Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

глазами. У двери стояли Штайн и Элк и тоже слушали. И даже стражник-охранник стоял и слушал раскрыв рот. Н-да, аудитория. Бессмертное творение Бориса Рыцарева и здесь собирает залы.

— … а потом настал день. И человек в чёрном балахоне пошёл по шумному базару Багдада в надежде найти Аладдина, сына Али аль Маруфа, о котором сказала ему Звезда Сухэйн… Невозможно описать обилие и великолепие товаров, раскинутых на прилавках, на камышовых циновках, на ковриках. Кальяны от самых простых и грубых до многотысячных, отделанных золотом и самоцветами; многоцветные ковры, услаждающие глаз необычайной тонкостью узора; шелка, позаимствовавшие у солнца свой блеск; бархат, мягким и глубоким переливам которого могло бы позавидовать вечернее небо; подносы, браслеты, серьги, седла, ножи… сапоги, халаты, пояса, кувшины, амбра, мускус, розовое масло… Базарный день, полный пестрых красок, звуков и запахов…

И я ещё долго пересказывал благодарным слушателям события из фильма «Волшебная лампа Аладдина» ничего не упуская — благодаря абсолютной памяти это было несложно — и стараясь передать весь юмор фильма и его бессмертные цитаты. Конечно, с учётом местных реалий — принцесса Будур превратилась в омегу-принца Будур.

Наваждение сказки отпустило присутствующих… Элк, переполненный эмоциями, схватился за морщинистые щёки. Штайн отошёл от двери и осторожно присел на стул.

— Эх-х…, - выдохнул стражник.

И этот выдох как будто вернул нас всех на землю.

— Ох…, оме, что это я, — засуетился Элк, — у меня же всё готово… Пожалуйте за стол…

Отдав должное простой, но сытной пище, я, пока Штайн и Элк кормили детишек, прошёл в библиотеку. Кожаные переплёты с тиснёными золотом и серебром буквами заполняли несколько шкафов. Уютное кресло стояло в углу будто ожидая ненадолго вышедшего хозяина. Я провёл пальцем по корешкам, не торопясь читая названия. География привлекла моё внимание. В замковой библиотеке я заглядывал в книги по географии, но больше налегал на описание Тилории. А здесь мне попалась книжка по иностранным городам и весям. Пролистнул. Какое-то странно знакомое название царапнуло глаз. Лирнесс… Лирнесс… покопавшись в памяти, ставшей близкой к идеальной, с удивлением вспомнил Илиаду Гомера. Малоазиатский город. Но откуда он здесь?!.. Помнится из Лирнесса была Брисеида, которую отнял у Ахиллеса Агамемнон… Здешний Лирнесс находился на побережье тёплого внутреннего моря и не принадлежал никакому из государств. Вольный город. Город магов, город искусников… В нём же, а точнее недалеко от него, находится и самая знаменитая схола Великого Искусства. Правит и схолой и Лирнессом совет искусников, в который, впрочем, входят не только искусники, но и самые достойные граждане Лирнесса и окрестностей принадлежащих городу, известные своим богатством или воинскими талантами. Эдакая Терранская Венеция. В книге обнаружились и картинки, изображающие и сам Лирнесс и схолу. Мелкий морской залив с песчаными берегами, улицы, идущие вдоль моря, с открытыми верандами ресторанчиков и кафе, качающиеся на волнах разноцветные лодки, зелень кудрявых кипарисов, оливковое кружево магнолий и рыжеватое ожерелье реликтового кедра…

Я едва смог оторваться от книги — Лирнесс запал мне в голову. Над этим стоит поразмыслить. Хотя бы в качестве цели, куда стоит стремиться. А что? Не вечно же нам жить в лесу в суровом климате Майнау. Веник к тому же искусник и ему надо где-то постигать Великое Искусство… Да и мне самому стоит найти какой-нибудь тихий уголок, где я никому неизвестен. Эльфи родит… Ладно, это потом. Опять выбор, опять перепутье!.. Я прикрыл глаза рукой. Долго стоял, размышляя… Как бы опять моё подсознательное обращение к миру не повлекло смерть невинных… Нет… Вроде нет… Не должно… Выдохнув, я продолжил осмотр книжного шкафа. О! Кулинария. Толстая потёртая книга — видно, что часто пользовались, бросилась мне в глаза. Я взял её в руки, раскрыл. Пятна, пометки на полях… Возьму с собой… Попрошу у Штайна и Элка — пусть Эльфи тренируется, да и мне любопытно посмотреть каких высот в здешнем мире достигло кулинарное искусство.

Я снова прошёл в комнату к только что покормленным детишкам. Дверь в этот раз прикрыл.

— Сиджи, Ют, хотите научиться летать? — задал я провокационный вопрос.

Две пары глаз с надеждой уставились на меня. Помогу им… надо… иначе они просто не выживут в этом мире. Всю жизнь лежать? Кто их содержать будет? А с Великой Силой они станут искусниками-менталистами — телекинез рулит! Это я знаю как никто другой… Лишь бы удалось… Лишь бы смогли… Беглый осмотр энергетики показывает, что небольшие задатки есть.

— Смотри, Ют, — начал я с омежки с руками, — это непросто… Нужно много работать. Ты согласен?

— Даже если он не согласится, — Сиджи, двигаясь как червяк, в великоватой ему сорочке подполз по матрасу поближе ко мне, — то я готов… Я буду учиться! И его заставлю! Он не откажется. Что нужно делать?

— Я сейчас покажу Юту, — обратился я к решительно настроенному Сиджи, — а потом и тебе.

Я взял Юта на руки, спиной прижал к своему средоточию и начал гонять Силу от себя к нему и обратно, так как это делал с Оле-младшим.

Худенький Ют быстро устал и я, почувствовав это, остановился.

— А теперь ты, — прижал я к себе и Сиджи.

Сиджи был слабее Юта, устал быстрее, но когда я решил закончить, решительно воспротивился:

— Оме, не останавливайтесь, я ещё могу…

— Нет, маленький, хватит на сегодня. Вам обоим надо отдохнуть. И потом, у меня для вас будет задание, — остановился я.

— Вот, смотрите, — я показал им оболочки, первую, вторую, третью, — до тех пор пока я не приду вы должны научиться видеть то, что я вам показал. Смотрите везде: друг на друге, на дедушках, если стражника увидите — смотрите и на нём…

— А вы, оме, когда придёте? — с надеждой спросил Ют.

— Скоро, маленький, скоро, — погладил я по головкам омежек.

Встал, прошёл к выходу, обернулся в дверях и повторил:

— Смотрите везде, где можно, поняли?

Ответом мне был синхрòнный кивок бордовой и золотистой головок.

Выпросив у Элка книгу (да берите, оме, я всё равно читать не умею) и тепло распрощавшись со стариками, хлопнув на прощание по плечу стражника, я вышел из дома, снова ставшего гостеприимным, ну, по крайней мере, для меня.

Серия прыжков телепортации привела меня к дому. Ещё было светло. Из оврага тянуло дымком. Эльфи опять настирал кучу бельишка мелкого и оно застывшими на морозе полотнищами висело на веранде.

Часть принесённых продуктов — что можно, я сгрузил в лабаз. А молоко, яйца и муку принёс в дом.

Эльфи, поджав ноги, лежал на боку на топчане, дрова трещали в печке. Впустив клуб морозного