Божье чудовище - Лариса Петровичева

ли у Божьего чудовища друзья? Может, такой друг придет к нему в гости и расскажет, что произошло в магазине? Потому что я-то собиралась держать язык за зубами…

Когда рынок остался позади, и мы поехали по респектабельной Виндон-стрит, я неожиданно услышала:

– Эй! Лин Весткотт!

Кучер приостановил экипаж – я увидела двухколесную легкую повозку с синей полосой на борту. В окошко высунулся старший инспектор Грей – посмотрел на меня с нескрываемым удовольствием и сообщил:

– Скоро сцапаю голубчика!

От удивления я едва не свалилась со скамьи. Похоже, мое ошарашенное лицо понравилось Грею, потому что он продолжал с довольным видом:

– Узнал адрес, куда устроилась Тисса-поломойка! Еду сейчас допрашивать его обитателей!

Как – узнал адрес? Уже?

Я передала голему коробку с пунт-порошком, которую держала на коленях, покинула экипаж и забралась в повозку Грея. Тот смотрел так, будто ничего другого и не ожидал.

– Как? – спросила я. Старший инспектор ухмыльнулся.

– Опросил всех до одной баб в Червивом квартале, где жила покойница. Одна что-то вспомнила, другая что-то слышала, так я и собрал все ниточки. Ни одна дрянь теперь не скажет, что Вейримар только ушами хлопает.

– Я еду с вами, – решительно заявила я, и только теперь голем, который молчал всю дорогу, подал голос, отрывисто сказав:

– Что сообщить доктору Броуди.

Алекс точно был другой моделью – его речь была плавнее, с интонациями.

– Что я уехала со старшим инспектором Греем… и пусть доктор, пожалуйста, простит меня. Я все сделаю, когда вернусь, – ответила я, и Грей оскалился:

– Так-то я никуда тебя не звал, добровольная помощница следствия.

– Не звали, – согласилась я. – Но вы все равно довольны, что я здесь, не так ли? Что это за дом?

– Особняк лорда Эшфорда, – ответил Грей важно, и я даже рот раскрыла от удивления.

Приютские девушки жили в определенной изоляции от мира. Нам почти не давали газет и мы слабо знали людей, которые имели вес в обществе, но даже нам было известно имя лорда Чарльза Эшфорда, миллиардера, филантропа и члена городского совета. Несколько раз от его имени нам присылали подарки к новому году, а однажды он даже приехал на Пасху и привез пряники.

– Он не подходит, – решительно заявила я. – Вспомните мерки! Убийца высокий и длиннорукий, у него широкие плечи и узкая талия. А лорд Эшфорд низенький и кругленький, это точно не он.

Старший инспектор устало вздохнул. Повозка понеслась по улице мимо решетки парка Виктории – в это время уже начались прогулки, и благородные дамы, девицы и их кавалеры заинтересованно смотрели, куда это так спешит полицейский.

– Ну он же не дурак, чтобы лично являться к швее, – снисходительно произнес Грей. – Наверняка это мерки его слуги и сообщника. Кстати, откуда ты знаешь, что лорд низенький и кругленький?

– Он приезжал в приют однажды. Я видела его, – ответила я, и Грей ухмыльнулся.

– Возможно, примечал новых жертв. Самое главное, стой сейчас молча и не высовывайся. Я что-то начинаю жалеть, что тебя взял.

– Все-таки взяли, – бросила я, и до конца мы ехали молча.

Особняк лорда Эшфорда тонул среди деревьев и выглядел настолько солидно, что и подумать было нельзя, что в этом месте несчастных девушек насилуют и убивают. Он располагался в самом сердце города, недалеко от площади Побед и замка Парсиван, где жила королевская семья, и я плохо представляла, как тут могут твориться убийства.

Центр города никогда не спит. Здесь всегда все видят и замечают. Заметили бы и девиц из простонародья, которые приходят к лорду, но потом не выходят из его дома.

– Вы уверены, что вам не соврали? – озадаченно поинтересовалась я, когда мы со старшим инспектором вышли у широкой мраморной лестницы парадного входа. – Что лорда звали именно Эшфорд, а не Хэшфот, например?

– Слышь, – бросил Грей сквозь зубы. – Не беси меня, поняла?

Я мрачно кивнула. Поняла, конечно. Он собирается поймать серийного убийцу и отстоять честь всего Вейримара.

Разумеется, нас не пустили дальше порога. Из дома вышел дворецкий с важным лицом генерала, который привык смотреть на всех сверху вниз, а за ним высыпали слуги. Я заметила, что возле изящной ограды начинают собираться любопытные – всем сразу же захотелось узнать, зачем старший инспектор идет в дом лорда Эшфорда с видом голодного бульдога.

– Старший инспектор Грей… – начал было Грей, и дворецкий тотчас же оборвал его без малейшего уважения:

– Лорд Эшфорд не принимает без предварительной записи, старший инспектор. Вас не ждут.

Грей осклабился.

– Вы тоже сойдете. Линде Кэдбери, верно? Вы знали Тиссу Свон?

Возникла пауза. Дворецкий прикрыл глаза и ответил:

– Нет, это имя ничего мне не говорит.

Ухмылка Грея стала шире.

– Ее нашли три месяца назад мертвой в Гнилом проулке.

– Печально, – равнодушно откликнулся Кэдбери. – Но я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.

– Она рассказала, что устроилась в этот дом поломойкой, – произнес Грей, и глаза Кэдбери неприятно сверкнули.

– Старший инспектор, это совершенно не так. У нас нет такой поломойки.

– Сейчас нет. Но была?

Некоторое время Кэдбери настороженно молчал. Слуги отступили в дом. Я представила, как Тисса стучит в эти двери в поисках работы, а Кэдбери открывает ей, смотрит оценивающе и прищуривается: эта сгодится.

На улице было совсем не жарко, но я вдруг вспотела.

– Кажется, была такая, – неохотно ответил дворецкий. – Невысокая, худенькая. Я был вынужден отказать ей, у нее не было достойных рекомендаций. И она не произвела приличного впечатления. Совершенно точно я не нанимал в дом никакую Тиссу Свон.

– Кто еще в доме, кроме вас, общается с девушками, которые ищут работу? – спросил Грей, но Кэдбери не успел ответить – из дома вышел сам лорд Эшфорд, и выражение его лица было исключительно неприязненным. Он бросил взгляд в мою сторону и едва заметно прикрыл глаза, словно узнавая.

– Что здесь происходит? – осведомился лорд Эшфорд таким тоном, который мог заледенить человека насквозь.

– Меня допрашивают, ваша милость, – ответил дворецкий, и лорд Эшфорд перевел взгляд на старшего инспектора.

– Ордер есть?

Грей вынул из кармана сложенный вчетверо лист бумаги – лорд Эшфорд прочитал написанное, а затем с нескрываемым удовольствием разорвал ордер на части и бросил на ступени.

Старший инспектор побледнел. Стиснул