Нет смысла без тебя - Татьяна Любимая

— Инга, здравствуйте!

— Здравствуйте! Кто вы и что вам надо? — голос предательски дрогнул, Убежать еще успею, надо узнать, что ему от меня надо.

— Давайте пройдемся, Инга, раз вы боитесь. Сумки можете здесь оставить, их не тронут. Не переживайте, я не кусаюсь, — не отвечая на мой вопрос предложил мужчина.

Голос вроде нормальный, дружелюбный. Я согласно кивнула. Мы медленно пошли по дорожке вдоль дома, а шкаф — охранник шел чуть поодаль от нас. Он нес мои вещи, а автомобиль тихо ехал за нами.

Я нервничала. Желание убежать от незнакомца все еще не покидало меня, но любопытство сдерживало. Мужчина же какое-то время, пока мы шли, еще молчал.

— Инга, я знаю, что вы девушка Егора, — наконец, начал он, а мое сердце снова сжалось, пропуская удар при упоминании Егора. — Вам нужно исчезнуть из его жизни.

— Да я и так ухожу, — пробормотала я.

— Вы не понимаете, Инга. Вам нужно НАВСЕГДА исчезнуть из жизни Егора и его невесты, — настойчиво проговорил мужчина.

— Вы кто? — мое терпение лопалось от непонимания происходящей ситуации.

— Меня зовут Дмитрий Николаевич. Я отец Марины, невесты Егора.

То-то мне показались знакомыми его черты лица! Действительно, они с Мариной очень похожи.

— Я хочу, чтобы моя дочь была счастлива и все для этого сделаю. У них будет ребенок, и вам не место рядом с ними, иначе мне придется вас устранить насильно, — таким же ровным дружелюбным голосом продолжал мужчина и даже улыбался, а мне реально стало страшно от услышанного. Со стороны мы, наверное, казались мило беседующими людьми, а внутри у меня все сжималось от ужаса. — На ваш счет сегодня поступит определенная сумма денег. Советую воспользоваться ею, чтобы уехать из этого города как можно дальше и забыть о существовании Егора.

— Вы всегда покупаете счастье своей дочери? — не удержалась я.

— Если нужно, то да.

— Мне не нужны ваши деньги. Я и так уезжаю.

— Я заметил. Но те деньги, что я вам заплачу, — это гарантия того, что вы не вернетесь ни под каким предлогом.

— Я не вернусь, обещаю, — голос мой предательски дрожит, в горле стоит ком, и я еле сдерживаюсь, чтобы снова не разреветься.

— Надеюсь, что это так. Вот моя визитка, — Дмитрий Николаевич сунул мне в руку карточку. — Если что-то понадобится, можете мне позвонить. Но еще раз повторяю, вы должны исчезнуть. Я прослежу за вами, — властный голос не позволяет сомневаться в произнесенных словах, и воображение тут же рисует методы воздействия на неугодных людей…

Дмитрий Николаевич подал знак рукой. Охранник подошел ближе и всучил мне мои сумки, лексус остановился возле нас, и перед моим собеседником открыли заднюю дверь. Не прощаясь, он сел в машину, автомобиль громче заурчал мотором, проехал мимо меня и скрылся за поворотом.

Я в замешательстве еще стояла какое-то время, прокручивая в голове наш разговор. Визитку все же сунула в сумочку и только двинулась в сторону остановки, как снова услышала свое имя.

— Инга! Соловьева!

Обернулась, а ко мне подходит парень в джинсах и рубахе. Стрижка под ноль, лицо круглое, взгляд нахальный, похотливый. Оглядывает меня с ног до головы оценивающе. Нехорошее предчувствие возникло в груди.

— Тебе привет, красотка! От Бэра. Знаешь такого? Вижу, что знаешь, — ухмыляется.

Такое чувство, что меня окунули в ледяную воду. Я попятилась назад, а парень сделал шаг ко мне. Ухмылка исчезла с лица, и голос стал угрожающим:

— Бэр просил передать, что скоро выйдет и навестит тебя. Можешь бегать сколько хочешь, но от него тебе не спрятаться. И он знает, что загремел в тюрягу по твоей милости. Так что мстить он будет по полной программе, крошка. И без глупостей, детка, не вздумай снова обратиться к своим дружкам. За тобой следят, не спрячешься. Еще увидимся.

Он развернулся и пошел прочь. Я же, наконец, пришла в себя от страха и бросилась к автобусной остановке.

Через несколько часов я была дома. Так здорово возвращаться туда, где тебя ждут мама и сестренка, где родные запахи и обстановка навевают воспоминания о безоблачном детстве! У меня стоял ком в горле и слезы в глазах, пока я обходила нашу небольшую квартирку, дотрагиваясь словно в первый раз до нашей скромной мебели и вещей. Как же я соскучилась по родному дому!

Взяла с полки фотографию в черной рамке — отец. Такой молодой, красивый. Я его почти не помню, но так хочется, чтобы он был жив! Я знаю, что будь он рядом, он мог бы меня защитить от проблем, спасти от негодяев, успокоить в сердечных делах, поддержать…

Мама суетилась и волновалась, что я приехала без предупреждения, так она бы приготовила что-нибудь вкусненькое. Я не сказала еще ей, что у меня нет симки, и позвонить им я не могла. Сослалась на то, что хотела сделать сюрприз.

Дома мне стало намного спокойнее, а ведь я, пока добралась до родных, жутко нервничала, особенно когда в поле зрения попадал какой-нибудь человек — во всех мне чудился Бэр или кто-то из его дружков…

Ленка визжала от радости, особенно когда я начала вытаскивать из сумки крутые шмотки. За те полгода, что меня не было после зимних каникул, сестренка заметно выросла и превратилась в настоящую красавицу. Кое-какие из моих вещей были ей уже по размеру. А я не жадная. Пусть носит.

Я старательно маскировала свои проблемы, бодрым голосом отвечая на все вопросы родных и глуша боль и страх глубоко внутри. Хотя, кажется, что мама начала догадываться о моих проблемах, потому что она все чаще всматривалась в мое лицо, а я прятала глаза от ее внимательного взгляда и нервничала.

Я понимала, что мне все-таки придется рассказать о том, что со мной случилось, но оттягивала этот разговор как могла. А мама ни о чем не спрашивала. Она знала, что я все расскажу рано или поздно. А я уверенна, что чтобы со мной ни случилось, мама все поймет и поддержит, не осудит. Потому что это было самым важным в нашей семье — как бы ни было трудно, чтобы ни произошло — мы должны быть вместе и помогать друг другу хотя бы морально.

Только через два дня после приезда я решилась на откровение. К тому времени внутренне я успокоилась. Боль от предательства Егора стала тише, а страх перед Бэром и его отморозками притупился.

Вечером мы втроем сидели на кухне и пили ароматный чай. Обстановка как раз располагала к душевным разговорам. И я все рассказала.

Мама и Лена внимательно слушали сбивчивый рассказ о моей личной жизни в последние несколько месяцев. О том, как я без памяти влюбилась в Егора. Что жила с ним, отпустила в командировку и верно ждала любимого. Как узнала от его невесты Марины о споре друзей и ее беременности. О предупреждении ее отца и угрозах Бэра.

Лена изредка ругалась от переполнявших ее эмоций, что не особо-то красило ее симпатичное личико и нежную натуру. Но скорее всего на ее месте я ругалась бы еще и не так скромно.