Обещание океана - Франсуаза Бурден

Он торопливо пошел к лестнице, собираясь переодеться.

Маэ воспользовалась предложением и достала из холодильника бутылку «Рюинара». Подойдя к плите, она с любопытством приподняла крышку чугунной кокотницы и изучила содержимое. Свиное жаркое с помидорами и луком источало соблазнительный аромат. Интересно, он сам это готовил? Алан совсем не производил впечатление хозяйственного мужчины, судя по легкому беспорядку, который царил в комнате. С этажерки, на которой громоздились бокалы всех размеров, она взяла два фужера и поставила их рядом с креслами у камина. Рядом с музыкальным центром возвышались пирамиды из компакт-дисков, на одноногом столике валялись газеты, у подножия лестницы лежали сапоги для верховой езды, а на ломберном столе стоял включенный ноутбук.

Когда Маэ села у камина, в комнату вошел белый кот. Грациозно вспрыгнув на подлокотник кресла, он стал обнюхивать гостью, не обратив никакого внимания на Алана, который, сбежав с лестницы, присоединился к ним.

– Животные вас принимают, – заметил он, беря в руки бутылку. Он ловко откупорил ее и налил в бокалы шампанское.

– За что выпьем? За встречу в моем доме? За преждевременную зиму?

Непринужденно улыбаясь, он подошел к камину и, подбросив в огонь полено, вернулся к Маэ.

– Наверное, вам было нелегко меня найти?

– Вы живете в таком глухом месте, это удивительно.

– Поэтому оно мне и нравится.

– Уж не мизантроп ли вы?

– Признаюсь, есть немного. Я весь день общаюсь с людьми, и, вернувшись домой, никого не хочу больше видеть.

– Только женщину время от времени, – иронически заметила Маэ.

– Да, красивую женщину. И иногда друзей, настоящих друзей. Без остальных я прекрасно обхожусь.

– У вас есть еще лошадь, кот…

– Кошка. Это она меня выбрала – меня или мой дом. Не знаю, откуда она взялась, сколько ей лет, я позволил ей жить так, как ей нравится. И не стал придумывать ей имя, просто зову ее «киска». Лошадь – это совсем другое, я обожаю прогулки верхом. Одно время я очень много занимался верховой ездой, но соревнования меня больше не интересуют, все, что мне нужно – это прогулки в лесу. А вы, какой любимый спорт у вас?

– У меня нет любимого. Я люблю яхтинг и время от времени хожу под парусом с подругой, но это не спорт. А для очистки совести хожу бегать на пляж.

– На какой?

– В основном на Грев дю Гулет, чтобы одновременно любоваться пейзажем. Или на Сен-Пабю, между морем и холмами – он не такой людный, как пляж Каруаль.

Алан снова наполнил бокалы и предложил перейти к столу.

– Надеюсь, жаркое получилось не слишком сухим! Я попросил женщину, которая занимается домом, приготовить какое-нибудь зимнее блюдо, и чтобы его было легко разогреть.

– Вы сами не готовите?

– Для своих гостей – никогда, мне их жалко!

Он отодвинул для нее стул и, пока она садилась, воспользовался моментом, чтобы спросить:

– Почему вы согласились на этот ужин?

– Из любопытства.

– И все?

Он сел напротив и устремил на нее настойчивый взгляд. Его серые, почти прозрачные глаза, смотрели на нее в ожидании ответа, но Маэ ответила вопросом на вопрос:

– Почему вы меня пригласили?

– Причина очевидна: по-моему, вы очень красивая. Я не должен был этого делать, ведь вы моя пациентка и можете подумать, что я всегда веду себя так. На самом деле я воздерживаюсь от флирта с пациентками.

– Так как вы поступаете? Ламбаль ведь маленький город… Может быть, ищете дам на сайтах знакомств?

– А вы пользуетесь этими сайтами?

– Даже не думала.

– Тогда у вас та же проблема, что и у меня. Слишком мало возможностей, мало новых лиц.

Он подошел к плите и переложил жаркое с овощами на блюдо. Маэ озадаченно смотрела ему в спину, спрашивая себя, как же закончится этот вечер. «В первую встречу соглашаться нельзя», – утверждала Армель, у которой был целый список правил, хотя сама она их не соблюдала.

– Ну что, я сдал экзамен? – спросил он, обернувшись и поймав ее взгляд. Она рассмеялась.

– Если бы вы мне не нравились, меня бы здесь не было, но я хотела еще раз убедиться!

Почему она была такой резкой, что с ней происходило? Желание развлечься, завести роман без обязательств? Алан поставил перед ней блюдо, вернулся на свое место и, заинтригованный, посмотрел ей прямо в лицо.

– Вас сложно причислить к какой-нибудь категории женщин. Уже то, что вы – владелица рыболовной компании, ставит в тупик! И, кроме того, вы красивая, у вас яркая индивидуальность, и в тридцать лет вы все еще одна. Вы ищете волшебного принца? Если да, я даже не буду пытаться.

– Я не ищу никакого принца. В юности я страстно любила одного моряка, но он погиб за несколько дней до нашей свадьбы.

– О, мне очень жаль…

– Мне тоже было очень жаль, но недолго. Через несколько недель я узнала, что он вел двойную жизнь. Мало того что его смерть стала для меня большим горем, мое доверие к мужчинам было полностью подорвано.

– Понимаю, это совсем не способствует новым встречам. Вы могли бы расстаться со своим предубеждением, встретив честного парня. Таких все-таки больше, чем подлецов.

– Это ваше мнение. В юности мы очень уязвимы, я не знаю, смогу ли забыть об этом.

– Собираетесь жить старой девой?

– И это спрашивает старый холостяк?

– Я тоже пережил траур, а вторая жена меня предала. Такой же путь, как у вас, только растянутый во времени. Между двумя событиями у меня было время восстановиться, тогда как у вас… Ладно, теперь, когда мы поделились нашими драмами, может, поговорим о чем-нибудь более веселом?

– Согласна. Ваше жаркое – просто восторг.

– Положите себе еще. А потом я угощу вас настоящими бретонскими сырами – «Сен-Жильда» из чистых сливок и «Ти-паве» с водорослями и морской водой.

– Вы не шовинист?

– Просто люблю свои края, с которыми, кстати, никогда не мог расстаться. А вы? Не думали отсюда уехать?

– Боже избави, нет, я же вам говорила! Не могу даже представить себя вдали от моря и кораблей. Я обожаю свою профессию и не променяла бы ее ни на что в мире.

– Я тоже. Видите, есть еще на свете вещи, которые нас вдохновляют, несмотря на все то, что мы пережили…

Он встал и обошел стол.

– Вы останетесь сегодня, Маэ?

Смутившись, она пробормотала:

– Я вижу, вы сразу переходите к делу!

Он нахмурился, но его недоумение тут же сменилось улыбкой.

– Простите, я неточно выразился. Я думал об алкоголе. Если вы собираетесь садиться за руль, мы больше не будем пить, а если останетесь – я открою к сыру бутылку хорошего бургундского. И у меня очень удобная комната для гостей.