Волчья кровь - Агния Моор

лестницу между вторым и третьим этажом. Ничего примечательного, просто открытое окно, кто-то мог забыть его закрыть. Она выглянула из окна, и сомнений не осталось: внизу шумела река, прямо под стеной неприметная отмель, а на ней уже исчезающая борозда, полная черной воды — след от лодки. Под окном на двух крюках, торчащих из стены, висела, постукивая о каменную стену, веревочная лестница.

«Если перекроем этот ход, станет только хуже, не будем знать, как он придет в следующий раз. А если не перекроем и потом не поймаем…» Кобра спустилась по лестнице на мягкий песок и присела на корточки, осматривая следы ног, ведущие к размытой водой борозде.

«Кто-то в замке ему помогает. Риндану все это дерьмо понравится даже больше, чем мне».

21

Эрин разбудил настойчивый стук в дверь. Она с трудом разлепила глаза: последние пару недель высыпаться не удавалось. Вот и сегодня кто-то разбудил еще до рассвета, хотя только вчера был праздник, и все должны были отсыпаться. Значит, это не просто сосед или посыльный от клиентов травниц, это Королевская кобра, что-то случилось. Эта мысль мгновенно пробудила Эрин, она быстро накинула на плечи куртку, прикрывая ночное платье, и выглянула за дверь.

На пороге стоял бродяжка, мальчишка запыхался и шумно втягивал воздух. На грязной штопаной-перештопаной курточке блестела приколотая зеленая стрекоза. Бродяжки сушили стрекоз, обливали смолой и обтачивали по форме насекомого. Чем целее крылья и ноги у стрекозы, тем новее брошь. Мальчишкина стрекоза уже лишилась половины одного крыла и нескольких лап.

Увидев Эрин, он сразу протянул ей записку и тут же умчался, не говоря ни слова.

Эрин развернула смятую чуть влажную бумагу. Ее развеселила записка: лазутчицы давно не посылали травницам весточек. В них многострадальному господину Лауару постоянно требовались то травы от желудка, то прижигание бородавки на пятке, то порошок от мигрени. Сейчас записка искрилась бешенством писавшей ее Кобры: «У господина Лауара свербит под хвостом, возможно, это вожжа, срочно несите любые порошки!».

Раз у Кобры было время и настроение искрить, значит, все не так плохо. Эрин быстро оделась и нанесла на лицо черные узоры, взяла лук и уже собралась уходить, как вошла проснувшаяся Айрин.

— Что-то случилось?

— Пока не знаю, Кобра зовет срочно в замок, — Эрин отдала записку Айрин. — Подозреваю, что кто-то разбушевался больше необходимого, вероятно, Риндан. Ну, и тебе больше не требуется наш присмотр, похоже, ангрифы действительно отлично помогают, — Айрин согласно кивнула. — Не забудь отнести травы для Медэни, она заказывала пару дней назад, — и Эрин исчезла за потайной дверью.

Айрин сонно глянула в записку, не разобрала ее содержание, машинально сунула в огонь свечи и положила огарок на латунную тарелку подсвечника. Она легла на кровать, предвкушая продолжение сна, но как только голова коснулась теплой подушки, желание спать вдруг улетучилось. Айрин вспомнила, что сегодня договорилась встретиться с Ариданом.

Сердце забилось чаще, сладкое предвкушение встречи опьяняюще затопило голову. Она поймала себя на том, что глупо улыбается своей подушке. «Раньше было не так», — что-то внутри забило тревогу, страшась утонуть в сильных чувствах. Раньше случился подмастерье одного знаменитого на побережье ювелира, приглашенного в столицу накануне дня рождения старшей принцессы Янталь. Волчья кровь несколько дней провела с ним, пока они охраняли ювелира от запланированной Лагерем воров кражи огромного синего алмаза. Как выяснилось позже, кто-то заказал украсть именно необработанный алмаз, и как только диадема для принцессы была готова, интерес воров полностью угас.

Айрин попыталась вспомнить лицо подмастерья, но помнила только его мягкие каштановые волосы. Она не открыла ему своего лица и имени, даже когда они провели вместе ночь. Для Айрин это было тогда впервые, возможно, не прячась за личиной лазутчицы, она бы не осмелилась и еще повременила, но под маской Волчьей крови жажда нового опыта усиливалась многократно: любопытство разбирало сильнее и оттесняло все сомнения, а и без того привлекательный молодой мужчина становился еще соблазнительнее. Однако происходящее с Волчьей кровью иногда будто подергивалось дымкой и ощущалось как нечто нереальное, ненастоящее. Вот и в тот раз подмастерье понравился ей, но его волнующие до дрожи ласки не вызывали в душе даже отголосков той бури чувств, которую поднимал в ней сейчас Аридан.

«Какая же глупость, мы с ним даже за руки не держались, какое детство!» — Айрин попыталась отмахнуться от мыслей об Аридане, от перебирания каждого безумно короткого мгновения, когда он смотрел на нее или касался. «Не было еще ничего, о чем тут думать!» Она надела серое платье и заплела косу. Стало светать, и она решила собрать травы для Медэни, чтобы сразу же отнести ей. «А вдруг он придет, когда меня не будет дома?» — тревожно блеснула мысль, и Айрин разозлилась. «И хорошо, и пусть уходит, и пусть в чертову бездну проваливает, откуда он взялся!»

Она поднялась на чердак, где гирляндами висели пучки разноцветных сухих трав, и стала собирать сумку для городского лекаря. Каждый пучок укладывала в кусок ткани или мешок, некоторым травам требовались стеклянные банки или кожаные мешочки, это зависело от их хрупкости и свойств.

Когда сумка была готова, уже поднялось солнце, и на улице послышались голоса первых прохожих. Айрин решила отнести травы сейчас, не дожидаясь Аридана, и закинула сумку на плечо. Она оказалась тяжелее, чем предполагала Айрин, и в боку заныла почти зажившая рана. Ее захлестнули яркие вспышки воспоминаний. Она уже пару дней не думала о Черной смерти, смогла мысленно отгородиться от него, но боль заставила вспомнить. Ее будто придавила к земле гнетущая тень наемника. Все прочее, полное легкости и радости, улетучилось, и, нахмурившись, с посеревшим лицом она вышла из дома на улицу.

Яркое солнце только усилило ее тревогу, разливавшуюся сейчас болью в голове и плечах. «Может, он все-таки погиб? Он должен был потерять много крови. А если нет, то заражение крови тоже возможно. Кобра могла прострелить ему артерию. Пожалуйста, хоть бы он…»

— Айрин!

Голос будто вырвал ее из черной воды на поверхность, так что она не сразу сообразила, кто ее зовет, и остановилась, оглядываясь по сторонам, словно только что проснулась.

Аридан подошел к ней вплотную и коснулся ее плеча, мягко улыбаясь.

— Я как раз шел к тебе, немного заплутал. Ты уходишь?

Айрин сбила с толку неожиданная встреча после всей утренней кутерьмы мыслей и чувств, и она пробурчала:

— Нет, хотела только занести к городскому лекарю травы и сразу вернуться.

— Давай я провожу тебя, заодно и поговорим, — ее мрачный вид смутил его. —