Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

говорю я ей, мои руки тянутся, даже когда я знаю, что это бесполезно. — Я пыталась найти тебя. Я не знала—

— Теперь все сделано, Лия, — говорит она, ее голос нехарактерно свиреп. — Ты сделала для меня то, что никто другой не сделал бы, и за это я обязана тебе *всем*. Но ты не должна быть здесь. Это место не для живых, ни для добрых. Это проклятие, Аурелия.

Я оглядываюсь вокруг. Здесь нет ничего, кроме теней. Ничего, кроме движущейся, клубящейся тьмы и чувства древнего, холодного ужаса.

— Тогда зачем вы здесь? — Мой голос — отчаянная мольба.

— Мы ждем, — шипит она. — Я не могу упокоиться, пока... — Что-то тянет ее назад, заставляя исчезать. Ее глаза расширяются от страха.

— Лия, ты должна идти сейчас, — говорит Кассиус, его голос глубок, когда он защитно обнимает мою мать за талию. Его голос эхом разносится вокруг нас, а затем затихает.

— Но как? — кричу я. — Вихрь Упыря здесь, чтобы убить нас всех! Я не знаю, как остановить это, не убив кого-то!

Моя мать и ее парной обмениваются взглядом, который говорит о многом. Затем Кассиус делает шаг вперед, как будто борясь с силой, тянущей его назад. — Приведи его сюда, дитя. Приведи его к *нам*. — В его голосе звучит зловещее обещание, и внезапно я понимаю, что нужно сделать.

— Иди, пока не закрылось! — голос моей матери эхом разносится вокруг меня. — Это место — смерть!

Мы с Ксандером резко поворачиваемся, и воронка позади нас *закрывается*, эта дыра вздымается в воздухе, тени скручиваются вокруг нее, становясь все меньше и меньше с каждой секундой.

Не думая, я толкаю Ксандера своей телекинезой, и, не готовый к этому, он летит назад через отверстие, но не раньше, чем его протянутая рука сжимается вокруг моего запястья, таща меня с собой.

— Нет! — кричу я, когда он скользит через отверстие ногами вперед, затем бедрами, затем туловищем. Оно смыкается вокруг его вытянутой руки. Тьма позади меня, кажется, зовет меня по имени.

Лицо Ксандера — лишь агония, яркие огни его глаз мерцают. — Лия, это должен был быть я!

— Я не могу позволить тебе, — выдыхаю я, и со всей силой, которую дала мне Дикая Мать, я разжимаю пальцы Ксандера вокруг моей руки и толкаю его обратно в мир живых.

Поверхность подо мной уступает, и моим ногам не за что зацепиться, я уплываю от отверстия, мои ноги тщетно ищут опору и ничего не находят.

Выход с шипением закрывается, оставляя лишь светящуюся пятидесятицентовую монету на стене вечной тьмы.

Глава 112

Дикарь

Некоторые люди думают, что я не очень умен, и все же *самая* блестящая идея пришла мне в голову, когда я услышал чириканье нимпинов на стене академии. Стэйси собрала целую кучу их, когда анимы уехали, и зоолог Рик сказал, что их нельзя забирать из школы.

Змеи не любят нимпинов.

И вот мы здесь, грузовик Мейса носит на себе сотни змей, как ядовитую теплую куртку, а крошечные ватные шарики цветастого пуха взлетают высоко в воздух, чтобы *победить* их.

— Хорошая работа! — говорю я Стэйси, потому что знаю, что она не часто это слышит.

Я не слышу их из-за защиты Косы, но нимпины чирикают по-крупному, и Юджин даже пытается помочь своим собственным кукареканьем, и змеи начинают биться в конвульсиях. Они падают с грузовика, некоторые из них даже обращаются обратно в человеческую форму, чтобы с глухими стуками приземлиться, хватаясь за уши.

Именно тогда Юджин дает мне видение: водитель внутри грузовика нажимает на газ и жмет на педаль до упора, и он мчится к нам, теневой вихрь движется вместе с ним. Затем позади него прибывают еще пять вертолетов со свежим подкреплением.

Глава 113

Аурелия

Этот холодный ужас в моем желудке только разрастается во что-то колоссальное, когда я беспомощно уплываю от выхода во внешний мир. Внезапно я совершенно одна, и тишина оглушительна.

Я была одна в начале всего этого. Моя семья оставила меня наедине с жизнью тишины и изоляции. Но я *на самом деле* не была одна. Упырь был там все это время. Я закрываю глаза против темноты, призывая его лицо. И из очень далекого, его голос, не что иное, как тихое шипение из теней, доносится до меня. — Что в твоем ожерелье, змейка?

Мои глаза распахиваются. Золотое ожерелье Ксандера блестит на коже моей груди. Я тянусь к кулону и, перевернув его, нахожу крошечную застежку, которой раньше не видела.

Я вдыхаю, когда открываю ее. Внутри блестит нечто совершенно неожиданное: скрученный волос, светящийся эфирным серебром, который может принадлежать только одному мифическому оборотню.

Только одному.

Глава 114

Ксандер

Я думал, что теневой мир будет местом полного отчаяния. Вместо этого быть вытолкнутым из него ощущается как очень реальный вид ада.

Кружась назад в вихре, я чувствую эту гнусную реальность в своих костях: мир без Аурелии.

— Упырь! — реву я в его исходную точку. — Упырь, ты, ублюдок, ты забрал мою Регину!

Единственная мысль в моей голове — месть — убийство и кровь на моем лице и во рту и черная душа, вырванная из тела василиска. Моя драконья форма берет верх, направляя свою морду к земле и устремляясь вниз к источнику.

Они все умрут за это.

Глава 115

Упырь

Мои глаза распахиваются, когда голос Ксандера разрывает тьму и врывается в мое сознание. Я смотрю вверх, в кружащуюся тьму над моим сидячим положением в грузовике. Мы движемся, генерал Аддер разгоняется к школе, где вихрь засосет каждую не-змеиную душу.

Проклятые кровавые договоры на моем теле горят, когда я дергаюсь против команд Мейса. Но я не могу остановить это; мое тело закончило метаболизм яда Аурелии. Я не могу закрыть это. Мой поводок слишком туг, его хватка слишком абсолютна, и никто, включая мою Регину, не может спасти меня.

Поэтому, когда Ксандер спускается ко мне с убийством в сердце, я улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что моим спасителем станет дракон-берсерк?

Глава 116

Лайл

Вертолеты ревут в небе перед нами, их двигатели громко звучат в моих ушах. Позади них с визгом тормозят грузовики, и из них выливается целая боевая сила змей, ведомая двумя генералами.

Они сдерживались.

У меня нет другого выбора, кроме как развернуться и преследовать грузовик Мейса. Стэйси и Дикарь прыгают, чтобы сделать то же самое.