Ее ужасная нечисть - Александра Черчень

– Да, конечно.

– Отлично. Тогда до встречи. – Мне снова лучезарно улыбнулись.

Поняв намек, я попрощалась, забрала все любезно предоставленные материалы и покинула кабинет.

Физически. Сделать это мысленно получилось далеко не сразу, но, стоит отдать должное, мысли мои занимал вовсе не замечательный мужик, а его питомец.

Интересно, фамильяр или нечисть?

Мое любопытство было вполне понятно, хотя бы потому, что навскидку я вид декановской тварюки определить не смогла. А я далеко не худшая студентка и помимо базовой программы ходила на разного рода факультативы. Так вот – нет такой нечисти!

Разве что она может менять свой облик, но видов, обладающих морфизмом, не так уж много – наверное, только ухмары или пэли. Но и те и другие – неразумные, а ухмары еще и практически вымершие. Эти существа относились к оружию древней цивилизации Ламирии, и сосуды с ними до сих пор находили в районе Иммерзильских болот. Незнающие люди вскрывали их и выпускали на волю свою смерть. И ладно бы только свою! Последнее появление ухмары зафиксировано лет пятьдесят назад: тогда пробудившаяся от долгого сна нечисть выпила целый маленький поселок, пока не подоспели королевские маги.

Но суть в том, что они неразумные. Можно, конечно, путем опытов рекомбинировать магическое существо и добиться зарождения ума – есть спецы, хоть это и не поощряется. Но это же туманная сущность! Как ее рекомбинировать?

Выходит, все-таки фамильяр? Но про таких я тоже не слышала. Фамильяров создают на базе видов обычных животных.

Ладно, загадка на потом.

Я поймала себя на том, что снова думаю о декане, и мысленно дала себе подзатыльник. Кажется, я хотела контактировать с ним по минимуму и уж точно не желала о нем думать. Так что лучше поразмышлять о чем-то более приземленном и реальном. И уж точно не уноситься мыслями в завтрашний вечер, где Эйдан будет проверять мои защитные навыки.

Именно с этими мыслями я дошла до общежития, и там у меня уже не было ни малейшего шанса от этой самой реальности абстрагироваться!

Мечты сбываются, блин.

КАЙШЕР ЭЙДАН

Стоило двери закрыться, как фигура змеи вновь развеялась туманом и превратилась в девичью, правда, очень маленькую, не больше книги в высоту.

– Щиты-ы-ы… – протянула ухмара, присаживаясь на ежедневник. – Отработать, подкорректировать технику исполнения… А ты хитер!

– Безопасность превыше всего. – Но губы декана все равно дрогнули в улыбке. – Ладно… Пусинда, есть задание.

– Для тебя все что угодно! – Ухмара сначала развеялась черной дымкой, а потом собралась в фигуру воодушевленно виляющей хвостом собаки.

– Отнеси письмо.

– И все? – Туманная собачья морда разочарованно вытянулась. – Я уж думала, что в планах маленький подвиг, а ты опять меня используешь как почтальона.

– Надо отнести Фейну.

– О… все-таки подвиг? – оживилась ухмара. – В прошлый раз он меня едва не прибил чисто из спортивного интереса и желания тебе нагадить. Ты уверен, что стоит продолжать дружить?

– А мы и не дружим. – Кайшер взял со стола запечатанный конверт. – Просто ламиров осталось не так много, и мы вынуждены как минимум общаться, а как максимум сотрудничать. Сбор Круга Десяти через месяц, и я хотел удостовериться, что все будут. Фейн единственный, кто не ответил на обычное письмо, потому хочу послать тебя.

– Иногда я пытаюсь осознать весь трагический юмор вашей ситуации. – Собака плюхнулась на попу и смачно почесалась за ухом. – Древняя цивилизация оборотней, которых проклял их собственный бог…

– Это всего лишь легенда, – заметил Кайшер. – Ламиры – не оборотни, а высшая нечисть.

– Не важно. А после проклятия у вас умерли все свои бабы, а новые перестали рождаться.

– И где тут юмор?

– Десять последних мужиков, которые все никак не вымрут! Красивых, идеальных хищников, но ни создать семью, ни толком размножиться.

– Не смешно.

– Ну, так я же говорю – трагический юмор. – Ухмара вздохнула. – Просто мне сложно вас от души жалеть. Ведь именно ты меня, считай, создал, а после заточил в сосуд, а после освобождения из сосуда дважды грохнул и заставил служить.

– Могу грохнуть третий, счастливый раз. Хочешь?

– Нет.

– Вот и лети к Фейну, а не строй из себя трепетную деву.

– Сложно отучиться, я все же девой больше двадцати лет прожила, пока с тобой снова не встретилась, – философски отозвалась ухмара, обращаясь в крупную ворону и протягивая когтистую лапу вперед. – Ладно, давай свое письмо. Бука ты, Кайшер.

– У меня золотое терпение. А то сидела бы ты или там, – он указал на клетку, – или там. – На этот раз палец декана указал на невзрачную вазу на полочке.

– Ладно, ладно… – пошла на попятную ухмара. – Я же любя.

– Ты не знаешь, что это такое, – едва заметно улыбнулся Кайшер.

– Да почему… – Птица нахохлилась. – Человека определяет бытие. За то время, что я была человеком, я многому научилась. Любить, дружить… это ты почему-то за все годы так и не осознал все плюсы данных процессов.

Декан молча встал, открыл окно, выпустил посланницу на улицу и, глядя вслед постепенно пропадающей в небе птице, тихо сказал:

– Возможно, потому, что каждая попытка «осознать» плохо для меня кончалась?..

Глава 6

Утро началось со звуков в соседней комнате.

Судя по богатырским охам и ухам – Дорна делала зарядку. Ничем другим я это объяснить не могла.

Я повернулась на другой бок и закрыла глаза, как вдруг раздался громкий стук дверью, а после в соседнюю комнату забарабанили и визгливо сообщили:

– Семь утра! Семь!!! Ты можешь тише?

Фальцет злой Лиры я узнаю из тысячи, хотя это не те способности, которые хотелось бы иметь и культивировать.

Скрип дверной створки и спокойный бас северянки были ей ответом:

– Могу. Я сейчас закончу и пойду бегать.

– А размяться сразу на улице не могла?!

– Дома всегда разогревали тело в тепле.

– Так у тебя дома и снег даже летом бывает! А тут и на улице прекрасно! Дай мне поспать, я легла три часа назад, потому что, в отличие от некоторых, училась!

– Ну так и кто тебе злобный таради́н? – невозмутимо поинтересовалась Дорна.

– Ты… ты… – Лира снова топнула и громко хлопнула своей дверью.

Вот и доброе утро.

Я поворочалась еще минут десять, но потом решила вставать. Насыпала корма Финику, который сладко сопел, свернувшись клубком на своей подстилке, и положила порцию возле клетки Хильды – та еще не вернулась с ночных полетов.

После отправилась в утренний душ.

Первое, что сделала, – достала новые упаковки шампуня, жидкого мыла и небольшой флакон с отбивающим запахи средством. Первое время я смешивала их порционно, когда мылась, но потом поняла, что срок годности готового состава примерно две недели