Гахиджи - Ирина Королева

– Прекрати издеваться! Почему ты такой злой!

– Да потому, что ты вечно лезешь куда попало и может пострадать весь мой народ!

Елена будто протрезвела и посмотрела на мужчину изумленными глазами. – Дэвон….. Кто ты?

Он сидел рядом, и Елена только сейчас заметила, насколько Дэвон изменился. Темные круги, украшавшие его глаза, исчезли, он подстригся и теперь его темно-русые волосы блестели на солнце. Он помолодел еще лет на пять и теперь выглядел не старше 25-ти…

Дэвон посмотрел на Елену, хитро прищурив глаза и усмехнулся. – Чего это ты меня разглядываешь?

– Прости. Так ты ответишь на вопрос?

– А ты не угомонишься, да?

– Только если ты ответишь на все мои вопросы.

– Не слишком ли самоуверенно для молоденькой барышни?

– У меня нет выбора. Я должна знать, что здесь происходит.

Душа Елены задрожала от отчаяния. Ей до безумия хотелось вновь самой пережить все их встречи. Вновь прикоснуться к этому мужчине, вдохнуть его запах, но пытка продолжалась. Она увидела их первый поцелуй, первую ночь, проведенную вместе, их последнее свидание, на котором они договорились, что Елена уйдет к нему и свою внезапную беременность…

Елена увидела себя, лежащую на кровати в комнате Эмили. Её тело извивалось и выгибалось дугой, а Дэвон держал её за руку, не зная, как помочь.

Эмили опять начала на него кричать: – Что ты скачешь, сядь, успокойся, все идет, как и положено!

– Но ей больно!

– Естественно ей больно! А ты как думал! Шел бы ты лучше отсюда, а то еще и тебя откачивать придется. Не мужское это дело на родах присутствовать!

– Я не уйду!

– Тогда сядь и не путайся под ногами! И куда запропастилась Эбби. Может хоть ей удастся тебя выгнать!

Дэвон опять сел и погладил ладошку Елены. Ему было страшно за неё. Он видел, как она побледнела, как часто дышала, и как покрылся испариной её лоб. Он нежно промокнул выступившие капли полотенцем и принялся нашептывать ласковые слова.

Неожиданно в комнату ворвалась Эбби. Она, как и Дэвон, не постучала. Её лицо было бледным словно бумага, а глаза расширены от ужаса. Эбби колотил озноб.

– Что? – Дэвон встал и взволнованно обратился к матери. – Говори, что случилось?

– Гахиджи! Спящие уже на границе и они начинают!

Душа Елены опустилась вниз. Она заметалась по комнате, вновь переживая весь ужас случившегося, но ничего не могла сделать. Елена увидела, как почернев, упала Эмили, и её место заняла Эбби. А Дэвон закрыл их своим телом.

– Дэвон! – вновь вскричала её тело, и они обе увидели его черные ввалившиеся глаза. – Дэвон, не надо!

– Тужься, Елена! – заголосила Эбби. – Собери все свои силы! Давай!

– Дэвон! Нет!

Душа Елены видела, как Эбби с трудом держится за кровать и её ноги начинают подкашиваться, как опадает на колени её любимый мужчина. Как её собственное тело извивается от отчаяния и схваток. А потом они пали. И Эбби и Дэвон, с мгновенно почерневшими лицами. Душа Елены подлетела к любимому, и ей захотелось взвыть от горя, но вместо неё это сделало её тело. Тогда она вернулась к кровати и удивленно застыла. Кровать была пуста. Вернее, там не было её тела, но зато лежала маленькая девочка с необычными, длинными серебристыми волосами. «О боже» подумала Елена «Моя дочь, она и есть Хранительница! Так вот что происходило с границей. Все это время Хранительница была жива, просто заперта в своих сосудах и она поддерживала свою защиту, а потом Хранительница начала возрождаться! Возрождаться во мне! И поэтому граница слабела! Она специально отпустила ее, чтобы медленно просачивающееся время нагнало упущенные года. У Хранительницы не было 9 месяцев. Она не могла столько ждать». Елена резко взметнула вверх «Она пришла! Она все-таки пришла! И должно наступить спасение! Вот только, кого оно коснется?» Елена вылетела сквозь крышу и начала лихорадочно осматриваться вокруг. Весь остров накрыл белоснежный плотный туман, но она все же заметила, как на границе корчатся в предсмертных муках когда-то непобедимые Гахиджи…

А затем все померкло…

Темнота.

Елена очутилась на бескрайнем желтом поле, поросшем мягкой высокой травой. Её душа, наконец, приобрела легкие прозрачные очертания тела. Порывистый теплый ветер гнул высокие мягкие стебли и раздувал её волосы. На небе ярко светило солнце, но от него не было жарко. Здесь все было хорошо и спокойно. Елена осмотрелась вокруг и вдруг заметила похожие на себя два прозрачных силуэта. Они направлялись к ней, и вскоре Елена разглядела в них Даррена и маму. Они шли, держась за руки, и ласково улыбались растерянной Елене. Даррен постепенно отстал и остановился, а Наталья торопливо побежала вперед.

– Мама! – воскликнула Елена, с изумлением слыша свой собственный, словно хрустальный голос. – Мамочка!

– Елена… – Наталья подошла и ласково обняла дочь. – Ты стала такой красивой и взрослой!

Елена чуть отстранилась и взволнованно посмотрела на Наталью: – Но отец… он тебя убил, я вспомнила. Мама, он убил тебя? Я не понимаю!

Наталья нежно погладила Елену по голове и заправила волосы за уши: – Да, доченька, но ты не вини его. Он ни в чем не виноват. Его отравило проклятие, и это зло принесла ему я. Тогда, на пирсе, меня подобрал Ченг и привез обратно на остров, но я умерла в пути. Вот тогда старейшему и открылась правда об Омари. Я так и не смогла сбежать с острова, он всегда возвращал меня обратно. Но зато благодаря своему возвращению на остров я смогла воссоединиться с Дарреном. Мы теперь вместе.

Елена взволнованно огляделась: – Мама, я тоже умерла?

– Нет, моё солнышко! – Наталья ласково улыбнулась, продолжая нежно обнимать и ласкать Елену. – Твоя душа в пути, она ищет свое место.

– А что стало с Дэвоном? Катериной и остальными?

– Все стало на свои места солнышко, ты разорвала замкнутый круг и этим восстановила равновесие. Ангелам – рай, демонам – ад, а людям земля. Все, как и должно быть. Вот только твоя дальнейшая судьба еще не предопределена. Ты сейчас на распутье и свою линию жизни тебе придется складывать самой. Она будет зависеть только от принятых тобою решений.

Елена печально посмотрела на маму: – Но все закончилось? Гахиджи мертвы? Хранительница убила их?

Наталья тихо вздохнула: – Она не убивала их. Они сами не вынесли той любви и чистоты, что нахлынули на них с приходом Хранительницы.

– Я не совсем понимаю…

– Понимаешь, Елена, по сути Гахиджи, просто кучка несчастных созданий.

– Мама, они монстры!

– Я знаю, но такими их сделала не Хранительница и даже не Вельзевул. Они сами сделали себя такими. Гахиджи, всего лишь слабые мужчины, потерявшие веру и надежду. Настоящая сила в умении справиться с жизненными испытаниями, какими бы сложными они не были, и сохранить при этом себя самого, не утратить человеческий облик. А они не смогли справиться со своей ненавистью, они потеряли бога в своей душе.