Только сердце знает - Линн Грэхем

– Ему пора обедать, – напомнила Билли.

Игра закончилась. Она усадила Тео на доставленный в номер высокий стул и начала кормить из ложечки, но ребенок настойчиво требовал самостоятельности, и Билли ничего не оставалось, как уступить. С победной улыбкой Тео запустил ложку в стакан с йогуртом. Билли была совершенно озадачена происходящим. Всего час назад Джио собирался написать жалобу в органы опеки. Угроза напугала ее до полусмерти: два года назад, еще до их с Ди встречи, социальная служба забрала детей Ди в приют. Близнецов удалось вернуть, и с тех пор у Ди не было проблем с инспекторами. Однако, если поступит новый сигнал о ненадлежащем уходе за ребенком в доме, где проживает Ди, будет снова проведена тщательная проверка, а кузину подвергнут унизительному допросу. Кроме того, узнав о визите инспекторов, соседи начнут сплетничать, и тогда пострадают дети. Этого Билли не могла допустить.

Но вдруг человек, пугавший ее страшными угрозами, в общении с ребенком совершенно преобразился. Джио казался раскованным, дружелюбным и почти веселым, проявляя черты, о которых Билли не подозревала: он всегда представлялся ей спокойным, сдержанным, невозмутимым. Приходилось признать, что интерес к Тео оказался глубже, чем она надеялась. Билли с беспокойством задумалась о своей роли в этом треугольнике. Что Джио имел в виду, когда говорил, что хочет получить сына?

Джио скрылся в одной из комнат и вернулся в гостиную, одетый в джинсы и стильный джемпер в полоску. В то время как Джио завороженно наблюдал за Тео – тот строил башню из игрушечных кирпичиков, потом рушил ее, наслаждаясь производимым шумом, – Билли не могла оторвать глаз от смуглого, худощавого, красивого лица. Когда он опустился на пол рядом с Тео, под плотно облегающими джинсами обозначились выпуклые мышцы длинных ног и стройных бедер. Билли непроизвольно перевела взгляд на плоский живот, на внушительный бугор ниже ремня, и ее кинуло в жар. Она поспешно отвернулась. К сожалению, она знала, в чем проблема: она не могла побороть вожделения к Джио, одолевавшее ее вопреки рассудку. Это было что-то вроде пожизненного приговора. Беременность ускорила уход из его жизни, потому что она не хотела раскрывать секрет и боялась, что он догадается. Билли не вынесла бы унижения, поскольку не сомневалась – Джио разозлится и заставит ее страдать от чувства вины. Теперь он убеждает ее в обратном, говоря, что никогда не стал бы настаивать на аборте.

Можно ли верить тому, что он заявляет спустя два года после того, как династический брак потерпел фиаско? В то время он возлагал большие надежды на этот союз, и, мягко говоря, беременность Билли оказалась бы очень некстати. Насколько серьезно его утверждение, что он бы не женился, зная о ее интересном положении?

Разве она бы поверила, если бы два года назад ей показали Джио, сидящего в джинсах на полу рядом с сыном и собирающего из кубиков башню, которую Тео со смехом рушит ударом пухлого кулачка.

– Ты сказал, тебе нужен Тео, – решилась задать вопрос Билли. – Как ты это представляешь?

– Очень просто. Теперь, когда я наконец нашел его, ни за что, никогда не покину, – заявил Джио, поверх головы ребенка сверкнув темными с золотом глазами, от одного взгляда которых она приходила в смятение и теряла мысль.

– Э-э… ну, это очевидно, – запинаясь, пробормотала Билли. – Ты хочешь видеться с ним и поддерживать контакт.

Джио вдруг замер, сведя брови.

– Этого мало. Я хочу больше.

– Насколько больше? – настаивала Билли, стараясь не поддаваться магии взгляда.

Чувственный рот Джио изогнулся в сардонической улыбке.

– Мне не нужны полумеры. Я хочу все!

– Что же включает «все» в твоем понимании? – потрясенно спросила Билли.

Джио смотрел на нее с мрачным удовлетворением, не сомневаясь, что она уже сама догадалась. Он был готов дать ей то, что она всегда хотела от него получить, а ему даже в голову не приходило предлагать это ей. Теперь у него была очень веская причина пойти на сделку, и то, что он получит как дополнение сверх желаемого, можно в расчет не принимать. Тяжесть в паху привычно усилилась при взгляде на ложбинку между пышных грудей, особенно заметную при повороте головы, когда Билли говорила с ним. Ему не терпелось сорвать с нее одежду, проникнуть между бедер и оставаться там до тех пор, пока он не утолит мучивший его сексуальный голод.

– Джио? – напомнила ожидавшая ответа Билли.

– Я хочу все… что дает законный брак, – без колебаний заявил Джио, разглаживая пальцем темный локон на лбу прильнувшего к нему сына. – Никакого другого варианта у нас нет.

Шевеля бескровными губами, Билли сумела наконец выговорить:

– Если я правильно тебя поняла, ты предлагаешь нам пожениться?

– Только в этом случае Тео будет признан законнорожденным по законам Великобритании.

– Это вряд ли произведет впечатление на тех, кто знает его возраст. Для них не будет секретом, что он родился в то время, когда ты был женат на другой женщине, – напомнила Билли.

– Не имеет значения. Важен конечный результат: Тео – мой законный сын и его права как наследника не могут быть оспорены, – отчетливо произнес Джио низким, бархатным, мурлыкающим голосом. – Он достоин этого по праву рождения, и я признаю это право.

– Даже если для этого тебе придется жениться на мне? – с недоверием пробормотала Билли.

– Ты выйдешь за меня замуж ради сына, а я женюсь на тебе по той же причине. Мы дали ему жизнь и обязаны защищать его интересы. Это наш долг, – непреклонно заявил Джио.

Билли чувствовала, как ее пробирает дрожь, а руки стали липкими. Давным-давно она мечтала о том, чтобы стать женой Джио. Мечта походила на волшебную сказку, но при столкновении с жестокой реальностью оказалась всего лишь глупой фантазией. Сейчас Билли стоило больших усилий поверить, что Джио говорит о женитьбе. Он словно открывал дверь в прошлое, возвращая ей сказку.

Защитным жестом она крепко обхватила себя руками.

– Ты уверен, что не можешь гарантировать Тео права наследования другим способом?

– Я мог бы составить юридический документ, признать его своим сыном и наследником, но единственный надежный способ закрепить за ним права – это жениться на его матери. В любом документе есть нюансы и оговорки, которые позволят опытному законнику найти зацепку и оспорить его.

– И кому же такое может прийти в голову? – удивилась Билли, потрясенная тем, что ее маленький сын может стать наследником огромного состояния.

– Ты имеешь хотя бы малейшее представление о том, как я богат? – тихо осведомился Джио и добавил ледяным тоном: – Или о том, на что готовы люди, чтобы увеличить свое богатство или богатство детей?

– Не представляю, – призналась Билли, далекая от мира богатых и могущественных.

– Когда мне было четырнадцать лет, мачеха попыталась лишить меня прав на семейный траст в пользу своего восьмилетнего сына. Суд отказал в иске только после того, как деду удалось доказать, что ее сын не приходится ему внуком, – пояснил Джио.