Бухгалтер для Босса - Никки Зима

дня слово «ясно». Ясно, что диалог прошел напрасно.

Бесполезно. Тут я ничего не добьюсь, надо подключать бухгалтерию бизнес-центра.

Отхожу, достаю телефон. Ещё раз набираю номер уборщицы. «Абонент временно недоступен».

Снова. То же самое.

Пишу сообщение: «Здравствуйте, это Юлия Смирнова. Очень нужно встретиться. Пожалуйста, свяжитесь со мной».

Только собираюсь набрать бухгалтерию бизнес-центра, наших арендодателей, как звонит Василь.

— Жуля, тут Мещеряков тебя обыскался, Даша три раза приходила, ты где?

Блин. Блин. Блин!

— Уже иду.

— Тогда сразу к нему в кабинет!

— Что со счетами?

— Разблокировали, твоя кудесница в банке помогла!

Ну хоть одна хорошая новость.

Лифт тащится наверх целую вечность. Даша ждёт меня в коридоре, видно, она вся на нервах.

Шепотом спрашиваю:

— Что случилось?

Она пожимает плечами. И кивает в сторону кабинета Мещерякова. Мол, «сама не знаю».

Останавливаюсь на секунду перед дверью, оправляюсь.

Спрашиваю у Даши бровями: «Как я выгляжу?»

Она машет рукой, показывает — «нормально».

Стучу в дверь, слышу голос Мещерякова:

— Войдите!

Открываю.

— Смирнова! Где вас черти носят? Вашу мать! Собирайтесь!

— Куда? — мои глаза выскакивают из орбит, дыхание перехватывает.

— Поедете со мной в «Аква-Сервис»!

Похоже выбора у меня особо нет.

Глава 18 дополнительная пятничная

Сажусь справа на заднее сиденье и чувствую себя Золушкой, которую вдруг по ошибке посадили в карету принца.

Ну как Золушкой. Скорее Колобком. Колобок-девочка.

Знаете, чем отличается колобок-мальчик от колобка-девочки?

Колобок-девочка просто себе катится, катится и катится.

А колобок-мальчик катится и подпрыгивает, катится и подпрыгивает…

Машина — просто загляденье: дорогая кожа, всякие металлические и деревянные вставки.

Двигателя не слышно. Даже подстаканники какие-то не такие, мне кажется, что в них сразу можно охлаждать или нагревать стаканы.

Водитель — классический дядечка в костюме, с сединой на висках и лицом человека, который за двадцать лет работы насмотрелся всякого.

— Добрый день, — говорю я ему, устраиваясь поудобнее на обволакивающем сиденье.

При моём появлении он смотрит в зеркало, находит мои глаза, едва заметно кивает.

Видно, что он ас. В хорошем смысле слова.

— Пристегнуться?

Не люблю ремни безопасности. С ними тесно, да и натирают они между грудей.

— Как хотите.

Решаю, что на сегодня на мою долю выпало уже достаточно страданий, и не пристёгиваюсь.

Рядом слева садится босс.

— Трогай, — коротко, по-старомодному бросает Мещеряков.

Тут же вспоминаю старый анекдот про кучера, который потрогал и обалдел: «Ого-го, у вас прибор, барин!»

Невольно опускаю взгляд на штаны нового шефа.

Юля, перестань! Гони от себя эти пошлые мысли.

Ты и Мещеряков? Не смеши мой пипидастр!

Давай по-честному. Ты, конечно, не жирная, но тучная!

Даже если ты похудеешь на тридцать килограмм, тебе всё равно ничего не светит.

Лишний вес — это отдельная тема.

Вообще если я чего-то искренне хочу, так это чтобы все тощие девки, которые ноют, что они жирные и толстые, в один прекрасный момент взяли и реально разжирели, ибо нефиг!

Улыбаюсь. Веселит мысль о том, что желать такое другим нехорошо.

Все мы из-за этого будем гореть в аду, жирные ещё и шкварчать.

Босс ловит мою улыбку, недовольно отворачивается и, наверно, думает, что я радуюсь «удаче» оказаться рядом с ним.

