Чёрная вдова - Кира Романовская

точно такой же пижаме, высунув язык, стояла на стуле рядом с мамой и усиленно размазывала по блину творог.

- Мамочка, я тебе помогаю? Я твой помогатор-р-р-р-р? - рычала девочка, радостно подпрыгивая на стуле.

- Да, моя радость, ты мой помогатор-р-р-р!

- Мамочка, а я хор-р-р-ошо, р-р-рычу?

- Да, тигрёнок, лучше всех.

Жанна умилительно вытерла слезу передником, накрыла на стол и испарилась, Север, которого две розовые пантеры в упор не замечали из-за шума вытяжки, сел за кухонный стол. Кусок в горло не лез и он смотрел на них, просто любовался. Когда Кира развернулась с тарелкой блинчиков, её губы сжались в тонкую ниточку.

- Доброе утро. - осипшим голосом сказал Север.

Девочка слезла со стула, громко ойкнула и уставилась на него, своим гипнотизирующим взглядом разноцветных глаз.

- Добр-р-р-р-ое ут-р-р-о. - сказала ему девочка за двоих и подошла ближе к нему.

- Как тебя зовут?

- Ав-р-р-р-о-р-р-а. А тебя?

- Север.

Девочка залезла на другой стул возле тарелки, которую ей поставила мама на стол и забыла про дядю, её блинчик был куда интереснее. Вся в мать...

Север заставил себя оторвать взгляд он своей дочери и взглянул на Киру. Ей, казалось, всё равно, что он есть рядом, что нет. Они позавтракали в тишине, а после разошли по своим комнатам. Север не поехал на работу, нервно расхаживая по дому, он не знал, что ему делать, что сказать, как сказать.

Он дождался, пока две девочки выйдут на прогулку и пошёл за ними, выпустил собак из загона, где они сидели с прошлого вечера и три принцессы сразу кинулись к ещё двум. Наконец, Север увидел на лице бывшей жены радость от встречи, пусть не с ним, а с её бывшей собакой. Пока собаки заняли девочку игрой, Север всё-таки завёл разговор с бывшей женой.

- Богиня утренней зари, значит? Очень красиво.

- Вообще-то, я назвала её в честь крейсера. Уж очень он мне понравился. - фальшиво улыбнулась ему Кира.

- Почему она так странно говорит?

- Мы не умели выговорить букву «р», теперь умеем.

- Какое у неё отчество?

- Угадай с трёх раз, ты же умный, или это заблуждение?

- Моё, значит, а фамилия?

- Некрасова, как у меня.

- Почему ты о ней молчала?! - не выдержал Север, не хотел на неё нападать, но всё таки сделал.

- Потому что! - вспылила она и отошла от него подальше.

Он снова говорил не то, что на самом деле хотел. Его нервы били током по всему телу и он чувствовал как весь дрожит от напряжения, бассейн утром не помог, вечером тоже. За обедом и ужином, где они были втроём, он предпочёл молчать, чтобы не сказать лишнего и не усугубить ситуацию.

Аврора с любопытством поглядывала на него, иногда задавая вопросы, он отвечал, с трудом заставляя голос не срываться. Он будто шёл по тонкому льду к ней и её маме малюсенькими шагами, а они отходили всё дальше, не давая ему приблизиться. И пока лёд не треснет, Север будет идти, других вариантов у него не было.

*****

- В смысле она уехала? Куда, мать вашу? - орал Север в трубку, когда ему сообщила охрана, что из ворот его дома выехал внедорожник.

Он стучал по рулю пальцами, пока стоял в пробке. Первый раз за четыре дня уехал на работу на пару часов и Кира тут же смылась. О чём она думает? Она думала о себе, пока Север не думал ни о ком кроме себя самого, понял он, когда подъехал к клинике, возле которой был припаркован её автомобиль. Он влетел в холл и выпытал в регистратуре, в каком кабинете его жена с ребёнком. Бывшая жена...

Кира сидела в коридоре у кабинета врача, одной рукой обнимала дочку, которая дёргала её за лямку рюкзака и что-то говорила, другой Кира держала в руке листок бумаги и сосредоточенно читала.

- Почему ты с ребёнком по больницам ходишь? Почему мне не сказала?

- П-р-р-р-р-ивет, Север-р-р-р-р. - улыбнулась ему Аврора, помахав ручкой.

Он по наитию протянул к ней ладонь и погладил по голове.

- Потому что я мать-одиночка, я всё делаю всегда с ней. Я в ванной ни разу за три года одна не мылась.

Кира метнула на него раздражительный взгляд, поднялась, взяла дочку за ладошку и поспешила по коридору.

- Мамочка, кушать хочу. - жалобно протянула Аврора, не поспевая за мамой.

Через полчаса они сидели втроём в ресторане, где за счёт они оплатили бы столько, сколько у её бабушки была пенсия. Кира научилась считать деньги и знала им цену. За четыре года она не заработала ни копейки, работая официально, однако, приходилось что-то тратить и как-то сохранять остальное. Она освоила правила фондового рынка, рынок акций и законов московской биржи, вкладывала в акции различных компаний, сформировала инвестиционный портфель и смогла не только сохранить то, что у неё было в начала самостоятельной жизни, но и даже заработать сверху на дивидендах и разнице купле-продажи акций с учётом инфляции.

Это было для неё единственной зарядкой для мозга - считать свои прибыли и убытки, анализировать, куда двигается компании, в которые она планировала вложиться. На сегодняшний день она пришла к выводу, что вкладывать в недвижимость на старте, было бы менее эффективно, как и держать деньги на вкладе. Кира хвалила себя за дальновидность, всё-таки мозги у неё были, надо бы начинать ими пользоваться по полной.

- В следующий раз, когда тебе нужно будет пойти куда-то, ты скажешь мне и не будешь таскать ребёнка по два часа в машине, а потом по больницам. - отвлёк её от просмотра графика падения акций газовой промышленности безмозглый тупица.

- Я везде с ней хожу, я привыкла, она тоже. - огрызнулась Кира, убирая телефон.

- Я найму няню.

- Себе найми, понял? Никакой няни! Я максимум согласна на Жанну. - тихо прошипела она. - Никакого чужого человека рядом с ней! Потерпишь недельку, не переломишься. Тем более, пока не надо, операция откладывается, анализ свёртываемости плохой.

- Как часто ты сдавала кровь