Обвиняемый (ЛП) - Рин Шер

мной в порядке, или попытался бы помочь мне подняться. Но только не он. После того, как он еще раз сердито посмотрел на меня, он достал из кармана еще одну салфетку и открыл ею дверь своего грузовика, прежде чем сесть внутрь.

Зачем каждый раз нужна салфетка?

Тани появляется, когда я поднимаюсь на ноги и начинаю отряхиваться.

— Мне так жаль, — ей удается выдавить из себя между смешками.

— Все в порядке, — отвечаю я, отвлекаясь.

Когда она замечает, что я смотрю, как Джейкоб отъезжает и исчезает за углом, она кивает. — Да. Никогда не жди от него никакой помощи. Он не занимается подобными вещами. Тоже ни с кем не разговаривает, и нас это вполне устраивает.

По какой-то причине мне действительно жаль его из-за этого. Должно быть, это невероятно одинокое существование, когда не с кем даже поговорить.

Я вроде как была в такой ситуации большую часть своей жизни, за исключением того, что меня просто окружали фальшивки; родители, которые никогда не вели со мной нормальных разговоров, не жили в городе, полном людей, которые ненавидели меня.

Это заставляет меня задуматься, разговаривают ли его родители с ним вообще.

— Эй, я заметила, что он, кажется, всегда использует салфетку, чтобы открыть дверь своего грузовика, — говорю я, когда мы вместе направляемся к столикам. — Ты знаешь почему?

— Ох. — Тани начинает посмеиваться про себя. — Его ручку, как правило, покрывают слюной каждый раз, когда он здесь. Я думаю, сейчас он более подготовлен к этому.

Слюной? Каждый раз? Это ужасно.

Она снова начинает хихикать, но все, о чем я могу думать, это о том, как мне жаль этого парня. И это глупо, не так ли? Чувствовать себя плохо из-за него? Я имею в виду, он сделал что-то ужасное, и теперь он должен за это заплатить. Верно?

Только… Он ведь уже заплатил за это, не так ли? Он провел время в чертовой тюрьме, и теперь у него здесь нет друзей, насколько я могу судить. Будет ли он наказан навсегда?

Он не доказал, что является рецидивистом.

Пока. Я напоминаю себе.

Я продолжаю задаваться вопросом, чувствовала бы я себя хотя бы вполовину так плохо, как сейчас, если бы он был пожилым, неряшливо выглядящим человеком, а не красивым молодым парнем с красивым телом и красивыми глазами. Честно говоря, я знаю, что ответ, скорее всего, будет отрицательным. Скорее всего, я бы не чувствовала себя плохо.

Я сомневаюсь, что была бы одной из тех людей, которые плюют на ручку его двери, но я бы определенно постаралась избегать его любой ценой.

И это противоположно тому, что я сейчас хочу сделать с Джейкобом. И это, как ни странно, возможно, стать его другом. Это кажется неправильным и грязным, и это противоречит тому, что любой другой, вероятно, почувствовал бы или захотел бы сделать. Но я ничего не могу с этим поделать.

Я возвращаюсь в настоящее и понимаю, что пропустила большую часть того, что говорила Тани, но из того, о чем она говорит сейчас, кажется, что речь шла только о напитках из кафе.

Я прилагаю больше усилий, чтобы уделять ей внимание, так как на самом деле хочу сохранить нашу дружбу. Я больше не спрашиваю у нее о Джейкобе.

Вместо этого она рассказывает мне о том, как выросла в соседнем городе, как она переехала сюда в выпускном классе, и как тяжело ей было поначалу.

Несмотря на то, что мои первоначальные мысли были о том, чтобы помалкивать о своей семье, я обнаружила, что доверяю Тани и, действительно, хочу поговорить с ней о них. Так я и делаю. Я рассказываю ей свою историю о том, как росла с моими родителями и почему я сейчас здесь.

— Так, ты вроде как знаменита? Означает ли это, что я должна относиться к тебе по-другому? — Она морщит нос. — Потому что на самом деле я этого не хочу.

Я не могу удержаться от смеха над ее откровенностью. Она — такой глоток свежего воздуха, и мне именно это в ней и нравится.

— Пожалуйста, не относись ко мне по-другому, — отвечаю я. — Кроме того, это все мои родители, а не я. И я бы даже не назвала их знаменитыми. Просто они хорошо известны.

Мы берем наши напитки, а затем садимся за стол, за которым она сидела раньше.

— Ну, я думаю, это объясняет, как ты смогла позволить себе дом, в котором живешь. — Тани громко прихлебывает сок, а затем глотает. — Может, он и маленький, но, черт он прямо на пляже.

Я улыбаюсь, думая о своем милом маленьком доме. — Ага.

Она задумчиво наклоняет голову набок. — Но почему ты работаешь в «Пичис»?

Пожав плечами, я ставлю свой напиток рядом с собой. — Я не хотела весь день сидеть на заднице. И я подумала, что это хорошее место для знакомства с людьми. — Я рассеянно ковыряю облупившуюся краску на столе. — К тому же, Джолин очень милая.

— О, Джолин просто прелесть. Особенно после того, как она выпьет пару стаканчиков.

Я издаю удивленный звук и впитываю эту дополнительную информацию, сохраняя ее вместе со всеми другими вещами, которые я узнала о ней до сих пор. — Я должна это запомнить.

— Но серьезно, — добавляет Тани. — Если ты хочешь познакомиться с людьми, тебе следует поработать со мной в «Большой Пятерке». Нет лучшего места для знакомства с людьми, чем бар.

— Нет. Мне нравится в «Пичис», спасибо. — Я делаю еще один глоток своего напитка. — В любом случае, что означает это название?

— Черт возьми, если б я знала. Я пыталась разобраться в этом, но там тоже никто не знает. Даже владелец. Думаю, у него уже было название, когда он купил бар. — Она ухмыляется, качая головой. — В любом случае, тебе здесь пока нравится?

— Да, — говорю я с довольным вздохом.

Мы проводим вторую половину дня, болтая, и к тому времени, когда я возвращаюсь домой, солнце только начинает садиться. Я готовлю себе на ужин легкую пасту и выношу ее на задний двор, чтобы поесть с бокалом вина и понаблюдать за ровным течением волн, набегающих в ритме, известном только одному океану.

В конце концов, мой взгляд скользит вниз по пляжу к одинокой лачуге, которая стоит сама по себе. Похоже, что этим вечером он, возможно, разводит костер на пляже рядом со своим домом. Я делаю большой глоток вина и напеваю, откидывая голову на спинку стула.

— Какова твоя история, Джейкоб?

Глава 5

Реми

Я много раз пыталась отговорить себя