Высокомерный наследник - Мишель Хёрд

затаит обиду, я готов пожертвовать их бизнесом ради тебя.

Я смотрю в потолок, осознавая его слова. Он редко говорит «я тебя люблю», но, черт возьми, он доказывает это при каждом удобном случае.

Я пытаюсь разобраться в хаосе эмоций и признаюсь: — Но я не хочу её терять. Что мне делать, если я не смогу быть для неё кем-то большим, чем просто друг?

— Тогда стань для неё лучшим чертовым другом, какой у неё когда-либо был. Уважай ту любовь, которую она тебе подарила. То, что она влюблена в тебя, не означает, что дружбе конец, сынок. Ушло девятнадцать лет, прежде чем я смог быть со Стефани. И ни разу я не заставил её почувствовать себя менее значимой. Просто уважай мисс Уэст за то, какая она потрясающая женщина. Иначе ты бы сейчас не сидел передо мной.

Я возвращаюсь к шахматам.

— Ты прав. Спасибо за совет, сэр. Я сделаю всё возможное, чтобы спасти дружбу.

Он потирает руки: — Хорошо, хорошо. Раз с этим покончено, я могу продолжить тебя обыгрывать.

Переставляя фигуры, я пытаюсь просеять чувства внутри себя, понимая, что скоро мне придется принять решение, чтобы спасти то, что осталось от нас с Милой.

МИЛА

Выплакав все глаза, я сходила в душ и теперь пытаюсь занять себя учебой. Стук в дверь. Думая, что это Джейд, я кричу: — Входи!

Дописываю предложение и поднимаю взгляд. Мои глаза встречаются с глазами Джейса. Все эмоции, которые я так старательно заталкивала вглубь, мгновенно всплывают на поверхность.

Он закрывает дверь, но не подходит. Лицо серьезное — это редкость для него, и я знаю: ничего хорошего это не сулит.

— Я смог достаточно прояснить голову, чтобы понять одно, — начинает он.

Такое чувство, будто мы на деловом совещании. Никакой теплоты.

— Твоя дружба много значит для меня, но...

Мама как-то сказала мне: всё, что идет перед «но», не имеет значения. Я внутренне напрягаюсь, готовясь к удару.

— ...я не знаю, готов ли я рискнуть ею, чтобы выяснить, может ли между нами быть что-то большее.

Не то, чего я ожидала. Я думала, он скажет, что дружбе конец. Я выдыхаю.

— То есть ты бы предпочел остаться просто друзьями? — уточняю я, чтобы убедиться, что мы на одной волне.

— Да. — На его лице проскальзывает тень нерешительности. — Мне нужно убедиться, что то, что я чувствую к тебе, это не просто дружба, Мила. Я не могу начать что-то с тобой, не зная наверняка свои чувства.

— Я понимаю. — Я сползаю с кровати. — И как нам исправить то, что мы натворили?

— Это прозвучит странно... — он поднимает палец и делает шаг ко мне. Останавливается в паре шагов. — Но... спасибо, что любишь меня.

О боже. Убейте меня прямо сейчас.

Он, должно быть, видит мой стыд, потому что делает выпад вперед и хватает меня за руку. Сжимая её в своих ладонях, он поправляется:

— Я не это имел в виду. Черт. Мне это дорого, Мила. Я хочу, чтобы ты знала: я буду следить за собой, чтобы не обидеть тебя случайно. Я никогда не приму твою любовь как должное... Мне просто нужно время, чтобы разобраться в себе, потому что... — его лицо искажается в неловкой гримасе, — между нами очевидное влечение. Я не буду этого отрицать. Просто я не хочу, чтобы это раскололо нашу компанию надвое.

Всё, что он говорит, логично. И хотя в груди всё щемит от разочарования, я признаю: Джейс прав. Риск слишком велик, если он не любит меня в ответ. Это либо «всё», либо «просто дружба».

— Значит, возвращаемся к дружбе, но без флирта, — предлагаю я.

— Это было бы здорово. — Он колеблется. — Можно тебя обнять?

Я выдавливаю улыбку: — Конечно, придурок. Не начинай вести себя странно.

Когда он обнимает меня, я изо всех сил борюсь со слезами, и мне это почти удается. По крайней мере, ты его не потеряла. Радуйся тому, что есть, Мила. На мгновение я позволяю себе прижаться к нему, загоняя любовь в самый дальний угол сердца.

Он сжимает объятия и шепчет: — Прости, что сорвался тогда.

Я киваю, уткнувшись в его плечо. Тяжело сглатываю.

— Ты мне очень дорога. Ты — один из моих любимых людей.

Я снова киваю, зажмурившись. Боже, это больно. Намного больнее, чем я думала.

Джейс отстраняется, заглядывает мне в лицо.

— Пойдем поужинаем? Ты же ничего не ела из-за того, что я вел себя как козел.

Я выпускаю смешок, который звучит совершенно безнадежно. Качаю головой и указываю на ноутбук: — Мне нужно закончить работу.

— Ладно. — Он еще секунду медлит, а потом разворачивается и уходит.

Почему он ушел, а мое сердце забрал с собой?

ГЛАВА 8

ДЖЕЙС

Несмотря на разговор с Милой, всё происходящее кажется эпическим провалом.

Прошло три дня после того взрыва, а я ни на шаг не приблизился к ясности в своих чувствах. Я не могу отрицать влечение к Миле, но, черт возьми, этого просто недостаточно.

«Ты любишь её?» — шепчет сердце.

«Это не стоит того, чтобы рисковать всем», — предупреждает разум.

Я на мгновение зажмуриваюсь и в очередной раз заталкиваю этот вопрос в самый дальний угол сознания. Черт, как же это сложно.

— Ты в порядке? — спрашивает Хантер, и я резко перевожу на него взгляд.

Мы должны были смотреть «Jeopardy» и ставить на победителя, но мои мысли снова вернулись к Миле.

Я прочищаю горло: — Да, просто устал.

К счастью, это правдоподобная ложь: мы гуляли прошлую ночь и вернулись только под утро. Это был первый раз, когда Мила не пошла с нами — она провела выходные у родителей. И она еще не вернулась.

Поднявшись, я потягиваюсь: — Я спать. Увидимся завтра.

— Спокойной ночи, — отвечает Хантер и притягивает к себе Джейд, которая уснула у него под боком, чтобы отнести её в кровать.

Проходя по коридору, я заглядываю в комнату Милы. То, что её там нет, меня беспокоит. Обычно я бы не раздумывая написал ей, чтобы узнать, когда она будет дома.

Черт, мы когда-нибудь вернемся к тому моменту, когда я буду чувствовать себя свободно, делая это?

Зайдя в свою комнату, я закрываю дверь, стягиваю футболку и падаю на кровать. В тишине личного пространства я позволяю мыслям вернуться