Трое в красном. Аманда - Аллу Сант
Сменить цвет платья с белого на красный, казалось бы что такого? Но в Аманском королевстве это значит согласиться стать содержанкой вместо жены. Вот только у меня нет выбора, мое время как песок убегает сквозь пальцы и если я не найду себе мужчину, то меня ждет незавидная участь. Будет ли это решение моим крахом или последним шансом на светлое будущее?
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Трое в красном. Аманда - Аллу Сант"
И тем не менее не прошло и пяти минут, как довольная портниха нас покинула с таким списком заказов, от одной мысли о возможной стоимости которого у меня перехватывало дух.
Я попыталась себя немного успокоить тем, что экономка просто обязана знать, сколько Поль может потратить, а сколько нет, но звучало это даже в моей голове весьма невнятно.
— Итак, мне кажется, нам пора поговорить начистоту, — заявила мне экономка, стоило только портнихе удалиться, а я вздернула брови. О чем это она? Чего от меня хочет?
— Раз уж так вышло, что сам герцог дель Моникур избрал вас, то вы должны соответствовать! — грозно проронила экономка, а я потеряла дар речи.
Поль? Герцог? Нет, я не сомневалась, что у него много денег и высокое положение в обществе, но я и представить не могла, что он герцог! Это ведь не просто аристократ, а человек, приближенный к королю, и именно такой человек, по моим предположениям, занимается каким-то непотребством?
Нет, такого просто не может быть. Я наверняка что-то напутала или не так поняла.
А потом задумалась, но сколько не силилась вспомнить, я не могла воспроизвести в памяти ни одного разговора о нем в высшем обществе, а ведь его обязательно должны знать! Просто обязаны! Тем более если он не женат и у него до меня не было содержанки, да что там! Он обязан быть самой желанной мишенью любой мамоньки, мечтающей выгодно выдать свою дочь замуж. Однако о нем никто не знает и не говорит, как такое вообще возможно, и главное, почему?
— Надеюсь, вам уделялось необходимое внимание? Вы умеете танцевать и хорошо держитесь в седле? — продолжала наседать на меня экономка, а я просто потеряла дар речи от ее наглости.
— Да как вы вообще смеете! — вскричала я, поднимаясь на ноги, я совершенно не собиралась терпеть, что меня оскорбляют, тем более если это делает простая экономка, какой бы близкой она ни была хозяину дома.
— Смею! И уверена, что у вас очень скоро будет возможность в этом убедиться, — совершенно спокойно заявила мне экономка, а я буквально задохнулась от возмущения и еще очень и очень удивилась и не тому, что она ведет себя столь неподобающим образом, это мне будет лучше обсудить с Полем, сколько ее выдержке. Экономка делала вид, что все происходящее вокруг абсолютно нормально.
Наверное, именно это меня отрезвило, словно холодной водой окатили. Я внезапно подумала о том, что положение мое достаточно шаткое, особенно учитывая, как именно мы расстались с герцогом. Вполне возможно, мне, конечно, не хотелось о чем-то подобном думать, но, тем не менее, вполне может быть, что Поль даже не станет меня слушать. И что делать тогда?
Вернуться к дяде с тетей я совершенно точно не смогу, а больше идти мне некуда.
— Мне дали достойное образование, соответствующее тому, что принято в высшем обществе, — процедила я сухо.
— Но тем не менее вам так и не смогли привить выдержку, которая необходима даме, и сделать вас покорной, — экономка не спрашивала, она констатировала факты.
В комнате воцарилась тишина. Я совершенно не собиралась извиняться за свои черты характера и уж тем более не планировала в себе хоть что-то менять.
— Впрочем, возможно, так оно даже и лучше, обычная девушка Полю бы очень быстро наскучила, а у вас есть шанс, — все также ровно заметила экономка.
Это было просто возмутительно, но я не могла не признать, что в словах женщины был здравый смысл, а потому совершила над собой усилие для того, чтобы проглотить обиду. Для начала разберусь, что к чему, а потом буду решать, что делать и как быть дальше.
— И что вы мне предлагаете? — поинтересовалась я, пытаясь вложить в свой вопрос как можно меньше яда. Но выходило у меня плохо, и это было заметно по улыбке на лице экономки.
— Следуйте за мной, — это был почти приказ, но я вновь переступила через себя и вышла за ней из гостиной. Шли мы недолго. Совсем скоро экономка распахнула передо мной двери в комнату, в которой царил полумрак.
— Думаю, вам лучше начать с образования, — заявила она, и в комнате вспыхнул свет, озаряя высокие стеллажи с книгами, а я не смогла сдержать вздоха восхищения. Я и понятия не имела о том, что тут есть библиотека, если бы я знала это немного раньше, то, скорее всего, не стала бы даже тратить время на портниху.
Глава 8
Поль
В голове мелькнула мысль о том, что, возможно, мне стоило бы уделить немного больше времени Нане, поговорить с ней нормально и как следует объяснить ситуацию, а заодно и дать более четкие указания по поводу Аманды, но я тут же поспешил от нее отмахнуться.
Не потому, что мне было наплевать, а скорее потому что был уверен в том, что у моей няни хватит ума быстро во всём разобраться самой и не наделать глупостей.
В управлении я оказался на удивление быстро и первым делом принялся за отчет о вчерашнем вечере.
Чем дальше я читал, тем больше хмурился.
Внедрить в круг заговорщиков удалось только одного из троих моих ребят, а это было плохо. Мне было бы спокойнее, если бы их было хотя бы двое — так больше шансов того, что все наши планы не рухнут, если одного найдут, тут все зависит только от одного человека.
Рауль, конечно, был не просто прекрасным и одаренным менталистом, но и еще очень разумным и осторожным молодым человеком. Однако это ничего не значило. Заговорщики тоже не лыком шиты, иначе бы у них не получалось так долго и так ловко мутить воду.
Более того, из того отчета, который лежал у меня на столе, выходило, что у заговорщиков точно есть свой человек во дворце и это совершенно точно не садовник и не слуга, который меняет ночные горшки.
Именно это меня больше всего и тревожило. Это значило, что я никому не могу доверять, даже королю лучше не рассказывать подробностей операции, а, возможно, так и вовсе не упоминать о ней совсем. Не потому, что я думал, что король может что-то замышлять против самого себя, просто я как никто знал, что даже у стен бывают уши, особенно если это дворовые стены. Стены, в который даже тихий шепоток может стоить тебе жизни.
Ну что же, в таком случае у меня