Гахиджи - Ирина Королева

– Так! – грубо отдернула Нину Елена. – Давай вернемся к тексту!

Нина печально вздохнула: – Конечно, вернемся. – Она еще раз внимательно перечитала текст и застучала пальцами по столешнице. – Здесь главное правильно понять это изречение, а для этого нужно понять быт и настроение тех времен, и тех жителей, – задумчиво произнесла Нина, – а еще узнать получше об этой самой Хранительнице. А ты еще пойдешь туда? – спросила Нина, все еще не отрываясь от бумаги.

– Не знаю, – Елена замялась. – Он сказал мне больше не приходить…

– Да? – подруга, наконец, оторвала взгляд от листочка и выглядела она очень разочарованной. – Почему?

– Он сказал это очень опасно.

– Чем? – удивилась Нина. – Ты же вроде проходишь границу?

– Он сказал, что я могу встретить воина, и именно это опасно. Никто не должен знать…

– Странно, – нахмурилась Нина, – он, что не посвященный? Как Иаби?

– Не знаю, – расстроенно ответила Елена. – Я не спрашивала.

Елена и сама хотела туда вернуться. Священная земля притягивала её, и она не знала, хорошо это или плохо.

– Просто, после твоего рассказа, – продолжила говорить Нина. – Складывается впечатление, что он не в восторге от звания воина…

– Да, – горячо подтвердила Елена, – и еще он не особо слушается старейшего.

Нина изумленно приподняла брови и Елена продолжила:

– Он вообще странный, как я и предупреждала. Дэвон спрашивал про Катерину и сказал, что я могу ему все рассказать. Он обещал, что ничего не расскажет старейшему.

– Хм, об этом нужно подумать. – Нина растерянно посмотрела на Елену и отложила листок с изречением, – я… вот еще что хотела тебе сказать…

– Что? – Елена почувствовала сомнения Нины. – Что-то с Катериной? – испугалась она.

– И да, и нет…. – Нина попыталась описать свои ощущения максимально точно. – В общем, я прикасалась к ней… сегодня…… и… это странно….

– Что? Что? Не томи….

– У неё все не так, как у других….

– Как это? – не поняла Елена.

– Я не знаю, но… её энергетика, она… чистая.

– То есть? – поспешно вставила Елена.

– Ну, у других это похоже на… не знаю, как объяснить, на какую-то зависимость что ли, а у Катерины все чисто.

– То есть ты хочешь сказать, что она с Озахаром по доброй воле?

– Да, – Нина расстроенно посмотрела на Елену, – что-то вроде того…

– Но ты же говорила, что таких сильных чувств не бывает в действительности! – начала злиться Елена. – Что это просто какое-то сумасшествие! Словно временное помешательство! А теперь утверждаешь, что она любит его по-настоящему?

– Елена, но откуда я знаю? – тоже рассердила Нина. – Любит, не любит. Я говорю тебе только про энергетику!

Елена взяла себя в руки и постаралась успокоиться. Кричать на Нину не имело смысла: – А разве это не одно и тоже? – уточнила она.

– Я не знаю. – Нина тоже смягчилась. – Но её разум не затуманен. И если она не под влиянием третьей силы, значит, она все та же и есть возможность как-то к ней пробиться.

– Но как! – воскликнула Елена, чувствуя новую волну отчаяния. – Я уже перепробовала все! Я просто не знаю, что еще сделать!

– Ты просто не отчаивайся! – поддержала Елену Нина. – И у тебя все получиться.

– Я попробую. – Елена обхватила голову руками. Ощущение нереальности происходящего немного смягчило боль и она, благодарно посмотрела на подругу, – если бы не ты, я давно бы уже перешла грань. Уж лучше умереть, плюнув перед этим в лицо старейшему, чем умереть при рождении очередного Гахиджи.

– Ты храбрая, – Нина взяла Елену за руку и слегка сжала ладонь. – А я бы дала плениться, мне так проще. Я слишком боюсь их.

– Не правда! – возразила Елена. – Уже сам факт, что ты вместе со мной вступила в борьбу, говорит о твоей смелости.

– Но надолго ли? – Нина встала и печально скрестила руки на груди. – Зубери уже намекал, что я до сих пор не переодела платье.

– Серьезно? – Елена тоже встала и взволновано подошла к подруге. – И что ты ему ответила?

– Да ничего вразумительного. – Нина нервно дернула плечом. – Просто прикидываюсь дурочкой слишком строгого воспитания.

Елена грустно посмотрела на Нину «Насколько еще их хватит? И есть ли выход из этого кошмара?» но вслух сказала: – Если хочешь, я могу пойти завтра с тобой.

– Это было бы здорово, – Нина печально вздохнула, – но к тебе может прицепиться очередной жених.

– Ничего, – твердо ответила Елена, – мне все равно нужно выходить с вами, а то старейший может разозлиться.

Нина повернулась к Елене и благодарно посмотрела ей в глаза: – Спасибо, с тобой мне будет легче. – Она импульсивно пожала пальцы Елены и вдруг воскликнула: – Елена! – Нина пристально вгляделась в пальцы подруги. – Боже мой!

– Что? Что такое? – взвизгнула, Елена не понимая паники Нины, но заранее испугавшись реакции подруги.

– Твои ногти!

– Что мои ногти? – Елена испуганно вгляделась в аккуратные розовые лунки. – Говори скорее, ты меня пугаешь! Что не так с моими руками?

Нина нахмурилась и со всей серьезностью посмотрела Елене в глаза: – Скажи мне. Мы здесь уже достаточно долго находимся, но за все это время ты хоть раз подстригала ногти? Брила ноги? Выщипывала брови?

Елена непонимающе уставилась на Нину: – Нет, – медленно произнесла она и перевела взгляд на свои руки. – Точно нет, – уже более уверенно повторила она.

– Также как и все мы, а теперь смотри! – Нина обхватила указательный палец Елены. – Твои ногти! Они выросли.

Три дня Елена потратила на совместные прогулки с Зубери и Ниной. Она старалась выглядеть веселой, но когда видела безупречные лица Гахиджи, едва сдерживала злость. Она постоянно думала о Дэвоне, вспоминала их разговор и все больше находила странностей в его словах и поведении. Оправдать она смогла только его грубость по отношению к ней, но болезнь, внешний вид, пренебрежение к старейшему и забота в виде предупреждения об опасности, все это как-то не укладывалось в общую картину. Нэйн сказала «Здесь все Гахиджи, а кто еще нет, то больше всего мечтают об этом» а Дэвон сказал «А с чего ты взяла, что я расскажу старейшему? Я не скажу ему. Обещаю!» странное и непохожее на всех поведение. Мысли Елены то и дело возвращались к надписи с указателя Хранительницы, но узнать, что-либо новое не представлялось возможным.

С сестрой Елена виделась редко. Катерина с Озахаром предпочитали проводить время отдельно ото всех, и она никак не могла с ней поговорить. Их общение так и не наладилось. Нину Катерина тоже избегала. Зато Акил никак не оставлял Елену в покое. Все три дня, он только и делал, что изводил Елену своей заботой и вниманием, как будто между ними и не было того разговора. С Иаби Елена тоже не виделась. Три бесконечных дня она посвятила исполнению воли старейшего.