Любовь, опрокинувшая троны - Александр Прозоров

Любил ли князь Шуйский свою ненаглядную Марию? Нет ни малейшего сомнения! Он посватался к ней и обручился, когда она была дочерью его врага – фаворита «царя» Годунова. Откуда такое самоуничижение в гордом Рюриковиче?

Злые языки утверждают, что таким образом Василий Иванович желал «подмазаться» к правителю… Но вот неожиданность! Годунов этот брак запрещает (уже после венчания). Но когда «царь» Борис умирает, а семья Буйносовых попадает в опалу, князь Шуйский требует этого брака с прежней страстностью! Какая уж тут корысть?! И наконец – даже когда он сам восходит на трон, стремление заключить брак именно с Марией ничуть не уменьшается.

То есть, как бы ни менялись обстоятельства, какие бы катастрофы ни случались вокруг – стремление Василия Шуйского заполучить в свои объятия княжну Буйносову остается неизменным. Чем еще это можно объяснить, кроме как не крепкой любовью?

Опала князя Петра Буйносова и ненависть оного к царю Дмитрию Ивановичу легко могли стать для Василия Шуйского побудительным мотивом для организации переворота. Годы летят, найденная любовь остается совсем рядом – и при этом недоступна. Обстоятельства меняются и меняются, но все время – против.

Так почему бы не взять эти самые обстоятельства под свой контроль?!

Князь Василий Шуйский несомненно любил княжну Марию и ради нее перевернул с ног на голову весь окружающий мир.

Любила ли юная Мария князя Василия? Увы, не знаю… Детали их личных отношений остались неизвестны. Но судьба княжны оказалась достаточно печальна.

Мария стала царицей при нищем «государе», которого ненавидела вся страна. После пышной свадьбы и первых месяцев роскоши она занималась тем, что спарывала жемчуга и драгоценности со старых одежд, дабы набрать денег для оплаты наемников. Она похоронила первую из своих дочерей, а когда у мужа закончились деньги, то ее оторвали от второй дочери и насильно постригли в монахини. После чего малышка скончалась.

Ради княжны Марии Буйносовой князь Шуйский устроил переворот, положивший начало Смутному времени. Однако именно ее во всей этой истории почему-то жалко больше всего.