Вампирские хроники: Интервью с вампиром. Вампир Лестат. Царица Проклятых - Энн Райс

– Мы должны выбраться отсюда! – твердила она. – Лестат, перед алтарем совершается святое причастие! Во имя Господа!

Деревянные обломки гроба скрипели и ударялись о камни, и мне пришлось навалиться на нее и своим телом крепко прижать к дну могилы.

– Ты слышала, что я сказал? Сейчас надо лежать тихо. Нам остается только ждать. У нас нет другого выбора.

Однако ее панический ужас начинал передаваться и мне. Я чувствовал, как под моими коленями с хрустом ломаются старые кости, обонял запах тлена. Казалось, отвратительная вонь разложения проникает сквозь стены могилы, и я знал, что не смогу долго выдержать это вынужденное затворничество.

– Мы не можем… – задыхаясь, шептала она, – не можем здесь оставаться. Я должна выйти отсюда! – Она едва не плакала. – Лестат, я не могу!

Она стала ощупывать руками стены и плиту над головой, время от времени вскрикивая от ужаса.

Песнопения наверху смолкли. Сейчас священник поднимется по ступеням алтаря и возьмет в руки дароносицу, а потом обернется к пастве и благословит всех присутствующих. Габриэль, конечно, тоже знала это. Я чувствовал, что она практически утратила способность мыслить здраво и могла лишь биться и извиваться подо мной, едва не сбрасывая меня в сторону.

– Ну хорошо, слушай, – не в силах больше удерживать ее, свистящим шепотом заговорил я. – Сейчас мы выйдем отсюда. Но сделаем это так, как и положено настоящим вампирам. Ты понимаешь меня? В храме около тысячи человек, и мы должны перепугать их до смерти. Я подниму плиту, и мы появимся вместе. Но когда это произойдет, ты должна выглядеть как можно более ужасающе, хорошо бы еще и жутко орать при этом. Тогда, вместо того чтобы наброситься на нас и потащить в тюрьму, они отпрянут и таким образом освободят нам путь к выходу.

Не удостоив меня даже ответом, она продолжала биться, пятками кроша в труху старое дерево.

Я встал и мощным ударом обеих рук вытолкнул наверх мраморную плиту, а следом выскочил сам – именно так, как и собирался: с жутким выражением лица и взметнувшимся над головой, словно крылья, плащом.

В ярком сиянии множества свечей я оказался как раз в том месте, где стоял хор, и постарался издать самый ужасающий крик, на какой только оказался способен.

Сотни людей одновременно вскочили на ноги, и из сотен ртов вырвался единый вопль.

Издав еще один крик, я схватил за руку Габриэль и, перепрыгнув через ограждение престола, бросился вместе с ней прямо в толпу. В то время как я тащил ее за собой по боковому приделу, она дико визжала, подняв над головой руку, согнутую наподобие звериной лапы. Вокруг нас началась страшная паника – все, и мужчины и женщины, кричали, вопили, пятились, прижимая к себе и стараясь укрыть детей.

Тяжелые двери сразу же распахнулись, и мы оказались на свежем воздухе, под черным, усыпанным звездами небом. Толкнув Габриэль вперед, я обернулся и издал еще один ужасный вопль. Толпа верующих, увидев мои поднятые вверх и протянутые к ним руки с длинными когтями, словно обезумела и в страхе застыла на месте. Опасаясь, что кто-то все же очнется и бросится следом за нами, я вытащил из карманов полные пригоршни золотых монет и швырнул их на мраморные плиты пола.

– Дьявол бросает деньги! – взвизгнул кто-то.

Мы помчались через церковное кладбище и начинавшееся за ним поле.

Не прошло и минуты, как мы уже оказались в густом лесу, и я почувствовал запах конюшни, доносящийся из-за деревьев, – там стоял чей-то большой дом.

Я замер, прислушался, от напряжения согнувшись почти вдвое, и ощутил присутствие лошадей. Мы помчались на глухой стук копыт о деревянный настил.

Перепрыгнув вместе с Габриэль через невысокое ограждение, я дернул дверь конюшни и сорвал ее с петель. Как раз в этот момент красавец-мерин сломал стенку своего стойла и вылетел нам навстречу. Мы вскочили на его спину – Габриэль устроилась впереди, а я обхватил ее сзади рукой и крепко прижал к себе.

Всадив пятки в бока мерина, я направил его галопом через лес на юг, в сторону Парижа.

Глава 8

По пути я попытался составить хоть какой-то план действий, хотя совершенно не представлял себе, что следует делать дальше.

Я не видел абсолютно никакой возможности избежать встречи с отвратительными чудовищами. Впереди нас ждала битва. Ситуация мало чем отличалась от той, когда я направлялся в горы, чтобы сразиться с волками, не имея ничего, кроме клокочущей в душе ярости и воли к победе.

Едва достигнув тесного скопления крестьянских домиков в районе Монмартра, буквально на доли секунды мы почувствовали присутствие тварей и услышали слабые отголоски их ропота. Это эхо вызывало во мне столь же неприятное ощущение, как и нездоровые, ядовитые испарения.

Чтобы как следует подготовиться к битве, нам с Габриэль необходимо было срочно подкрепиться.

Мы остановились возле одного из крестьянских домов, прокрались через сад к задней двери и вошли. Внутри мы обнаружили мужчину и женщину, дремлющих возле пустого очага.

Когда все было закончено, мы вместе вышли в небольшой огород и остановились, глядя в серое небо и прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Никаких признаков присутствия тварей. Вокруг стояла полная тишина. Мы ощущали только приятное тепло разливающейся по нашим телам крови и чувствовали приближение дождя, которым грозили сгущающиеся в небе тучи.

Я мысленно отдал приказ мерину подойти и, собрав поводья, повернулся к Габриэль.

– Думаю, нам ничего не остается, кроме как отправиться в Париж, – сообщил я. – И если они встанут на нашем пути, мы встретимся с ними лицом к лицу. Но прежде чем они появятся и вновь начнут против нас войну, мне необходимо успеть кое-что сделать. Я должен позаботиться о Ники. Мне надо поговорить с Роже.

– Тебе не кажется, что сейчас не время заниматься этой присущей смертным ерундой? – спросила она.

Ее светлые волосы и одежда по-прежнему были испачканы могильной грязью, и сейчас она походила на ангела, вывалянного в помоях.

– Я не позволю им помешать мне выполнить то, что я задумал, – сказал я.

Она в ответ глубоко вздохнула:

– Ты хочешь привести их прямо к своему любимому месье Роже?

Сама мысль об этом привела меня в ужас. С неба упали первые капли дождя, и, несмотря на выпитую кровь, мне вдруг стало очень холодно. Еще немного – и начнется настоящий ливень.

– Хорошо, – кивнул я, – мы все равно не сможем что-либо сделать, пока все не закончится.

Вскочив на коня, я подал ей руку.

– Обиды и оскорбления только подталкивают тебя к