начинающей актрисой, которую он пытался защитить от мафии. Персонаж толкнул ее на кровать и взобрался сверху.

– Ух, – фыркнул Блейк позади меня. Он тоже смотрел фильм.

Вот тогда я осознала, что его тело стало тверже. Сильно тверже.

Сидя на этом же самом кресле спустя шесть месяцев, я начинаю сомневаться в реальности воспоминаний. Потому что прижимавшаяся ко мне в кресле твердая длина была такой абсурдно внушительной, что это казалось невозможным. С того момента я не могла больше ни о чем думать.

Когда я закрываю глаза, чтобы глубже погрузиться в воспоминания, дверь в квартиру Джейми распахивается и ударяется о стену.

– Уэсми! – зовет Блейк. – Что смотрите?

Я резко вскакиваю на ноги, словно массажное кресло ударило током.

Блейк останавливается, замерев в дверном проеме.

– Малышка Джей. Добро пожаловать в Торонто.

– Спасибо, – несмело говорю я. Взгляд на брата и его мужа лишь немного успокаивает. Игра возобновилась, поэтому они не заметили моего странного поведения. А присутствие Блейка настолько привычно, что на него они тоже не обратили внимания.

Гость идет на кухню, чтобы поставить на стойку принесенную с собой упаковку пива. Он берет бутылку, открывает ее и снова пересекает комнату.