Тёмный сияющий замок - Д. С. Одесса

в кресле, забросив лодыжку на колено, и уже вливает в себя второй бокал.

— Огонь, дорогой виски, ты и я в этой роскошной комнате. Похоже, милому Жоакиму потребуется больше времени на возвращение, а мне скучно.

— Тогда тебе стоит взять книгу с полки перед тобой и попробовать почитать, — парирую я и смотрю направо, где вдоль стены тянется книжный шкаф. В нем — толстые переплеты из кожи. Зачем таким парням, как они, книги? Они же ни единого слова оттуда не понимают.

Нептун уверенно ухмыляется, делает глоток скотча и при этом откровенно уставился на меня.

— Хорошая попытка, Куколка, но если я и читаю, то только цифры на своем банковском счете. Итак... — Он поднимается. — Похоже, у нас с тобой осталось время, чтобы познакомиться поближе.

— Забудь. Твой друг же сказал, что не будет делиться.

Нептун щурится.

— Разве меня это волнует?

— Должно, если ты не хочешь подохнуть с лезвием в глотке, как тот тип ранее в тронном зале.

Я на коленях подползаю ближе к камину. Жар прожигает мою кожу, пока я прижимаю черную ткань к груди.

— Жоакима и меня связывает больше пятнадцати лет. Куда больше, чем этого самозванца-выродка вроде Керлона.

— У него не было имени планеты?

— Нет, он не принадлежит к нашей Солнечной системе, — сухо объясняет он.

— Значит, Жоаким — ваше Солнце? — Как нелепо. — И вы вьетесь вокруг него, как мотыльки вокруг источника света?

Нептун поднимает подбородок и смеется, позабавленный. Теплый свет пламени придает его чертам лица потрясающе острую выразительность и одновременно окрашивает его кожу в насыщенный золотой цвет. Нептунневероятно привлекателен, очень даже. Ему не нужно снимать маску, чтобы я поняла, скольких женщин он может обвести вокруг пальца. Просто его характер — порочный, больной и отвратительный.

— Хотя мы все равны, но да, он задает тон. Он основал это общество. Он — созидатель. — Нептун присаживается передо мной на корточки и затем гладит меня по щеке. — Ты и правда красива. И я это знаю, в конце концов, я видел тебя без маски. — Когда он собирается снять с меня маску, я отползаю назад.

— Не прикасайся ко мне, — предупреждаю я его острым взглядом.

— Мне уже надоели эти слова. Придумай что-нибудь новенькое. — Он хватается за нижний край моей маски и стаскивает ее через голову. Он изучающе разглядывает меня, словно я живая статуя, подхватывает мой подбородок и проводит большим пальцем по моей нижней губе.

Я быстро отворачиваюсь. Он тут же ловит мое лицо и заставляет смотреть на себя.

— Откуда ты, Мэдисон?

— Тебе не нужно знать, потому что я ненадолго.

Он приподнимает выразительные брови.

— Откуда! — звучит более настойчиво.

— Спроси лучше своего друга Плутона. Похоже, имя моего брата было ему знакомо.

Его губы сжаты, прежде чем он раздраженно кряхтит.

— Ответь на мой вопрос.

— А что, если нет? — провоцирую я его. Я знаю, что любое сопротивление бесполезно, в конце концов, я их пленница, и только Богу известно, когда мне удастся сбежать. А если и удастся, они знают, где я живу. Но сотрудничать, просто позволять им делать со мной то, что они хотят, — нет, я не стану.

Я ненавидела то, что этот самодовольный Жоаким делал ранее. Ненавидела лютой ненавистью, даже если все это было как-то странно. Вообще-то я ожидала, что бесчувственный лорд просто возьмет то, что захочет. Трахнет меня, унизит, сломит мою волю. Но он этого не сделал. Нет. Вместо того чтобы долбить меня, думая только о своем удовольствии, как шлюху, он дважды довел меня до оргазма. Он хотел, чтобы я была готова, хотел, чтобы меня не просто использовали, а... Полнейший бред.

Почему такой парень, как он, захотел бы играть со мной, если я уже давно в его руках? Или же его заводит то, что я извиваюсь, он причиняет мне одновременно и наслаждение, и пытку.

Эта игра могла родиться только в больном мозгу.

С одной стороны, мое сопротивление в тронном зале произвело на него впечатление, с другой — он хочет подавить во мне любое неповиновение. Почему?

— Я получу ответ или мне придется помочь?

Неожиданно в поле моего зрения сверкает лезвие. Желто-золотой отблеск пламени преломляется в отполированном серебре клинка. Я открываю рот.

Секундой позже он приставляет острие ножа к моему горлу, отпустив мои подбородок. Я нервно сглатываю и смотрю на него. Неужели он действительно это сделает? Убьет меня? Перережет горло и даст мне истечь кровью на мягком ковре перед камином, как корову?

Почти контрастно его угрозе, он заводит прядь волос с моего лба за ухо. Острие впивается глубже под мой подбородок.

— Я живу в Лиссабоне, в двухкомнатной квартире с моим братом.

— В каком районе?

— Алфама.

— В квартале, где живут бедные?

— Мы не можем позволить себе замок, — уверенно отвечаю я, хотя боюсь, что он порежет меня.

Теперь уголки его рта дергаются.

— Иначе нам бы понадобилось одалживать деньги?

— Верно, пожалуй. Чем ты занимаешься?

— Я учусь и... — Удивленно, он поднимает брови.

— И? — Он склоняет свое лицо ближе к моему, так что его теплое дыхание щекочет мою кожу.

— И подрабатываю помимо учебы.

— Кем?

— Почему ты хочешь так много обо мне знать, если я буду мертва через несколько часов или дней? — спокойно спрашиваю я его.

— Потому что я люблю запоминать истории лиц, чьи жизни я оборвал, Ночная Пташка. Так что... выкладывай побольше и не ломайся.

Можешь забыть. Я облизываю губы, делая вид, что готовлюсь к ответу. Но у меня другие планы.

Он следит за моим языком, смачивающим губы, в тот момент, как я обеими руками хватаю его за предплечье. Быстро откидываю голову назад и отталкиваю его руку с клинком от себя. Лезвие на волосок процарапывает мне щеку. Я чувствую короткое жжение.

Прежде чем мне удается вывести его из равновесия, оттолкнуть назад или отобрать клинок, он уже поднялся и бьет меня ногой по плечу. Тяжело, не имея возможности смягчить падение, я опрокидываюсь по направлению к камину и кричу. Я вот-вот упаду головой прямо в пламя. Я крепко зажмуриваюсь, когда чья-то рука хватает мое запястье и резко тянет вперед. Все происходит так быстро. Так чертовски быстро. Внезапно Нептуноказывается на мне, и я чувствую тянущую