Корона - Кира Касс

– Твое стихотворение меня рассмешило, – пожала я плечами. – А иметь возможность от души посмеяться дорогого стоит.

– Совершенно с вами согласен, но это вроде подтверждает мою точку зрения. – Он нервно ломал пальцы. – Просто вы очень заняты, а мне так и не выпало счастья остаться с вами наедине, вот я и хочу взять на себя смелость и спросить, каковы мои шансы.

– Что ж, вполне законный вопрос. Но прямо сейчас я ответить не могу. Мне еще многое нужно обдумать.

– Конечно-конечно! – с энтузиазмом откликнулся Ганнер. – Поэтому я собираюсь задать вам сакраментальный вопрос: а можно, я вас поцелую?

Я даже попятилась от неожиданности:

– Повтори, что ты сказал?

– Нет-нет, не хотите, не надо. Но по-моему, поцелуй очень много может сказать. По-моему, одного поцелуя будет достаточно, чтобы понять, стоит ли мне надеяться, а вам – рассматривать мою кандидатуру.

В его просьбе было нечто ужасно трогательное. И хотя фотографии, как мы целуемся с Кайлом, были расклеены по всей стране, Ганнер явно не считал, будто я настолько доступна, что готова целоваться с кем угодно. Более того, он достаточно хорошо усвоил преподанный Джеку урок, чтобы избегать кавалерийских атак. И мне вдруг захотелось исполнить его просьбу. Но если я это сделаю, то могу упустить финалиста Отбора, даже не успев толком узнать его. Что было бы глупо.

– Ты мог бы стать принцем. И иметь больше денег, чем сможешь потратить, и стать настолько знаменитым, что твое лицо узнавали бы даже те, у кого нет телевизора. Ты готов поставить все это на карту ради одного поцелуя?

– Да, я готов поставить на карту ваше счастье, ну и свое заодно.

Я сделала глубокий вдох и задумалась:

– Хорошо.

– Правда?

– Правда.

Справившись с первоначальным удивлением, Ганнер положил руку мне на талию, а затем, мгновенно перестав смеяться, наклонился ко мне:

– Это так нереально.

– Я жду вас, сэр.

Он улыбнулся, и наши губы встретились. Что ж, поцелуй получился вполне приятным. Губы у него были мягкими, и он не пытался засунуть язык мне в горло. А еще от Ганнера хорошо пахло – конечно, не корицей, не цветами или вообще чем-то знакомым. В целом очень даже неплохо.

Однако тот факт, что я не потеряла способности трезво оценивать происходящее…

Ганнер отстранился, поджал губы и задумался.

– Что-то не так? – спросила я.

Он покачал головой:

– Нет. Вроде бы нет. Совсем неплохо!

– Но недостаточно хорошо, да?

– Вот именно, – облегченно кивнул он. – Спасибо вам большое за этот опыт, но, по-моему, мне пора собираться домой.

– Ты уверен? – улыбнулась я. – Может, дождешься съемок «Вестей», а утром поедешь домой.

– Не-а, – застенчиво улыбнулся Ганнер. – Полагаю, если я останусь, то уговорю себя остаться. Я в жизни не видал более красивой девушки, чем вы, но, по-моему, вы не та девушка, что предназначена мне судьбой. И мне стыдно, когда я пытаюсь убедить себя, будто это вовсе не так, в то время как твердо знаю, что мы не созданы друг для друга.

Я протянула Ганнеру руку:

– Ладно. Я уважаю твое решение. Удачи вам, сэр.

– И вам, ваше высочество, – пожал мне руку Ганнер.

Провожая глазами бывшего поклонника, я заметила лакея, эскортировавшего Хейла в мамину комнату. Я помахала им рукой, не сводя взгляда с удаляющегося Ганнера.

– А что здесь забыл Ганнер? – удивился Хейл.

– Делал выбор. Хорошо, пошли со мной. Мне нужна твоя помощь.

Я вышла из маминой гардеробной, из соображений приличия прижимая к груди охапку выбранных навскидку платьев.

– Спасибо, что помогаешь, – сказала я Хейлу, который уже вовсю ушивал и закалывал швы.

– Вы что, смеетесь надо мной? Прямо сейчас я помогаю одевать будущую королеву. И я на седьмом небе от счастья. – Он чуть побольше натянул ткань и посмотрел в зеркало проверить, как ложатся складки. – Конечно, я бы предпочел шить вам платье начиная с первого стежка, но и это наверняка станет жирным плюсом для моего резюме.

Я хихикнула:

– Мне немножко неудобно, что ты угробил на меня целый день.

– Ну, в Мужской гостиной становится как-то скучновато. Спорим, если я позову Кайла, то он с радостью к нам присоединится, пока я работаю. А возможно, Ин тоже.

– Ин, – усомнилась я. – Что-то не похоже, чтобы он горел желанием к кому-либо присоединяться.

Хейл улыбнулся:

– Ну да. Хотя он вроде бы потихоньку обвыкается. Он даже иногда со мной разговаривает. А еще с Эриком. Может, потому, что тот ему не соперник.

– Наверное, так оно и есть. Ин, по-моему, принадлежит к тому типу людей, которые не затем сюда приехали, чтобы заводить друзей. Но пройти через такие испытания и абсолютно ни с кем не сблизиться, на мой взгляд, просто невозможно. Нереально. Ведь если даже мне трудно, то представляю, каково вам, мальчики.

– И все же нам еще, можно сказать, повезло выйти в финал, – заметил Хейл, подмигнув моему отражению в зеркале.

Я задумчиво наклонила голову:

– Ну, тут я не совсем уверена. Да и вообще, я уже начинаю переживать, что в конце концов придется с вами со всеми расстаться. Кроме одного, естественно. Я буду по всем вам скучать.

– А вы, случайно, не думали насчет гарема? – с невозмутимым видом поинтересовался Хейл.

Я согнулась пополам от смеха, в награду получив укол булавкой в бок.

– Ой!

– Простите, ради бога! Мне не следовало шутить, пока у вас все платье в булавках.

Хейл остановился передо мной, и я, встав по стойке смирно, посмотрела ему прямо в глаза. Я сразу узнала этот испытующий взгляд, ведь я точно так же критически рассматривала новые модели платьев, различные предложения и новых знакомых.

– По-моему, здесь надо немного выпустить швы. А вы уверены, что королева не будет возражать? Потому что разрезы я потом точно не смогу зашить.

– Не волнуйся. У тебя полная свобода действий.

– А вы не боитесь, что я зазнаюсь?

– Имеешь полное право. Сегодня ты помогаешь мне выглядеть истинным лидером государства. А для этого необходимо тщательно продумать буквально каждую деталь туалета. Поэтому я у тебя в неоплатном долгу.

– Вы в порядке?

Я удивленно подняла глаза, только сейчас сообразив, что неожиданно помрачнела.

– Да. Просто впереди еще дел невпроворот, и я пытаюсь ничего не упустить. Только и всего.

Хейл вытащил булавку из подушечки, оставленной нам служанкой, и протянул мне: