Измена. Путь бумеранга - Анна Гром
Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём. Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем? Да что ты пристала со своим поженимся? вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз. Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей! Тогда что ты делаешь рядом со мной? его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног. Действительно, что я делаю рядом с ним? Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне. Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Измена. Путь бумеранга - Анна Гром"
И пусть оставит все эти невербальные попытки со мной взаимодействовать.
Официант пожал плечами и достал терминал.
Я не успела выдохнуть, мужчина поднялся с места и направился прямо ко мне.
С каждым его шагом меня всё сильнее накрывало горячей волной. Смесью раздражения и адреналина, гулко стучащего в висках.
Он отодвинул стул и присел напротив. Слишком близка, так, что все мелкие детали словно бросились мне в лицо огненными осколками: часы на кожаном ремешке с чёрным циферблатом, две расстёгнутые пуговицы на рубашке, между которыми виднелись тёмные волоски, тёплые карие глаза. Густые брови, точки тёмной щетины. Запах. Свежий. Что-то морское. Цитрус. «Армани»? «Аква Ди Джио»? Не может быть! Мой любимый мужской аромат. Я Косте пыталась всучить такие в «Золотом Яблоке», но он выбрал свои сладко-приторные «Долче». Я ещё тогда шутила, что такими пользуются эскортники (если такое слово вообще существует) и альфонсы. Я почти не ошиблась.
– Не понравился? – он улыбнулся. – Добрый вечер.
Голос у него оказался мягкий, щекочущий. Какой-то даже хорошо поставленный. Как у ведущего на радио.
Я громко сглотнула, едва не подавилась собственной слюной.
Он нарушал моё спокойствие и уединение. Раздражал. И в то же время у меня почему-то сердце заскакало, как сумасшедшее. Нервы. У меня раздрай в голове, самое последнее что я сейчас хотела, общаться с незнакомцами. И уж тем более с кем-то знакомиться!
– Простите, у меня сейчас не то настроение.
– У вас личная драма?
Я посмотрела на него в упор, и ничего не ответила. Это не его дело.
Ощущение, что у меня в мозгу ковырялись чайной ложечкой. Он меня будто сканировал. Пусть просканирует тогда, куда и как далеко я хочу его отправить.
Он меня понял. Молодец какой. Встал из-за столика, задвинул стул и улыбнулся напоследок.
От этой улыбки новая порция жара хлынула на мои щёки. Да что ж такое!
– Вы очень красивая. Помните об этом.
Забрал свой кофе со стойки и ушёл.
Глава 10
Я всё ещё не хотела домой. Уехала только под закрытие кафе.
Моя минималистичная, едва обжитая однушка в сорок пять квадратов встретила меня всполохом ламп-спотов под потолком коридора. Молочные стены, столбики перегородки, ширмой отделяющие коридор от кухни-гостиной, выполненной в каменно-серых, модных тонах. Спальня в древесно-чёрных тонах, стена у изголовья кровати украшена рейками под дерево и замысловатыми бра на чёрных ножках. Красиво, стильно. Но холодно и неуютно.
Этот смелый дизайн отражал моё нынешнее внутреннее состояние как никогда. Когда я делала здесь ремонт, то думала скорее о функциональности и простоте, но не об уюте. Наверное, я и сама такая. Холодная, как этот серый цвет, графичная, как чёрные лампы и логичная, как гардеробный уголок в моей спальне – вершине мебельной функциональности.
Я не озаботилась декором. У меня не было времени подбирать текстиль, цветы или картины. И желания, если честно, тоже. Мои внутренние процессы всегда имели для меня большее значение, чем внешние. Да и потом я переехала к Косте и вила якобы семейное гнездо там. Но сейчас мне бы не помешал пушистый плед и тапочки с мехом. Надо выбрать на Вайлдберисе что-нибудь. Чтобы хоть немного согреться от этого душевного мороза.
Я открыла соцсети и машинально нажала на колокольчик обновлений у тех, кто у меня в друзьях. У Кости крутился кружочек сторис. Выложил что-то новое. Не удержалась, открыла. Плевать, что мой просмотр засчитается и он увидит меня в статистике. Хотя может и не увидит, у него подписчиков две с половиной тысячи.
Конечно, у Кости много подписчиков, он делает красивый контент. Ему и придумывать ничего не надо: активная жизнь, яхта, мотоциклы, поездки, природа, а ещё бурная светская и деловая жизнь. Вот пост с покупкой золотых часов, вот с покупки его нынешней машины, вот мини-видео с какой-то бизнес-конференции, а вот тут даже я мелькаю с ним на фоне какого-то ресторана в Дубае, где мы были года три назад вместе. Не подчистил фотки. Значит, ещё не осознал. Или ему просто плевать.
На его новоЙ сторис – фото. Какой-то клуб или бар. На столе кальян и пять бокалов с разномастным алкоголем, видимо, посиделки с друзьями. После – живое видео. Всё тот же стол, потом улыбающиеся лица его друзей, танцующий зал в дыму и светомузыке, и сам Костя, снимал сам себя. Улыбающийся, радостный. Отмечает освобождение от надоедливой вечной невесты.
Я отбросила телефон, забралась с ногами на диван, обхватила колени руками.
Как же мне себя жалко. Как же жалко! Так больно, что слёзы застряли где-то в горле и не шли никак. А если б я прорыдалась, может, было бы легче. Тогда, когда я плакала в машине на парковке, стальная хватка в груди чуть-чуть ослабла. А потом снова всё навалилось. И теперь я не могу выдавить ни слезинки. На грудь словно глыбу положили.
Айфон пиликнул. Я взяла аппарат. Где-то в районе сердца полыхнуло, потому отправителем значился Костя.
«Соскучилась?»
Я прочла, но не ответила.
«В сторисы мои подсматриваешь?»,– отправил он и следом смайлик с коварной ухмылочкой прикрепил.
Боже, как отвратительно. Он уверенно считает, что я тут страдаю, скучаю и мучаюсь в надежде вернуть его? А ему всё шуточки. Как легко он живёт. Просто плывёт по жизни! Подумаешь, шесть лет.
«Нельзя? Отправь в чс тогда», – ответила ему.
«Ну я ж не девочка-малолеточка, чтобы глупостями заниматься». И подмигивающий смайлик.
«Чем занимаешься?», – прилетело следом же, пока я медленно переваривала этот его мерзкий намёк.
«Тебя это уже не касается», – нажала так сильно на слово «отправить», что ещё чуть-чуть и раздавила бы экран.
«Скучно будет – пиши», – и прицепил два смайлика, рука с пальцами, скрещенными в кружок, и рука с вытянутым указательным пальцем. Намёк на совокупление.
Меня сейчас вырвет.
Какая же тварь.
Нет, не страдаю и не скучаю, а злюсь. Стадия гнева пришла, как Яська говорила. Насколько недалёкий, самоуверенный идиот! Ощущение, что я шесть лет смотрела через какие-то очки, не просто розовые, а разноцветные 3D окуляры с имитацией света, звука и запаха. Неужели я настолько плохо разбираюсь в людях, насколько хорошо в модели LLM*? Видимо, эмоциональный интеллект у меня хромает на обе ноги и завтрашний тренинг будет для меня.
Я отписалась от него. Побуду «девочкой-малолеточкой». Последнюю ниточку