Переплет 13 - Хлоя Уолш

дурак, — добавила она. — Ты великолепена, и добра, и мила, и предана, и миллион других блестящих качеств, которые он никогда не найдет в таких шлюхах, как эта Белла Уилкинсон.

— Спасибо, — ответила я, оценив ее попытку утешить меня. Конечно, это было неправдой, но ее слова действительно помогли. — Но тебе не позволено ненавидеть его из-за этого.

— Правда? — она заскулила. — Правда? — Он не сделал ничего плохого, Клэр, — настаивала я. — Серьезно. Он не мог быть добрее ко мне.

— Тогда почему он не поцеловал тебя в ответ? — спросила она.

— Потому что он не хочет меня, — выпалила я. — Очевидно.

— Тогда он сумасшедший, — проворчала она. — Если бы у меня был пенис или мне нравились девушки, я бы хотела тебя.

— Спасибо, — я наполовину рыдала, наполовину смеялась. — Если бы у меня был пенис или мне нравились девушки, я бы тоже тебя хотела.

— Значит, мы действительно не будем его ненавидеть?

— Нет, — ответил я. — Мы действительно не будем.

— Фу, — простонала Клэр. — Отлично.

— Ты отличный подруга, Клэр, — сказала я ей. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Достаточно ли я хорошая подруга, чтобы знать подробности?

— Какого рода подробности? — Нервно спросила я. — Что ты хочешь знать?

— Все подробности. — ответила она.

Тьфу.

— Это так неловко, — прошептала я. — Унизительно, на самом деле.

— Ладно, извини, — быстро ответила она. — Тебе не обязательно об этом говорить.

— Он прекрасен, — прошептала я после паузы.

— Да, да, — проворчала она. — Все уже знают это.

— Нет, Клэр, — настаивала я. — Я имею в виду, что он действительно красивый. — Закрыв глаза, я прошептала: —Под одеждой.

— Боже мой! — закричала она мне в ухо. — Откуда ты знаешь, что у него под одеждой?

— Он принимал душ и был только наполовину одет, когда вышла…

— Откуда?

— Из его душа.

— Подожди! — Клэр пискнула: — Ты принимала душ с Джонни Кавана?

— Что — нет! — Я покачала головой. — Я принимала душ в его душе.

— Хорошо, тебе нужно вернуться к началу, потому что я теряю здесь силу своего грязного воображения.

— Мы оба промокли под дождем, — объяснила я с усталым вздохом. — Его мама отнесла мою одежду вниз, чтобы высушить ее. Я воспользовалась душем в его ванной комнате. Он принял отдельный душ. А потом мы оба как бы оказались в его комнате.

— Без одежды?

— На нем были спортивные штаны, — ответила я, сопротивляясь желанию рассказать ей о том, что я видела до того, как он надел свои спортивные штаны. — Вот и все.

— А ты? — настаивала она.

— Просто полотенце. — Я прикусила губу, чувствуя, как мое лицо пылает от жара. — Я думаю, что я показал ему…ну, ты знаешь …. И я действительно не знаю, как это случилось, но мы оба оказались на его кровати, — поспешила сказать я, понизив голос. — И затем он был прямо там, как будто его лицо было так близко к моему… — Прерывисто выдохнув, я добавила: — И я просто сошла с ума и поцеловала его.

— Боже, — выдохнула Клэр. — Это как смотреть крушение поезда, только вместо того, чтобы смотреть, я слушаю это.

— Я знаю, — простонала я. — А потом я запаниковала и заперлась в его ванной. — Я съежилась от воспоминаний. — И он был так добр ко мне, Клэр. Я имею в виду, он мог бы выйти из себя и вышвырнуть меня, но он просто продолжал говорить со мной с другой стороны двери, пытаясь уговорить меня…

— Фу, я не могу, — простонала она. — Это слишком ранит мое сердце.

— Он обещал, что не будет говорить об этом, если я выйду, — продолжала я говорить, несмотря на ее протесты, нуждаясь в том, чтобы снять это с моей груди. — Конечно, он солгал. Когда мы вернулись в его машину, он рассказал мне…

— Не об этом речь, — выдохнула она. — Пожалуйста, скажи мне, что он не дал тебе поговорить с ним.

— Он сделал эти, — выдавила я. — А потом он продолжал говорить мне, что мне не нужно извиняться, и я думаю, что он имел в виду именно это, но мне просто так стыдно за все это. Клянусь, я больше никогда ни перед кем так себя не выставлю.

— Черт, — вздохнула Клэр. — Я бы хотела, чтобы завтра у меня не было этого дурацкого матча. Я не хочу, чтобы ты была одна в школе, пока ты так себя чувствуешь.

— Я тоже, — мрачно согласилась я. — По крайней мере, Лиззи будет там.

— Может быть, не стоит говорить об этом Лиз, — вмешалась Клэр. — Она сразу отрежет ему член.

— Никто не должен знать об этом, Клэр, — прошептала я. — Никто.

— Согласна.

Я схватилась я за живот, когда очередная колющая боль рикошетом пронзила меня, заставив снова замычать от боли.

— Эй, может быть, тебе стоит взять завтра выходной, — предложила она, звуча обеспокоенно. — Звучит не слишком хорошо.

— Со мной все будет в порядке, — прошептала я.

И я могла бы быть в порядке.

Я надеялась.

Глава 49.Я облажался

Джонни

— Доброе утро, — признал Гибси, опускаясь на пассажирское сиденье моей машины во вторник утром. — Как прошла вчерашняя тренировка?

— Я облажался! — Я выпалил.

— Ты облажался? — Гибси выгнул бровь, пристегиваясь. — На тренировке?

— Нет. Я покачал головой. — Я не пошел.

— Почему нет?

— Потому что я облажался!

— Как?

— Черт. — Застонав, я переключил передачу и отъехал от его дома. — Так чертовски плохо. — Сжав руки на руле, я издал болезненный рык. — Так чертовски, чертовски плохо, Гибс.

— Ты собираешься сказать что-нибудь еще, кроме слова “черт”? — он протянул, вытаскивая чистый компакт-диск из своей школьной сумки и засовывая его в мой футляр для компакт-дисков. — Кстати, я сжег это для тебя прошлой ночью, — добавил он с ухмылкой. — Я думаю, тебе понравится.

— Спасибо, — проворчал я, слишком отвлеченная, чтобы сосредоточиться на чем-то, кроме своих бушующих мыслей.

— Итак, — сказал Гибси, доставая коробку сигарет. Он положил одну сигарету между губами и вспыхнул. — Ты собираешься рассказать мне, как ты облажался?

— Опусти окно, — проворчал я. — Ты же знаешь, я не выношу запаха этих вещей.

— Я полагаю, этот кризис как-то связан с малышкой Шэннон? — предложил он, опустив окно и выпустив из него облако дыма.

Я снова кивнул, чувствуя панику.

Всю ночь я ждал, когда смогу избавиться от этого дерьма.

Я едва мог дышать от давления в моем теле — от этого, и от моих сожалений, и от ее запаха на моих простынях.

Я даже не мог насладиться ужином со своим отцом, чего мы не могли сделать с Нового года из-за противоречивых графиков.

Весь вчерашний ужин я был слишком погружен в