Искусительная маленькая воровка - Меган Брэнди

И тогда я говорю:

– Бастиан Бишоп пройдет курс обучения в Грейсон Элит. Ему нужны навыки руководителя, – смотрю на Келвина. – Когда придет время, я займу твое место.

Я снова поворачиваюсь к Бастиану.

Он медленно качает головой.

– Я все это делал не для себя, богатая девочка. Но я получил то, что хотел, – тебя, и мне больше ничего не нужно.

Я верю ему.

Темноволосый парень с татуировками, под которыми скрываются шрамы, никогда не стремился ворваться в наш мир, а тем более захватить его – он просто хотел меня, но по пути заработал гораздо больше… включая уважение моего отца, каким бы извращенным оно ни было.

Он убивал и крал ради меня, он рисковал всем и ничего не скрывал… ради меня. Он заставил моего отца действовать, он потребовал, чтобы отец стал именно тем человеком, о котором я рассказывала, чтобы он взял на себя ответственность за свои поступки. Отец прошел испытание, пусть и с трудом, но единственная причина, по которой он прошел его, – я.

Не кровь превыше всего – любовь превыше всего.

Я снова смотрю на Келвина.

– Сообщи всем, что появился новый глава империи Ревено, и, если кто-то захочет встретиться с ним, он ждет их.

Келвин коротко кивает, делает шаг и протягивает Бастиану руку.

– Добро пожаловать, парень. Я надеюсь, твои внутренности сделаны из камня.

– Так и есть, – ухмыляется Бастиан.

– Нужно будет набрать команду… Хотя бы двух охранников для начала. Я полагаю, одним из них будет этот псих, который ушел с Энцо?

По лицу Баса ползет улыбка. Все понятно без слов.

– А второй?

Бас смотрит на Дамиано, и тот коротко кивает. Меня охватывает небольшой приступ страха при мысли о потере Дама в наших повседневных проделках с девочками.

– А тебя нужно спрашивать?

Бастиан смотрит направо. Я следую за его взглядом и вижу Кайло. Кенекс ухмыляется, подталкивая парня вперед.

Вот он – секрет моего отца.

Его кровь.

Его сын.

Мой брат…

Он подходит, встает рядом с нами и…

Подождите.

Я перевожу взгляд на Бастиана.

– А где Бостон?

Улыбка Бастиана становится шире, и я прищуриваюсь.

Черт. Все сначала…

Эпилог

Месяц спустя

Роклин

КОГДА Я ВХОЖУ, ОН СТОИТ И СМОТРИТ НА РУКАВ СВОЕГО ПИДЖАКА, поэтому я прислоняюсь к косяку, чтобы немного полюбоваться им.

Косуха свисает с края кровати, сегодня он не наденет ее. Но Бас не слишком переживает по этому поводу. Вероятно, потому, что на этот раз костюм на нем – один из десятков, которые у него есть.

Черт возьми, мой мужчина хорош, ему очень идет этот покрой и этот черный цвет. На его запястье часы, которые он решил сохранить: «Пусть будут напоминанием всем – посмотри на меня не так, как надо, тебе каюк».

У меня слюнки текут, какой он аппетитный.

– Продолжай так на меня смотреть, и мы не дойдем до машины.

Улыбаясь, скрещиваю руки на груди.

– А я уже и не уверена, что хочу дойти…

– Лгунья.

Его бездонные глаза находят мои. Он молча требует, чтобы я подошла.

Отталкиваюсь от двери, мои каблучки стучат по полу. Когда я подхожу, глаза мгновенно отыскивают метку на его коже, и он наклоняет голову, чтобы я могла разглядеть ее лучше.

На коже выжжена буква «Г» – Грейсон, но ему было недостаточно этого. Он добавил маленький штрих, впрочем, не такой уж и маленький. Под меткой выведено: Роклин, даже после смерти.

Татуировка пробуждает что-то глубоко внутри меня, и, когда грубые подушечки его пальцев касаются моего подбородка, я закрываю глаза.

Бастиан задирает мою юбку до бедер, обхватывает ладонями задницу и наклоняется, чтобы рассмотреть получше. Меня заливает жаром, когда он проводит пальцем по середине моей левой ягодицы.

Потом он опускается на одно колено, его губы касаются все еще чувствительной плоти, и я вцепляюсь в густые черные волосы.

– Почти зажило, – шепчет он и поднимает глаза, чтобы встретиться с моими. – Болит уже меньше, детка?

Тепло разливается по мне, когда я смотрю на него сверху вниз, на мужчину, который нашел меня.

На моей ягодице объемная буква «Б», идентичная по дизайну метке на его шее. Под ней написано:

Бастиан, даже после смерти.

Он вскакивает на ноги и тянет меня, чтобы прижать мои губы к своим. Он ждет, и я делаю то, что он хочет: слегка прикусываю его колечко. Затем его рот накрывает мой, и пальцы рассеянно проводят по ошейнику, потому что, давайте уж будем честны, это вовсе не украшение, по крайней мере в его глазах.

– Я собираюсь трахнуть тебя в этой юбке, когда мы вернемся, – обещает он. – Наклоню тебя над балконом, выходящим на поместье, чтобы все могли видеть, как хорошо ты меня принимаешь.

Мое сердце сладко сжимается от его слов, и я тянусь к его поясу, но вокруг моего запястья сжимается пятерня.

– Послушай, те гребаные пятнадцать минут, которые ушли на то, чтобы напялить этот костюм, пойдут прахом, потому что все это полетит на пол. – Его колено прижимается именно там, где я хочу, и я резко втягиваю воздух. – Я более чем хорош сейчас, но выбор за тобой, маленькая воровка. Или вытаскивай мой член, или отойди.

Мурашки пробегают по коже, и я кривлюсь, потому что придется усмирить свое желание. Хотя с тех пор, как Бастиан занял место моего отца, я на законных основаниях поступаю как раз наоборот – делаю так, как мне хочется. Это освобождает – принадлежать Бастиану, а я принадлежу ему во всех смыслах этого слова.

Переход власти прошел гладко, хотя я была уверена, что потребуется время заставить людей, которые работали на отца и с ним заодно, смириться с новым лидером. И все прошло намного… чище, чем я ожидала.

Мне совсем не обидно, что Бастиану удалось за три месяца сделать то, что отцу не удалось за долгие годы, – подружиться с Энцо Фикиле, который с моей сестрой… Ну, там полный бардак, и мне еще предстоит разобраться.

– Эй, вы трахаетесь или мы едем? – кричит Хейз с порога. – Я, конечно же, голосую за «перегни ее через перила», но дай мне пять минут, чтобы я успел добежать посмотреть с лучшего ракурса.

Приятель Бастиана подмигивает и оглаживает себя, как бы говоря: посмотри, разве я не красавец? Красавец, хотя и диковат. Это как взять куклу Кена и изрядно потрепать – получился бы Хейз. И кажется, он подсел на Бронкс. Правда, он пока еще не понял, что девочка ненавидит,