Непризнанная в Академии оборотней - Тина Шеху

плечам, перед тем, как отпустить. — Ах, вот оно что! Послушала наш разговор и решила, что третий пропавший это Вивьен?

Я неуверенно кивнула. Щёки кололо от стыда.

— Ох, нет же! — он округлил глаза и резко выдохнул.

На мои просьбы поделиться информацией, Дориан склонил голову и прикрыл глаза. Его пальцы скользнули в карманы брюк, а кисти вывернулись под странным углом.

— Я не должен рассказывать об этом, но раз ты и так уже оказалась в курсе и не отстанешь от меня, то скажу по секрету. Обещай, что никому, даже Вивьен не обмолвишься! Ни об этом, ни о том, что ещё слышала! Особенно, если это дойдёт до Елены…

— Я вас поняла, — перебила учителя.

Предупредить и отругать он всегда успеет! А вот рассказывать, что за третий пропавший просто так точно не станет! Нужно вытянуть из него это прямо сейчас!

А потом лететь в медпункт.

— Я надеюсь, — учитель свёл брови к переносице и принялся бегать по мне взглядом, словно изучая.

Мне показалось, что юбка задралась, и я принялась её одёргивать. И куртку запахнула, а то прохладно в коридоре. И

уши бы прикрыть волосами, чтобы сквозняком не надуло…

— Третий, вернее, первый, — мужчина заговорил совсем тихо, предварительно повернувшись в сторону кабинета ректора. — Если совсем вернее, то первая. Это была девочка Алиса, первокурсница на тот момент. Сейчас бы она было уже…

Секундную паузу занял стук моего сердца.

— На третьем, да.

— Кто она? Как пропала? Почему о ней не говорили студенты? Вы уверены, что её тоже похитили?

Я принялась спрашивать всё, что приходило на ум, боясь упустить хоть что-то, что могло оказаться важным.

— Подожди, девочка.

Учитель Дориан весь диалог активно жестикулировал, и его реакция на мои вопросы не была исключением. Ухоженные руки поднялись вверх на уровень его груди. Ладони были направлены в мою сторону.

— Я не должен тебе это вообще рассказывать.

— Но я же всё равно узнала! Я теперь тоже замешана в этом деле!

— Хах, а энтузиазма и любопытства тебе не занимать, — усмехнулся мужчина и обошёл меня сбоку.

Эта мимолётная близость между нашими телами слегка смутила меня, то отступить я уже не могла.

— Надеюсь, на моих занятиях ты проявишь себя, — поравнявшись со статуей медведя, Дориан пожал тому лапу. — Говорят, один из учеников тоже был крайне активным и из-за этого его превратили в камень.

Не может быть!

— Но разве не все чары временные?

Я оглядела зверя уже совсем другими глазами. То-то же он показался мне настоящим! Это оборотень! Живой!

— Не все, иногда рождаются очень сильные маги, способные безгранично искажать пространство.

— И как же… — я заглянула в зелёные бусины несчастных медвежьих глаз. — Расколдовать его?

— А? Не знаю, я на такое не способен, — погладив зверя по крупным клыкам, учитель развернулся на каблуках. — Не будем говорить здесь. Смотри, какие у него уши.

— Так он ещё жив? И понимает нас? — испуганный выдох вырвался из груди.

Если он ещё жив, то, возможно, есть способ спасти его?

— Отойдём.

Спустя сотню шагов, мы оказались на другом конце этого длинного коридора, который уже расходился в две стороны. Продолжать решили здесь. Возле кабинета ректора редко, кто позволял себе променад, поэтому мы могли себе позволить разговор без лишних ушей.

— Ты же теперь не отстанешь? — спросил и сам же кивнул.

Верно.

— Этот ученик был такой же, вот и поплатился. Давно это было, ещё до моего прибытия сюда, поэтому всего не знаю. Ректор не распространяется об этом, но ходят слухи, что статуя по ночам сходит со своего места и гуляет по коридорам Академии, наказывая не спящих любопытных ребят.

Я пару раз моргнула, глядя на учителя. Подобные истории мне рассказывала бабушка, чтобы отучить меня гулять в лесу. И в детстве это работало до тех пор, пока подвыпивший дед не сознался, что всё это выдумки про ночных охотников на детей, и в нашем селе самое страшное, что могло случиться — это наступить в чью-то «лепешку». Даже дикие звери обходили стороной наше поселение из-за месторождения риолита.

— Поэтому не советую ночью надолго покидать свою комнату, — подытожил учитель.

Дориан не смеялся, не улыбался. Наоборот, говорил ровным голосом, предостерегающим, но неизменно сопровождал свою речь кивками головой и лёгким взмахом рукой.

— А что он сделает, если встретит? — пролепетала я, сглотнув.

— Ох, представь себе ректора в ярости, — Дориан улыбнулся. — С характером Идена.

Я чуть не поперхнулась слюной.

— Крайне… неожиданное сравнение.

— Вот и я говорю — будь осторожней.

Заметив мои активные кивки головой, учитель Дориан меня похвалил и уже собирался уйти, как я остановила его. Вот же! Зубы мне заговорил и убежать решил!

— Учитель! Вы хотели рассказать мне об Алисе и остальных пропавших! — я буквально собиралась схватить его за рукав пиджака, но не решилась.

— Разве? — он приподнял брови. — Не хотел, но ты меня заставляешь! Что за студенты пошли…

Учитель тихо поругался себе под нос, но затем бросил мне крупицы информации, которые я бережно сохранила в сознании:

— У нас мало времени. Слушай, — Дориан показательно оглянулся в сторону кабинета ректора. — Она была способной девочкой, хоть и непризнанной. Дочь охотника с детства носилась с луком подмышкой, пока родной отец чуть не пристрелил её.

Не обращая внимания на мой трагический выдох, учитель продолжал быстро говорить.

— У неё либо глаза засветились, либо хвост отрос — не знаю. Суть в том, что во владении оружием ей не было равных здесь. Да и в магии она, говорили, немного смыслила. Разговоры с животными и целительство были её коньком, что удивительно для охотницы, — буквально без пауз вещал преподаватель, а я слушала развесив уши. — В Академии её не особо любили. Не знаю почему. Девушка она была милейшая и нежная.

Он смерил меня взглядом, а я поёжилась.

— Чуть менее мила, чем ты.

Ногти впились в ладони.

— И однажды, она ушла на тренировку в лес и не вернулась. Тогда все решили, что Алиса не выдержала гнёта со стороны одногруппников и сбежала.

— А на самом деле она не сбежала? — я зацепилась за эту фразу. — Её похитили?!

Послышался цокот. Дориан покачал головой.

— Не знаю, милая Лея, не знаю. Тогда ввели запрет выходить в лес без разрешения ректора.

— Этот случай похож с теми, что случилось с Каем и Питером? Хоть какая-то схожесть, кроме того, что они все непризнанные?

— Ну, — он отвернулся. — Первокурсники, непризнанные, молодые и неопытные. А теперь тебе пора идти, Лея. И я надеюсь, что об этом разговоре ты никому не скажешь.

— Ни кому, — подтвердила.

Теперь