Отбитая. Том 2 - Кира Романовская

оглядываясь, но её самолюбие, которое она только что отвоевала у Танечки, будет раздавлено её же враньем, а та была еще где-то здесь. Катя собралась с силами и заставила себя его обнять.

— Я тебе звонил, а ты не отвечала, подумал совсем заболталась. Я пораньше закончил, решил заехать, поедем домой или посидим ещё?

— Домой, я устала.

Вадим кивнул, помогая подняться Кате одеться. Она села в машину и её силы тут же иссякли, она откинула голову на спинку кресла и уставилась в боковое окно, боясь повернуть голову в его сторону чтобы не разрыдаться. Вадим положил ей что-то на руки и она вздрогнула, опустила голову и увидела красивый букет цветов.

— По какому поводу?

— А он нужен?

— Вот она моя выгодная сделка? Мне — цветы, ей — твой член?

— Что?

— Хер твой шлюхе через плечо! Сейчас приедем к НАМ домой, ты по-быстрому собираешь свои вещи и сваливаешь, чтоб я твои стыдные болезни по углам не собирала! Потом будем разводиться, дом отходит мне в качестве моральной компенсации. Свободен, Вадим, как птичка в полёте, скажи спасибо, что яйца не прострелила.

Букет цветов полетел ему прямо в лицо и Вадим, собрав все мысли воедино, понял, с кем Катя мило поболтала в женском туалете. С Таней…

Глава 44. Женская логика

Его молчание было хуже оправданий. Это было будто признание вины. Вадим спокойно положил цветы на заднее сиденье, переключил ручник и плавно нажал педаль газа, пока Катя у себя в голове кубарем катилась с горы на воображаемом сноуборде и орала во всё горло. Вдох через нос — выдох через рот, иначе давно бы отключилась. Когда они остановились, Катя открыла рот, изумлённо уставившись на здание, откуда её только недавно выпустили. Она повернулась к Вадиму, который дышал через раз, его ладони напряглись и готовы были сжаться в кулак в мгновение ока.

— Ты зачем меня сюда привёз? Чтобы я тут молча инкубатором поработала, пока ты себе ни в чём не отказываешь?

Вадим шумно выдохнул и с силой откинулся затылком на изголовье сиденья, будто выбивая из головы мысли, которые вертелись у него на языке. Он повернулся к ней и ещё раз вздохнул.

— Как ты себя чувствуешь, Катя?

— Хорошо, или мне в конвульсиях тут начать биться? Отвези меня домой!

— Откуда ты меня только что выгнала, наслушавшись какую-то шлюху?

— Твою шлюху! — прошипела Катя, обнимая себя за живот, который будто напрягся вместе с ней. — Сразу понял, о ком я говорю, значит, виноват.

— Я видел блондинку, похожую на Таню, которая шла следом за тобой со стороны туалета. На будущее, Катя, никогда не поворачивайся к таким тварям, как она, спиной. Она могла тебя толкнуть. Я виноват, Катя, это так, ты права…

Она резко дернула головой, взглянув в его глаза, чтобы увидеть в них правду.

— Виноват в том, что в своём стремлении оградить тебя от нервотрёпки, сам вырыл себе яму, в которую она меня толкнула. Я расскажу, как было дело, а ты сравнишь с тем, что она тебе наплела. Если тебе станет плохо, мы сразу пойдем в приёмный покой. Хорошо?

Катя неуверенно кивнула, она уже ни в чём не была уверена, особенно, в самой себе.

* * *

Некоторое время назад

С самого Нового года Вадим разрывался между Катей, которая была его главной ответственностью, и работой, где он отвечал за сотни человек. Братья работали в поте лица, Вадим повысил несколько сотрудников до руководящих позиций на испытательный срок, чтобы хоть как-то разгрузить себя. Владимир более или менее справлялся с финансовым отделом, отвечая ещё и за бухгалтерию, но у него заболела жена, и трое детей стали его главной заботой. Вадим вошел в его положение, он каждый день ездил в больницу к жене, которая попала туда с запущенным двусторонним воспалением легких. Вадим прекрасно понимал, что испытывает Вова — страх, за своего любимого человека.

В отсутствии финансового директора, который умудрялся работать удаленно, Татьяна вместо него решала все финансовые вопросы на месте. Тане с Вадимом приходилось общаться теснее, она пару раз ездила с ним на встречи, после которых они заезжали в его ресторан перекусить.

Вадиму казалось это нормальным проявлением вежливости, они почти не разговаривали, если только о делах, хотя Таня как будто выводила его на личный разговор. Всегда спрашивала про Катю, пыталась выспросить про него, но Вадим уходил от ответов и почти всегда был в телефоне во время обеда.

— Уволь её Вадим, от греха подальше, — однажды резко высказался Макс, после одного из совещаний.

— В смысле? Зачем? Мы только финансовый укомплектовали по полной, Володя только выдохнул, пока опять не вдохнул — жена заболела.

— Как она, кстати? — встрепенулся Павлик.

— Учится заново дышать, пока в больнице. Что не так с Таней?

— Что не так? — усмехнулся Макс. — А ты слепой? Да она сохнет по тебе, ничего не скрывая, а вы смотрю сдружились в последнее время, на встречи вместе ездите, обедаете. Вадим, тебя вообще жизнь ничему не учит что ли? Катя один раз простила со скрипом твои загулы, второй раз не прокатит.

— Макс, ты охренел?! — не выдержал Вадим такого наглого вторжения в личную жизнь. — Каких, блять, загулов?! С кем, не подскажешь? А то я не в курсе!

— Ну как это каких? — вздохнул Павлик. — Ты же не просто так с ней расстался, я обычно так делаю, потому что у меня другая появилась, девушка которая мне нравится, а эта больше нет.

— Вы оба, блять, охренели до полной бессознательности! — вспылил Вадим, который был как пороховая бочка в последнее время. — Всё, свободны, достали оба, заняться больше нечем? Так я вам еще дел накину!

Оба брата быстро ретировались с поля боя, видя как Вадим не на шутку разозлился. Он и так ходил чернее тучи, с тех пор как Катя оказалась на больничной койке. Вот только братья оказались правы насчёт Тани.

Как-то вечером она зашла к нему, принесла документы на подпись, Вадим раздражённо их перелистывал, если он не выйдет отсюда через двадцать минут, по пробкам не успеет доехать в больницу в приёмные часы. Катя ведь его ждёт. Он и так сегодня задержался.

Таня тоже постоянно задерживалась, как заметил Вадим. В тот вечер, она зашла к нему в кабинет, он мельком взглянул на неё, и не мог не отметить, что выглядит она привлекательно, как будто старается. Распустила свои длинные блондинистые волосы, надела обтягивающую юбку-карандаш, блузку с небольшим вырезом, сквозь ткань