Я люблю! - Анна Летняя

ехали верхом и в экипаже, шанс увидеть, как и чем сейчас кормится народ, был отменный. Маршрутные карты были подобраны и рассчитаны грамотно. Точки выхода с местных порталов оставляли нас на основных дорогах, по которым до столицы было добираться не более пяти часов. Согласно протоколу, каждую страну мы покидали сразу после раннего завтрака, и в новой оказывались слегка после обеда. Без тормозящего наше движение обоза со слугами и имуществом, поездка напоминала легкую прогулку.

После Фальверы, для всех вещей порталы открывались на хозяйственный двор замков, в районе казарм, где шел тщательный досмотр. И к нашему прибытию все комнаты были готовы к заселению, укомплектованные нашими же вещами.

На мой вопрос, отчего подобным образом не организовывались первые прибытия, Грольдон пожал плечами и протянул мне два договора. Один с Осарскими островами, а второй с Ольвией. И если в последнем было прописано, что удобство организуется заранее, то осарцы оставляли за собой право менять место проживание гостей в зависимости от их предпочтений.

Формулировка была крайне странная, но я уже знала местные порядки и предполагала, для чего ее внесли в официальный документ. Право, конечно, их, но со стороны узнавшего их принципиальность на личном опыте и их нетерпимость к, казалось бы, простым вещам, нежелание островитян считать кого-то равным им самим могло сыграть злую шутку. Тут все зависит от чувства гордости, что заденут такие условия. Но нас это уже не тревожило, и дорога казалась легкой, а впечатление от прошлых визитов осталось вполне хорошее.

Выбравшись на стоянку у перехода из экипажа, я нашла своего коня, и как только оказалась на территории другой страны, запрыгнула в седло. Конечно, потом придется вновь вернуться на полагаемое мне место у окошка, но до столицы я прекрасно разомнусь, пока буду скакать верхом в окружении мужей и охраны нашей делегации.

Порой казалось, что протокол с его бреднями еще долго будет мне сниться в кошмарах после окончания этого путешествия. Как жили все местные и не только леди, терпя ради титула оковы, я не представляю. Их можно было лишь пожалеть.

Ни тебе проявлений пылкой нежности за пределами вашего дома, а желательно, только лишь спальни. Ни так воспетых местными романами возможности улизнуть от лишних глаз с любимым. На самом деле любое место, где бы мы не жили, контролировали стражи Грольдона, зорко следя за всеми нами, сами при этом оставаясь незаметными. Я боялась даже думать, какого мнения придерживаются они о нас с мужьями за несколько свиданий на острове Зефта, куда им входа не было.

Сама эта поездка по территории была чудесна. Вокруг рос густой хвойный лес, от чего воздух казался сказочно-вкусным. Так и хотелось расправить плечи и вдыхать его до предела легких с каждым разом. Цокот копыт по дороге из утрамбованной земли не мешал слышать пение птиц и шелест иголочек от порывов ветра. То тут, то там раздавался протяжный скрип. Он каждый раз тревожит душу, хотя ты точно знаешь, что это ветка трется об ствол, а не мистический монстр угрожает, защищая границы собственных владений.

Я настолько погрузилась в себя и местную красоту, что сперва даже не поняла, почему стражи насторожились, а Рольф перехватил мои поводья, останавливая коня. Крутила головой, пытаясь понять, откуда исходит угроза и что она из себя представляет. На меня уже навесили щиты Грольдон и оба мужа. Еще один щит опускался со стороны помощника командира стражей. Отрешившись от мужской тихой паники, я привстала в стременах и увидела, что к нам по тропинке бредет из последних сил женщина, укутанная в платок по самые брови.

Старое, болотного цвета простое платье, испачканное в грязи, местами порванное, голова укрыта теплым платком, а стопы в легких летних туфельках явно с чужой ноги. Они слетали с нее, цепляясь за выступающие из земли корни и камни, что уже было странно. Погода стояла теплая, хоть на дворе и была середина весны. Обувь не по ситуации, а платок… Мне на коне приходилось стирать пот, а она куталась по собственной воле!

Стоило незнакомке разглядеть нашу процессию, она сделала для шага назад, отчаянно качая головой. Ее губы что-то шептали. Воспользовавшись потоком воздушной магии, я пожелала, чтобы ветер доставил нам ее послание, позволив его услышать полностью.

— Пожалуйста, уезжайте скорее. Они близко. Их много. Им нужна кровь. Я не могу опять взять на себя этот грех.

Проговорив всю свою тираду, она начинала ее заново, словно ожидая, что в отряде будет маг и он услышит ее мольбы.

По строю прошелся шепот, но никто не сдвинулся с места. Решать, как быть, мог лишь принц, а оспорить его приказ позволялось одному капитану стражей.

— Привести незваную гостью, — отдал приказ Грольдон, расположившись около нашей семейной компании.

— Хочешь вмешаться в дела чужих разбойничьих шаек, Ваше Высочество? — спросил Зефт, прикрывая глаза и отправляя такие же порывы ветра, что и я, вдаль на поиск преследователей или засады.

Правду говорит девушка или нет, отмахиваться мои спутники не стали.

Часть стражей проехались назад, предупредив хвост колонны, чтобы они подготовились либо к неожиданному нападению, либо к быстрой скачке, если противников будет слишком много. Конечно, справиться с врагами после недавних тренировок на дуэлях мы сможем, но страдать, получая ранения из-за чужих разбойников, не обязаны. Совсем другое дело, если у нас будет козырь перед местным королем, что запустил свою страну до подобного состояния.

— Пока не решил. Однако, если ее слова правда, то пусть ответит перед законом и поможет поймать тех, кто за этим стоит. Причитать долго можно, а на самом деле нужно действовать.

С другом я была полностью согласна. Наша это страна или нет, если мы можем привести во дворец эту женщину в качестве свидетеля и это поможет обезвредить грабителей и убийц, то мы это сделаем.

Тем временем женщину подвели к нам и я, не смотря на недовольство мужей, спешилась. Что-то в ее сгорбленной фигуре меня смущало. Вот бы еще понять, что.

— Тиана! — Воскликнул Зефт, когда я откинула ее платок с головы обнажив грязную и полностью седую голову.

Чумазое лицо явно испачкали недавно сажей, хотя и старые пятна у висков были. Словно она постоянно пачкалась, нанося маскировку, и смывала ее, лишь когда разрешали. Это была совсем не старая женщина, как я подумал сперва, а юная девушка. Можно сказать, даже девочка, едва отметившая шестьдесят лет. Ни одна девушка, тем более такая красивая, как та, что стояла передо мной,