Венок из одуванчиков - Ирина Градова

– Когда же ты заткнешься! – в сердцах крикнула она собаке. – Ну что на этот раз?!

В этот раз Ганс лаял неспроста. На пороге стоял весьма странный мужчина…

Внешность. Небрит, помят, под глазами следы вчерашнего веселья, по глазам заметно, что вчерашнее веселье их обладатель уже продолжил; глаза мутно-зеленого цвета, круглые, удивительно наивные, нос похож на помидорчик черри, такой же пухлый, маленький, местами даже красный, подернутый капиллярной сеткой; телосложение крупное, живот напоминает аквариум, в котором вместо обычной рыбы плещется вобла в пиве.

Манера одеваться. Несмотря на свой незаурядный облик, одет по последней молодежной моде: обтягивающая майка кислотно-желтого цвета с невероятным абстрактным рисунком, выполненным в серебристом и черном тонах, рваные джинсы, болтающиеся где-то на бедрах, заправленные в «Нью-Роки» – высокие ботинки на шнуровке с кучей металлических застежек.

Возраст. Больше сорока, но меньше пятидесяти.

Черты характера. Как минимум забавен.

«Колоритный персонаж…» – оценила про себя Яна и, успокоив Ганса, поздоровалась с незнакомцем:

– Добрый вечер. Вы, наверное, сосед?

– Сосед? – Мужчина недоуменно приподнял густые темные брови, а потом, натянув на джинсы маечку, которая неуклонно ползла вверх под давлением живота, ответил: – Ну… Что-то в этом роде. В какой-то степени…

– В какой-то степени?

– Ну да, в какой-то. Меня зовут Леня. Я – местный бомж, – представился мужчина.

От такого откровенного признания Яна чуть не села прямо на терраске. Нет, конечно, она была не настолько наивной, чтобы не знать, кто такие бомжи, и слишком долго прожила в Москве для того, чтобы их никогда не видеть. Но она ни разу в жизни не встречала человека, который бы с такой легкостью во взгляде и в голосе сообщил, что он – лицо без определенного места жительства. К тому же посвятил в это человека, совершенно не нуждавшегося в его признании…

– Очень приятно, – кивнула Яна, припоминая слова соседки о том, что кто-то «у дома крутится». – А меня Яной зовут. Я этот домик снимаю. Вот только сегодня переехала…

– То-то я вас здесь раньше не видел, – улыбнулся бомж Леня. – Поздравляю. Отличное место. Странное, конечно, но вам-то уж точно бояться нечего…

– В каком смысле – странное?

– Да ничего страшного, – махнул рукой бомж Леня. – Вы не бойтесь. Это я так, глупости говорю…

– Не вы один, – вздохнула Яна. – Вот и соседка моя тоже обо всякой чертовщине говорила.

– Баба Зоя? – помрачнел Леня. Судя по всему, соседка не нравилась ему так же, как не понравилась и Яне. – Да слушайте вы ее больше. Баба Зоя любит языком чесать. Ничего тут страшного нет. Во всяком случае, для вас.

– А вы-то откуда знаете?

– Чувствую.

– У вас тоже аура чувствительная?

– Нет, я просто чокнутый малость, – признался Леня, выкатив наивные глаза. – Да вы и меня не слушайте. Я люблю ахинею нести.

– Простите, Леня, – Яна уже начала терять терпение, – вы, наверное, не просто так ко мне пришли… У вас, может, дело какое-то?

– Ах да, точно! – Леня хлопнул себя по лбу ладонью, да так сильно, что Ганс аж вздрогнул от звука шлепка. – Точно ведь, дело. Я ведь тут живу, так?

– Наверное… – пробормотала окончательно растерявшаяся Яна.

– Да тут рядом, в бытовке… Так вот я это… хотел попросить. Вы если будете что-то выбрасывать… ну, вещи или, может, продукты какие… не несите на мусорку, оставляйте возле дома. А я с утра все выброшу…

– Вы что – дворником работаете?

– Ну… вроде того… – Леня подтянул майку и посмотрел на Яну, мигая круглыми глазами. – Я забираю то, что мне нужно, так? А остальное выбрасываю. Только вы, если можно, кладите вещи отдельно от еды. Ладно?

– Ладно… – растерянно кивнула Яна.

– Вот и спасибочки… – повеселел бомж Леня. – А насчет… того… вы не бойтесь, ничего страшного. Ну до свидания, Яна… Не знаю, как вас по отчеству…

– Евгеньевна… – пробормотала Яна.

Ей очень хотелось спросить, насчет чего «того» успокаивал ее бомж Леня, но тот слишком быстро шмыгнул за калитку, а перспектива бежать за ним вдогонку или оглашать дачный поселок криками Яне не улыбалась.

– Персонаж… – обернулась она к Гансу. – Ну и как он тебе? С виду вроде неопасный…

Ганс согласился. Во всяком случае, повилял хвостом, что обычно говорило о том, что он согласен.

Возвращение Музы, или Новые приключения Гарри. – Свидание Ганса с мусоркой. – Леня читает Яне лекцию о значении имен. – Немного о быте подмосковного бомжа. – О том, как у Яны появился соавтор

Спала Яна беспокойно и тяжело, что в общем-то ее не очень удивило – ей частенько снились кошмары. В этот раз ее никто не преследовал и никто за ней не гнался, сон был каким-то абстрактным, но от этого не менее пугающим.

Ей снилось, что она бродит по заброшенному замку, в котором нет ни души. Она судорожно пыталась найти выход, но в замке было много комнат и еще больше – дверей, так что выйти из него, казалось, невозможно. В этом лабиринте с белыми стенами были окна, но что-то мешало Яне посмотреть вниз – во сне она почти всегда боялась высоты, даже самой незначительной – всего в несколько подъездных ступенек. Проснулась она, распахнув очередную дверь, такую же безликую, как все остальное в этом белом безумии.

Ганс громко лаял. Телевизор, который Яна притащила из гостиной, тихо вещал не то о рыбалке, не то о рыболовных снастях. Яна по привычке покосилась на стену – у Ольги там висели часы – и, не обнаружив циферблата, потянулась к мобильному, который предусмотрительно положила рядом с кроватью.

– Полшестого, Ганс… – простонала она. – Чего ты разбрехался? Гулять не поведу, хоть завой…

Ганс вбежал в комнату и, перемежая лай тихим поскуливанием, легонько потянул одеяло на себя.

– Ганс, имей совесть… Потерпи еще часок… – умоляюще посмотрела на пса Яна.

Ганс продолжал скулить и стаскивать с Яны одеяло.

– Жалость тебе неведома… – буркнула Яна и выскользнула из-под одеяла. – Ну пойдем, что с тобой делать, блохастый недоросль…

Заправив ночную рубашку в джинсы, Яна накинула куртку и вышла на террасу. Ганс, вместо того чтобы последовать за ней и радостно завилять хвостом, услышав звяканье собачки на ошейнике, скрылся в рабочем кабинете.

– Чертова шарманка! – в сердцах крикнула Яна. – Ты что, морда мерзкая, шутить со мной собрался?! Мне, по-твоему, спать не надо? А работать кто будет? Деньги на твою жратву кто заработает?

Ганс, по всей видимости, думал об этом меньше всего. Он высунул морду из комнаты и тихо заскулил, словно приглашая Яну войти.