Счастье для двоих. Большая книга романов о любви для девочек - Вадим Селин

Марат нервно ходил по комнате и без конца повторял:

– Я так переживаю, так переживаю!

– Да успокойся, все будет отлично! – пообещала Оксана.

Я сама сидела как на иголках. Это был переломный момент в жизни Марата, и я волновалась вместе с ним.

Сейчас Марата увидят по телевизору миллионы людей.

Наконец наступило время, когда реклама должна была появиться в эфире. Мы все замерли и сделали телевизор на полную громкость.

Прошла реклама шоколадок, и внезапно на экране появился Марат крупным планом.

Красивой походкой он шел по длинному деревянному мосту. Кристально чистая вода была необычного синего оттенка, на дне виднелся белый песок, а на берегу – раскидистые зеленые пальмы. Море беспокоилось, волны разбивались о мост, и брызги попадали на Марата. Сам Марат был неотразим: статный, загорелый, с загадочным выражением лица. Он шел по мосту босиком, одетый в белые тонкие брюки и расстегнутую легкую белую рубашку. Вода капала с его волос.

Краски были очень яркими и насыщенными, картина просто сказочная.

На экране появилось крупным планом лицо Марата. В его карих глазах отражалось море. Сбоку возникли флаконы туалетной воды, и таинственным глубоким голосом, которым Марат обычно поет мне романсы, он произнес:

– Теперь морской бриз всегда с тобой.

Реклама закончилась. Мы разразились аплодисментами.

– Это триумф! Настоящий триумф! – восторгалась Оксана. – Ну, теперь по улицам спокойно не пройдешь, все будут тебя останавливать! Рекламу ведь будут показывать долго, да еще и по несколько раз в день!

Если еще недавно я переживала, что у Марата будет много соблазнов в виде поклонниц, то теперь эти мысли меня не волновали. Ведь я верила Марату!

Я рассмеялась от счастья:

– Марат! Ты фантастический!

В комнате поднялся гул – все делились впечатлениями.

Отец Марата открыл бутылку шампанского. Пенистый напиток разлили по бокалам.

– Сынок, мы гордимся тобой! – произнесла мама Марата и подняла бокал. – За успешное начало твоей карьеры!

– А еще за всех вас, – дополнил Марат. – Мне очень дорога ваша поддержка.

Дом наполнился звоном бокалов.

* * *

Миновало еще пять дней. Настал торжественный день – мы отправлялись в круиз.

В плавание собралась довольно большая компания: мы с родителями, Марат, Захар и Надежда. И, естественно, прихватили с собой лемура, которого хотели завезти на Мадагаскар. Конечно, мы ехали туда не ради лемура, но не собирались упустить шанс доставить нашего питомца на родину. Родители Марата вернулись домой, потому что им нельзя было надолго бросать работу.

Дядя и Оксана остались на суше, присматривать за домами в Лимонном и Новороссийске.

Когда Захар узнал, что папа предложил совершить круиз, то стал уговаривать взять и его. Надежда сильно этому сопротивлялась, потому что после трагедии с мужем боялась отпускать сына в плавание, но Захар ее уговорил. Он об этом мечтал.

В плавание отправились вечером, но солнце еще не зашло. На мачте был поднят флаг с символикой нашего яхт-клуба – дельфин на фоне волн. На каждой яхте обязательно с восьми утра до захода солнца должен быть поднят флаг.

Наша компания стояла на палубе яхты «Капитан Озерянский». Мы назвали судно в честь погибшего отца Захара. Он был моряком в звании капитана первого ранга. В тот трагический 1986 год он приехал в Новороссийск по делам, это ведь портовый город, и познакомился с Надеждой. А на «Адмирале Нахимове» он был просто пассажиром.

Оксана с дядей махали нам руками и плакали от трогательности момента.

– Скоро вернемся и приступим к съемкам твоего фильма! – кричал Оксане Марат.

– Не забывай в плавании учить свою роль! – кричала в ответ Оксана.

– Отдать концы! – громогласно скомандовал папа членам экипажа, которые отправились в плавание вместе с нами, чтобы управлять судном.

Матросы отвязали канаты от причала, судно начало отшвартовываться.

– Поднять паруса!

На мачте стали подниматься паруса. Ветер сразу же надул их. От восторга меня пробрала дрожь. Неужели мы отправляемся в плавание?

Яхта медленно отплыла от берега, и вскоре мы выехали из прибрежной зоны.

Шумел мотор, наше судно рассекало воды Черного моря.

Захар стоял у леера и смотрел вперед, в море. Ветер развевал его волосы и одежду, брызги попадали на лицо, и Захар выглядел счастливым.

– Никогда бы не подумал, что наше семейное горе поможет познакомиться с вами, – проговорил Захар. – И что знакомство поможет мне начать ходить.

– Да… – задумчиво отозвалась Надежда. – Жизнь делает такие повороты, что никогда нельзя предугадать, что будет завтра.

Наверное, думала она о многом – и о море, в котором покоится ее муж, и о том, что выздоровел сын, и о том, что снова рискнула отправиться в плавание. Только не в Сочи, как тогда, в 1986 году, а на остров Мадагаскар…

– Завтра будет завтра, – улыбнулся Захар. – И я верю, что все наши «завтра» будут счастливыми.

Надежда подошла к сыну и обняла его. Я посмотрела в сторону рубки – папа стоял за штурвалом, мама была рядом, она положила голову на его плечо. Я последовала ее примеру и приблизилась к Марату. Он тепло посмотрел на меня, улыбнулся и крепко-крепко прижал к себе.

– И на суше, и на море – везде мы вместе, – с любовью сказал Марат.

– А с недавних пор еще и в космосе, – заметила я.

– И так будет всегда.

Вскоре небо потемнело, и на нем загорелись звезды.

Я обернулась назад.

Вечерний город вспыхивал сотнями разноцветных огней. Там, вдалеке, остался любимый Лимонный… Спасательная станция № 5, пункт проката катамаранов, секретный пляж, маяк, наши друзья…

Все осталось там, на берегу… Но мне не было грустно. Потому что дом – там, где с тобой рядом находится любимый человек. Хоть в чистом поле, хоть в открытом море.

Я уверена, что по пути к Мадагаскару нас ждут незабываемые приключения! От этого круиза у меня прямо дух захватывало!

Нас окружали море, звезды и небо, а я находилась в объятьях Марата…

Мы видели горбатые спины выныривающих из воды дельфинов, которые сопровождали нашу яхту.

И я вдруг осознала, что вновь ощущаю себя дельфином.