Ты мне на хрен не…

Не успеваю додумать мысль, потому что водитель совершает резкий манёвр, избегая столкновения с невесть откуда взявшимся самокатчиком!

Вы тоже заметили, что их все ненавидят? Когда они едут по дороге, то мешают водителям, осыпающим их проклятиями.

Когда летят по тротуарам — пешеходы осыпают их матерными комплиментами с обязательным указанием их сексуальной ориентации.

Мне кажется, что даже когда самокатчик приходит домой, даже жена ему орет:

— Валерик, иди нах@й со своим самокатом!

Именно поэтому они выставляют своих электроконей в подъезд, чем насылают на себя дополнительную хулу со стороны соседей.

Короче, наш самокатчик чуть не попадает под колеса. Водитель бьёт по тормозам. Выворачивает руль.

Машину мотает зигзагом. Меня кидает по салону вперёд, а потом вбок вправо.

Потом налево. И…

И я буквально наваливаюсь на Мещерякова. «Господи, только не это».

Всем корпусом. Прямо на него. Карина номер два.

Его ухо, щека и нос прижаты к стеклу моей грудью.

— @б твою мать! Смирнова, вы мне голову раздавите!

Сначала он орёт, потом замирает. Даже дышать перестаёт.

— Простите, — сама еле дышу от конфуза, пытаясь отодвинуться.

Кое-как отползаю, говорю:

— Простите, — прежде чем плюхаюсь обратно на своё место.

Мещеряков молчит. Волосы его взъерошены дорожным происшествием и моим телом.

Босс поправляет пиджак. Кашляет.

— Пристёгиваться надо!

За меня храбро вступается водила:

— Кто же знал, что этот… на пепелаце своём под колёса выскочит, она не виновата, Максим Дмитриевич. Если кому и делать замечание, то мне. Простите меня, это моя вина.

Я сижу красная как рак и молюсь, чтобы поездка поскорее закончилась.

— Езжай давай, — бурчит недовольный генеральный директор. — Смирнова, что вы обо всём этом думаете?

— Ну как по мне, то надо разок одного такого самокатчика хорошенько…

— Я про ситуацию с исками, договорами, катерами, а не про самокатчика.

Вроде его отпустило, ну слава тебе, Господи! Мне легчает.

— А-а-а-а…

— Всё это очень странно.

— Что именно?

— Все эти договора. Нет никакой логики. Поддельные подписи легко доказать. Поданные наспех иски, опять же. Я не юрист, но мне кажется, что любой более-менее грамотный адвокат легко отобьётся.

Он впервые не перебивает и внимательно слушает.

— Этот катер, брошенный у ворот. Он же кучу денег, наверно, стоит. Бизнесмены так не поступают. Я не понимаю, зачем всё это вообще? Блокировка счетов…

Реально не понимаю мотивов «Артура и компании». Хотели меня подставить? Скомпрометировать меня в глазах нового начальства?

Так вот я еду с начальством, которое мне в рот смотрит. Эта односисечная у меня на крючке. Чего добились-то?

— Кстати, счета разблокировали? — между делом интересуется Мещеряков.

— Да.

— Ок.

Вот блин!

Вас тоже бесит начальство, которое говорит «ок» вместо: «Юлия Викторовна, вы умничка, лучший на свете главбух и наконец просто красотка! Спасибо вам и низкий поклон за то, что вы очень оперативно решили вопрос с блокировкой счетов! Вы большая молодец!». А?

Голос Мещерякова возвращает меня в салон Мерседеса.

— Так какое вы находите этому всему объяснение? Какой смысл?

Меня посещает озарение.

— Это всё для того, чтобы отвлечь внимание!

— Например, от чего?

— Не знаю, Максим Дмитриевич. От чего-то большего и более серьёзного!

Машина тем временем притормаживает у тротуара.

Мы останавливаемся у заброшенного полуразрушенного особняка с заколоченными окнами.

Вывески содраны. Никого.

Водитель поворачивается к нам корпусом:

— Приехали, Максим Дмитриевич…

Глава 19

Выбираюсь из