Избранница с изъяном для дракона - Линкси Браун

- Серьезно, Ревенхельд, я не шучу. Не вздумай никому говорить о том, что видела, - тихо произнес Моро, а затем добавил раздражённо: - И, научись стучаться, а не бездумно врываться в чужие комнаты.

- А иначе? - я не могла никак удержаться от вызова.

- Иначе, я сделаю так, что будешь прислуживать мне до конца своих дней, - усмехнулся гад.

- Ой, Моралис Ад Дартвуд опустился до шантажа обычной магички, - вскинула брови и улыбнулась.

- Обычной? - нехорошо сузил глаза Моро, а его голос стал на несколько тонов тише, словно он замыслил какую-то пакость.

- Что будет, если я пожалуюсь в ректорат ? - повела локтем, выдергивая руку из его хватки, промурлыкала я, обходя Моро.

- Смеешь мне угрожать, провинциалочка? - усмехнулся дракон. - Рискни и ты узнаешь, что будет.

Ну, что ж. Вызов принят, Моралис Ад Дартвуд.

Я одарила его самой невинной и нежной улыбкой, подтянула лямку сумки к плечу и направилась прочь из аудитории. В голове зрел план письма ректору и в деканат. Я мысленно его уже составила, старательно формулируя фразы.

Весь день на парах, что были общими с Моро, я ловила на себе его внимательные взгляды. После всех занятий, без стыда и совести пошла с письмом в деканат, а затем подумала и отнесла секретарю ректора. Вот только прием мне назначили по независимым делам адептов Хельтона только на завтра.

Вернувшись в женское крыло общежития ближе к вечеру, меня ожидал сюрприз в виде Моралиса. Блондин стоял оперевшись на широкий подоконник бедрами и сложив руки на груди. И стоял он аккурат напротив двери в нашу с Марисой комнату.

- Ревенхельд, я всё обдумал, должен признать, погорячился. Давай замнем эти наши недопонимания? - Моро говорил серьезным тоном.

Я поколебалась, затем качнула головой.

- Даже не знаю.

Нет, ну, с чего вдруг такие разительные перемены?

- Ужин в качестве извинения? - ослепительно улыбнулся аристократ.

- Нет, - упрямо отозвалась я, подходя ближе к Моралису, - пожалуй, я сохраню твой маленький секрет в обмен на...

Не дав мне договорить, Моро откровенно заржал. Провел языком по кромке безупречных зубов и усмехнулся:

- Стоп-стоп! Смена ролей, лапуля. Это Я сохраню твой маленький секрет.

- О чём ты? - удивилась я, ощущая, как сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Разум вопил, что Моро обо всём догадался. А если так, то... Мы оба с ним монстры. Чудовища, которых никогда не примет общество. Будут бояться, избегать. Только отличие в одном - драконов Ахарранга боготворят, уважают и бояться, а магов Крови бояться и презирают.

- О том, что ты пустышка. Бракованная магичка с исчезающей с каждым днём магией. Скоро от обычного человека тебя не будет отличать ровным счётом ничего. Тебя вышвырнут из академии, а к простолюдинам не возьмут. И будешь прозябать остаток жизни без диплома, работая подавальщицей в придорожной таверне, - Моро говорил спокойно, достаточно низким голосом, чтобы не дать возможность другим услышать. Он словно предрекал мне судьбу. - Или же, ты можешь...

Я не слушала его дальше.

Он ударил по самому больному словесно. И я не отдавала себе отчёта, как моя ладонь со звоном шлёпнулась о его щёку. Блондинистая матушка опаснейшего из драконов дернулась по инерции. Это как ударить... Боги, как ударить дракона. А Моро и есть дракон. Ужас окатил меня волной и я застыла, переваривая произошедшее.

- Кто же бьёт за правду? - спокойно ответил гад, осторожно касаясь пострадавшей щеки пальцами, словно удивляясь моей реакции.

- Я бью не за правду, а за доставленную боль, - непослушными губами произнесла я, чувствуя, как в висках набатом отстукивает сердце, а в ушах звенит от волнения.

Разбираться в том, откуда и как он узнал мой секрет, я не собиралась. Гордость не позволяла.

Я развернулась чтобы уйти, но его цепкие пальцы ухватили меня за локоть.

- Мне жаль.

А в морозно- серых, почти прозрачных глазах на мгновение скользнуло сожаление. Но искреннее ли?

- Не лги, - возразила я безучастно севшим голосом, - жалость драконам Ахарранга не присуща.

Выдернув локоть, я торопливо покинула коридор, толкнула дверь в комнату с грохотом заперла ее за собой. По щекам покатились слёзы.

Осознание того, что я погорячилась, отправив письмо в ректорат и теперь вот ударив дракона, пронзило разум не хуже отравленной стрелы.

А ведь я насолила ему из девчачьей вредности! Но теперь я жалела о содеянном, ведь он мог меня раскрыть. А мне так нужен диплом... Мой золотой диплом, на который я пахала пять лет.

Кто же знал, что очную ставку нам с Моро готовили уже на утро...

Глава 6

- Она отказалась от магии, - невозмутимо оповестил собравшихся Моралис, сверкнув прозрачно-серыми глазами в мою сторону. Не залыв натянуть злорадную улыбку.

- А он - дракон Ахарранга! - я ткнула бесстыдно пальцем в сторону Моралиса, стоя на ковре перед ректором и деканом. - Сними рубашку и покажи им!

Магистр Азраил стоял возле окна с интересом переводя взгляд то с Моро на меня, то обратно. Ректор же занимал свое привычное кресло за рабочим столом, сцепив руки в замок и подперев ими подбородок.

- Я не потерплю стриптиз от адептов в своей академии! - громогласно произнес ректор, заставляя вздрогнуть и меня и Моро. - Адептка Ревенхельд, Вы отдаете себе отчёт, в чем непосредственно обвиняете адепта Дартвуда? Да, наша академия открыта для драконов, но если бы он относился к Ахаррангам, мы бы об этом знали, уверяю Вас, - ректор сузил недобро глаза.

- Но у него символы, - беспомощно возмутилась я, тыча пальцем в сторону аристократа.

Магистр Азраил многозначительно поднял бровь и удивлено взглянул на Моро.

- И кулон, забирающий души, - добавила я с опаской глядя на Моро. - Под рубашкой.

- Это достаточно серьезное обвинение, Адептка Ревенхельд, - взгляд ректора был тяжёлым, захотелось взять все свои слова обратно, сказать, что письмо было шуткой, но гордость не позволяла повернуть назад. Если уж начала идти по такому пути, то продолжай с горло поднятой головой, будто так оно и было задумано.

Моралис вздохнул, демонстративно медленно, спокойно, даже расслабленно расстегнул рубашку и аккуратно повесил ее на спинку стула, что стоял рядом.

- Нравится то, что видишь, Ревенхельд а? - от его тона повеяло льдом. В глазах - тяжесть стали, которой