Её Дневник - Татьяна Адриевская

После института, я спешила в уже известное мне офисное здание, на сорок четвертый этаж, чувствуя, как дух захватывает от волнения. В руках коробочка с кексами, на лице глупая улыбка. Хоть время уже послеобеденное, полдник же никто не отменял! Сразу на входе, я столкнулась с господином Воронцовым собственной персоной. Смущённо остановилась, подумав, что и его неплохо было бы угостить, но когда сюда шла, даже не подумала о его возможном присутствии в офисе.

– Здравствуйте, – пролепетала я.

Глядя на него такого серьёзного, преображенного в деловой стиль, у меня язык не повернулся обратиться к нему на «ты».

– Почему на "вы", Милана? – удивлённо протянул он.

– Привет, – кашлянула я, отводя взгляд.

– Привет. Дай угадаю: ко мне пришла? Я немного разобрался в шкафу, поэтому если хочешь…

– Не к тебе, – тут же прорычала я.

Сколько он уже будет мне этот шкаф вспоминать? Важно обошла его, передумав угощать своими кексами.

– Алексея сейчас нет, – предупредил он, равняясь на мой шаг.

Остановилась, сжав в руках коробочку.

– А он сегодня будет?

– Будет, как только закончит переговоры с важными клиентами.

Я попросилась его подождать.

– Тогда пойдём в кабинет, он вернётся не раньше трёх.

Послушно поплелась следом, невольно заметив, что в эту нашу встречу в офисе, волосы у Воронцова были в полном порядке. Уже знакомая блондинка Наденька проводила меня удивлённым взглядом, когда её босс, обходительно открыв передо мной дверь в свой кабинет, попросил приготовить нам чай.

За месяц тут ничего не изменилось. Разве что гора бумаг на столе Воронцова увеличилась вдвое. Я невольно высказалась, что ему не помешала бы хорошая ассистентка.

– Хорошую найти сложно. Разве что ты пойдешь, – отшутился тот.

Я заверила его, что была бы самой отвратительной ассистенткой в мире, хотя одна только мысль, что я могла бы работать так близко к тебе, Лёша, кружила мне голову и заставляла глупо улыбаться.

Пока мы пили чай, сидя на мягком белом диванчике, я успела рассмотреть все рекламные наработки, что висели на стендах. Один так гневно исчерчен черным маркером, что на него смотреть жалко. Голубой куб в центре ярко жёлтой сферы. В центре куба аббревиатура названия фирмы.

– На компьютере мне нравилось больше, – криво улыбнулся Андрей, проследив за моим взглядом.

– Мне кажется, если сферу сделать такой же объемной как и куб, будет гораздо лучше. И на жёлтом можно добавить небольшой градиент чуть темнее основного тона, прям от углов куба, по той же форме.

Он немного задумался, оглядывая макет и одобрительно улыбнулся.

– Может в этом что-то и есть. А говоришь ассистент из тебя плохой.

Он ушёл к рабочему столу, вместе с чашкой чая, и снова погрузился в работу. А я помалкивала, стараясь не мешаться. Иногда поглядывала на коробку с кексами, но предложить всё-таки не решилась. Ведь я готовила их специально для тебя! Спустя время Андрей подозвал меня, задумчиво вглядываясь в монитор.

– Что теперь скажешь?

Посмотрела на электронный макет, сильно волнуясь. Кроме Леры, у меня обычно никто советов не спрашивал. Особенно владельцы рекламных компаний…

– Да подойди же ты ближе, Мила. Обещаю, кусать не стану, – насмешливо высказался Андрей, глядя на мои старания держаться от него подальше.

К щекам прилил румянец, но я решительно шагнула к его креслу.

– Теперь будто буквы пропали, можно их тоже объемными сделать? И чуть повернуть логотип в плоскости от себя.

Совсем осмелела, наклонилась к нему и перехватила мышку. Сделала так, как мне нравится, и покосилась на Андрея. Его взгляд ещё некоторое время изучал макет, а я зачем-то его профиль. Мне запомнились густые ресницы. Они были даже на кончиках черные. Везёт же. А мне вот всегда подкрашивать приходится. Нос был прямой и чуть заострённый. Какая-то нереальная внешность. Слишком уж идеальная. Андрей одобрительно улыбнулся, и мне вдруг стало радостно от этого.

– Ты на кого учишься? – он повернулся ко мне.

– Банковское дело.

– Тебе бы в креативные дизайнеры.

Лишь пожала плечами.

– Папа так не считает. У него всё рассчитано, наверное, с наших пелёнок. Кто какое место будет занимать в его империи.

– Да уж, пожалуй…

– И почему ты сам дорабатываешь макеты? У вас же целый отдел.

– Потому что у меня нет империи, как у твоего папы. И думать частенько приходится самому. Возможно, приходилось бы гораздо реже, с такими-то работниками как ты, но и тут всё досталось твоему отцу.

Я невольно улыбнулась. Очень приятно и непривычно слышать похвалу. Я, наверное, впервые так близко стояла к Андрею. И не понимала, почему так волнующе чувствую его близость. От него исходил знакомый мягкий аромат, но я никак не могла понять, где его чувствовала раньше. Наклонилась ещё ниже, вдохнув побольше воздуха. И вдруг, сердце ёкнуло, я округлила глаза и удивлённо замерла.

– Ты чего? – Воронцов немного отпрянул.

– Встань, пожалуйста.

– Зачем?

– Встань же, – я нетерпеливо потянула его за руку.

Да! И руки и запах мужского парфюма. Почему мне ещё в клубе не пришла эта мысль? Андрей поднялся, возвышаясь надо мной, а я тут же коснулась его плеч. Не то…

– Сними пиджак…

– Ого, прямо здесь? Не слишком ли мы торопим события? – Он явно не понимал, что происходит, но пиджак всё-таки снимал. – Не то чтобы я против, но ты вроде к Алексею пришла. Стоило бы хоть дверь закрыть…

– Ты можешь дать мне две минуты и просто помолчать? – я вся раскраснелась от его шуточек.

Андрей вздохнул и упёр руки в бока.

С волнением выдохнула и закрыла глаза. Нерешительно коснулась его плеч и сжала пальцы. Материал другой, не такой гладкий, но было бы краем идиотизма ходить в одной и той же рубашке две недели, верно? Скользнула руками вверх… Словно проживала этот момент заново. Тот же приятный аромат щекочет нос, то же волнение распирает грудь, а под ладонями твердые широкие плечи. Когда я поднялась к шее и запустила пальцы в волосы, лишь сильнее убедилась в своей догадке. Да и Воронцов напрягся, застыв каменной статуей. Вот они, такие же жёсткие и гладкие. Делаю шаг к нему и спускаю пальцы на скулы, веду к чуть заостренному носу и уже знаю, какими будут по ощущениям его мягкие теплые губы. Почему я не узнала его ещё тогда? Этот низкий глубокий голос было бы сложно спутать с каким-либо другим… Да потому что мой незнакомец говорил со мной шёпотом, чтобы никто нас не услышал и не раскрыл наш маленький обман…

Его губы растянула понимающая улыбка, но в этот раз я не испугалась и не убрала руки.