Двойное предательство: почему ты так поступила, сестра? - Лана Норд

благодарности за поддержку я обвиваю его могучую талию руками и тихонечко прохожусь кончиками пальцев по широкой спине.

Александр не делает попыток разорвать объятий, и я расслабляюсь окончательно. И вдруг чувствую животом очевидный признак возбуждения моего спутника. Широко раскрыв глаза от удивления, я испуганной ланью буквально отпрыгиваю от него на безопасное расстояние.

Несколько мужчин из числа гостей поворачиваются на шум и внимательно разглядывают нас. Видимо, они надеются, что вот-вот разразится скандал. Но Александр разбивает все их ожидания. Он снова притягивает меня к себе и обнимает за плечи.

— Такая скромная, — произносит он, — но такая сексуальная. Даже здесь не могу удержаться, — он красноречиво подмигивает им. Те улыбаются, понимающе кивают и удаляются восвояси.

— Что ты вытворяешь? — возмущенно шепчу я, легонько ударяя кулачками по твердой груди. — Это друзья Максима. Зачем им знать такие интимные подробности?

Саша хитро прищуривается:

— В этом всё и дело. Как минимум сегодня, как максимум на мальчишнике, Максим уже будет знать, какую горячую кошечку он упустил, и будет кусать локти...

— Саш! — возмущенно останавливаю я поток его красноречия, но он, подлец, продолжает веселиться вовсю.

— Господа, — вещает распорядитель свадьбы, — прошу всех занять свои места.

Каждый стул подписан, и мы с удивлением обнаруживаем, что по какой-то ошибке нас с Сашей разделили. Я сижу в предпоследнем ряду с края, а Саша намного ближе. Что-то мне подсказывает, что всё это неспроста. Но скандал закатывать не собираюсь и скромно присаживаюсь на указанный стул.

Но Саша так просто не сдаётся. Подсаживается к старичку, моему соседу справа, и вежливо предлагает более удобное место. Более того, отводит и помогает ему присесть на своё место. Выслушивает массу хвалебных слов и довольный возвращается ко мне.

Мы присаживаемся на соседние стулья.

— И всё-таки, Ника, мне кажется, ты меня не ценишь, — шутливо капризным тоном шепчет мне на ушко Александр. — Даже Антон Филиппович, профессор философии, проникся.

— Ты просто очень обаятельный. Иногда даже чересчур... - пытаюсь поддержать шутливый настрой своего спутника и вдруг осекаюсь.

Среди цветов и морской глади, словно Афродита из пены, появляется Вика. На ней лёгкий невесомый сари молочного цвета, волосы уложены в замысловатую причёску и украшены экзотическими цветами. Она движется легко и невесомо, даже гости, до этого бурно обсуждавшие последние новости, стихли, а уж Максим возле алтаря и вовсе застыл как каменный истукан.

Я как заворожённая смотрю на неё, выпав из реальности. Чтобы я ни говорила, как бы ни наряжалась, но Вика сейчас несравненна, и стоит это признать.

Вот она приближается к Максиму и дарит ему невинную улыбку, после которой, скромно потупившись, встаёт рядом с ним.

С Максимом.

С моим несостоявшимся мужем.

С любовью всей моей жизни.

И он смотрит на неё такими влюблёнными глазами, которыми никогда не смотрел на меня. И это очень больно осознавать.

Перед глазами всё плывет. Похоже, я переоценила свои силы... Из груди рвётся надрывный крик и застревает где-то в горле. Это моё израненное сердце даёт знать о себе в самый неподходящий момент. Я крест-накрест сжимаю ледяными руками рёбра, чтобы не выпустить этот крик отчаяния на свободу. Заглушить свою, как оказалось, не погасшую любовь.

Как в тумане слушаю слова признаний Вики и Максима, а по вискам струится холодный пот.

Я хочу уйти отсюда. Прямо сейчас.

А лучше камнем вниз. Прямо с пирса. Чтобы стало легче...

— Тебе плохо? — заботливый шёпот, знакомый голос пробивается к моему воспалённому сознанию.

Я киваю.

"Да, мне плохо, плохо! Умираю-ю-ю!"

— Ок, я понял, — шепчет мне Саша как во сне, — сейчас тихонько поднимаемся и уходим, поняла?

Я как сомнамбула киваю в ответ, неуклюже поднимаюсь и роняю стул.

— Согласны ли вы... - слышу я распорядителя свадьбы, и мои ноги подгибаются.

Но Саша не даёт мне упасть. Уйти незаметно нам не удаётся, к нам прикованы взгляды большинства гостей. Озаряя всех белозубой улыбкой, как ни в чём не бывало Саша тащит меня под руку к спуску с пирса. Ноги меня совсем не слушаются, и он под бурные апплодисменты и восторженные крики поднимает меня на руки. А потом артистично раскланивается, и мы наконец покидаем этот праздник жизни.

Так и не спуская с рук, Саша несёт меня вдоль каких-то строений и припозднившихся туристов. Я понимаю, кем выгляжу сейчас в их глазах в развратном костюме училки, и от этого осознания мне ещё хуже. Наконец Саша осторожно ставит меня на ноги, и я оглядываюсь вокруг.

Закат, море, набегающее на берег и с тихим шуршанием отступающее прочь. А ещё расстеленные пледы. А между ними разложены разнообразное угощение и бутылка шампанского. Всё это так романтично выглядит, что я теряюсь.

— Как? — только и могу произнести я.

Саша молча усаживает меня на мягкую подушку. В моей руке неведомым образом появляется бокал с шампанским, в другую руку вложена шпажка с креветкой.

— За этот прекрасный вечер, — провозглашает тост Саша. Проникновенно смотрит мне в глаза и отпивает глоток игристого.

Я чокаюсь с ним бокалом, до сих пор недоумевая, как он сумел всё это организовать.

— Позволь я покормлю тебя? — он протягивает шпажку с аппетитной оливкой и подносит к моим губам.

Секунду я колеблюсь, но шампанское уже проникает в мою кровь, раскрепощая. Я послушно открываю рот и снимаю со шпажки предложенное угощение. На вкус оказывается ещё лучше, чем на вид, и я непроизвольно, зажмурившись, как кошка, облизываю губы.

— Я готов кормить тебя вечно, — доносится до меня хриплый голос, и я встречаюсь глазами с жгучим, проедающим насквозь взглядом Александра.

В густых сумерках я едва различаю его. И от этого он кажется ещё более загадочным и притягательным.

Хоть я не очень опытна в вопросах соблазнения, но чувствую своей женской интуицией, заложенной природой, что Саша не врёт. Я и правда ему нравлюсь. Чем же ему могу ответить я?

— Саш, я не могу... правда, — бормочу я и прячу глаза, — прости...

Мне стыдно. Он вытащил меня из многих стрессовых ситуаций, но после всего случившегося я больше не доверяю мужчинам.

— Побежали купаться? — вдруг посреди напряжённой тишины произносит Саша, и я нервно дёргаюсь.

— Что ты сказал? — боясь, что ослышалась, переспрашиваю его.

— Я иду купаться, а ты? — повторяет Саша, убеждая меня в том, что со слухом у меня всё в порядке.

Я с тревогой оглядываюсь вокруг. Сумерки уже почти полностью опустились на пляж, и здесь кроме нас нет ни души. И всё же я не готова... А вот Саша...

Наблюдаю, как он, легко поднявшись с подушки, уверенно стягивает с себя брюки, а