Шакалота. Птичка в клетке - Елена Филон

— Лиз, ты должна это сделать. Ты даже сомневаться права не имеешь! Если ты попалась, то уже всё — выхода нет, дверка захлопнулась. И поверь… они не лгут. Компромат есть на всех, и ты — не исключение.

— Но что на меня может быть?

— Да что угодно, — пожимает плечами, оглядывается по сторонам и говорит ещё тише: — Сашу Романовича помнишь?.. Из твоей параллели. Учился с Костей Рысиным в одном классе, сидел с ним за одной партой вроде… Так вот, Романович тоже не верил, что на него что-то есть. Отказался играть, и где сейчас Саша Романович?.. — Усмехается и качает головой. — Хрен знает где! Удалился из всех соцсетей, а родителей даже в другой город переехать уговорил.

— Подожди… ты откуда знаешь, что причина в отказе от игры?

— Пф-ф… все знают. Если молчат и вслух говорить об этом боятся, ещё не значит, что они олени тупоголовые и не видят, что у них перед носом происходит. Судьи — не только школьники. А кто хочется связываться со старшими? В точку! — щёлкает пальцами. — Никто.

— Кроме тебя, — мягко сказать не получилось. Вероника тусуется со старшими. А где Вероника, там и Полина с недавних пор.

Так. Ладно. Не об этом сейчас.

— Так… его видео слили? Романовича?

— Да, — будто проще не бывает, отвечает Полина. — Говорят, что на одном из уроков ему на телефон видюшки начали приходить, порнуха всякая, ну и… того накрыло, почувствовал себя экстремалом, попросился в туалет и ненавязчиво подрочил в одной из кабинок. Впоследствии это видео увидели все.

— Они снимали его?! — шёпот звенит от возмущения. — Но это же… это вторжение в личную жизнь!

— Это, Лизка, — невесело усмехается, — дрочилово в школьном туалете. Извращение, чтоб ты лучше понимала, — морщится. — Вообще пофиг мне. Говорю, что знаю. Нет на тебя компромата — они сделают, будь уверена, а я лично, переезжать в другой город желанием не горю. Да и… — озирается, — говорить с тобой слишком долго — тоже опасно. Я не могу трепаться. Они всегда следят.

— А дома? Или мы уже не сёстры?

И Полина промолчала.

Ну вот теперь по-настоящему страшно стало.

Это ж как психологически к человеку подобраться надо, чтобы тот, будучи уверенным в своей чистоте и порядочности, засомневался в этом и почувствовал себя грязным, позорным куском мусора?..

Вот как я сейчас себя чувствую.

— То есть, — смотрю куда-то сквозь сестру, которая надувает розовый жевательный пузырь, — об этой игре знают все? Просто…

— Просто они не идиоты, чтобы говорить о ней громко и с выражением. Думаешь в школе много желающих на твоё место?

— Они знают, что я…

— Нет. Вряд ли. Все знают о какой-то тайной игре, шепчутся и всё такое, это же школа, но в детали никто не посвящён. Так что помалкивай, серьёзно. А то узнают, и будет тебе вдвойне весело.

Смотрю на надкусанный пирожок с рисом и чувствую, как тошнота подкатывает к горлу.

— Кто он? Знаешь уже? — не слышу любопытства в голосе сестры. Лучше меня знает, что не могу ответить.

— Саша Романович, — перевожу тему, — он ведь заложил их? Игру, куратора своего?

Полина сморит так, будто глупее вопроса от меня услышать не могла.

— Ну и что с этого? Кто ему поверил?.. Видео удалили со всех серверов, но как найти того, кто залил его? Поверить на слово? Романович кричал, что это Оскар во всём виноват — чувак, который даже в школе нашей не учится, понимаешь? А какое Антошке дело до того, кто не учится в его школе?..

— Кто был твоим куратором?

— Опять допрос начинается, — Полина закатывает глаза. — Зачем ты вообще в школу вернулась, если на уроки не ходишь?

— Ты знаешь зачем, — автоматически сжимаю в кулаке разорванную открытку.

— А-а-а, ну да, — с ироничным видом кивает, почёсывая затылок, так что голубые волосы становятся дыбом. — Найти того чувака хочешь? — смеётся надо мной. — Зачем, Лиз? В глаза ему посмотреть хочешь? По морде за меня врезать? И что? Легче станет? — Перегибается через стол и шепчет уверенно: — Мне плевать. Когда Ты уже поймёшь это? Когда тебе плевать станет? Я себя отлично чувствую, лучше, чем когда-либо, уясни, а? Забей на него! Думай о себе! Пройди эту игру хренову и забудь вообще о ней!

Шумно отодвигает стул и вскакивает на ноги, забрасывая рюкзак на плечо:

— Иди на уроки, систер.

— Теперь я не уверена, что мне всё равно, — говорю, думая о флэшке.

Полина фыркает и всплескивает руками:

— Понятное дело! Никому не всё равно. Все хотят жить.

— Я согласилась, — сверлю взглядом светлую столешницу.

— Что?

— Я сказала пароль, — медленно перевожу взгляд на Полину и нахожу её растерянной. — И если ЭТО только первое задания, то каким будут остальные четыре?..

* * *

Яроцкий сделал мне огромное одолжение, когда решил, что с уроком математики его сегодняшние занятия закончились. Свалил куда-то, предоставив всю парту в моё распоряжение, так что в кои-то веки остальные пять уроков мною сорваны не были.

Другое дело — мысли.

«Сосредоточься на учёбе, Лиза»! — вообще не помогло.

Игра, куратор, задание, флэшка — всё, о чём могла думать. Как зависимость какая-то, паранойя! И как тут программу догонишь? С такими темпами конец мне на экзаменах и ЕГЭ, и на запланированном медицинском институте тоже крест ставить можно будет.

— Ты как? Норм? — Зоя — единственное светлое пятно в суровых школьных буднях. Чем больше общаюсь с ней, тем больше нравится эта девчонка. Простая, без пафоса всякого. — Ты если что обращайся. Вдвоём страдать проще будет, — и весело так рассмеялась. Милая. — Хрю-хрю. — Но странная иногда.

Вот тут-то я и поняла, что помощь Зои мне необходима. Уже. Зря она предложила.

— Ты серьёзно? — спрашивает и смотрит огромными, но блестящими глазами, после того, как я рассказала ей свой…эм-м… план. Планом это как бы сложно назвать, да и соврать пришлось, что это моя больная идея, а не часть некой тайной игры под руководством главного садиста школы, но…

— Круто! — хлопает меня по спине и так счастливо улыбается, что не по себе становится, ведь отчасти Зоя услышала враньё. — Я живу с бабушкой, она будет рада, узнав, что у меня, наконец, подруга появилась. А то уже по шаманам ходить всяким начала, проклятие какое-то на мне нашла, прикинь? Травы жжёт. Верёвочки к кровати привязывает. А ночью бывает, проснусь, стоит надо мной со свечкой и крестится. Я говорю «Бабуль, иди спать». А она мне «Погоди, Зоюшка, чертов ещё не всех прогнала».

— Жуть какая…

— Нормуль. Беруши в уши и можно дальше спать. Так вот, можешь остаться у меня сегодня, мы всё и сделаем, м?

Эм-м… как бы это помягче ответить?