Сирень - Б. Б. Рейд

упущенное. Поскольку у нас был элемент неожиданности, мы получили достаточную фору, и чтобы проиграть нам потребовалось бы действие Божье.

Это произошло как раз в тот момент, когда Хьюстон резко развернулся на повороте, к которому я не знала, как подготовиться, потому что повернулась на своем месте, чтобы наблюдать за нашими соперниками.

Соскользнув с сиденья «Си-Ду», мой крик оборвался, когда я упала в холодную воду и погрузилась в нее. Страх утонуть заставил меня снова барахтаться, даже когда спасательный жилет вытащил меня обратно. Я со вздохом вынырнула из воды, а затем огляделась в поисках своего спасения.

Рик был первым, кто добрался до меня, так как он ехал на последнем месте. Он повернулся на своем сиденье, когда я садилась сзади, и предложил мне руку, в которой я не нуждалась, но которую слишком хотела принять.

Я скучала по его прикосновениям ко мне, когда он тоже этого хотел.

Возможно, я бы предпочла не купаться непреднамеренно в океане и не терять свой парик, чтобы узнать, что он все еще заботится обо мне, но я не стала задирать нос от этого знания.

Как только я останусь с ним наедине, я заставлю его все объяснить.

Я часто сталкивалась с их резкими перепадами настроения, когда они были просто моими товарищами по группе. Я не приму их перемены теперь, когда они стали моими парнями.

Хьюстон и Лорен добрались до меня, когда я устроилась на «Си-Ду», обняв Джерико за талию, как будто ничего и не произошло.

— Что, черт возьми, случилось? — крикнул Лорен Хьюстону.

Мгновенно разозлившись, я поджала губы. Я была взрослой женщиной — их женщиной, но когда дело доходило до их ожиданий друг от друга, они обращались со мной как с ребенком. Это я была неосторожна. Хьюстон ни в чем не виноват.

Однако по напряженному выражению его лица я поняла, что он не согласен.

Поскольку Хьюстон пристально смотрел на меня, без слов спрашивая, все ли со мной в порядке, игнорируя Лорена, я воздержалась от закатывания глаз и кивнула. Джерико, должно быть, почувствовал мой кивок, потому что он тронулся с места, не сказав больше ни слова. Хьюстон и Лорен последовали за нами, но на этот раз мы не продолжили гонку.

К несчастью для них, я все еще хотела схитрить.

Теперь, сидя на гидроцикле рядом с Риком, я наблюдала за Хьюстоном и Лореном, которые все еще сидели верхом на своих.

— Думаю, это означает, что мы с Джерико победили.

— Что? Как? — Лорен бросил вызов, нахмурившись. — Мы не закончили гонку.

— Ты сказал, что тот, кто придет первым, выбирает вызов. Вы ничего не говорили о завершении гонки, — реакцией Хьюстона и Лорена на мою лазейку было то, что они уставились на меня, приоткрыв рот. Я улыбнулась. — Никаких исключений, никаких оправданий, верно?

Они проворчали что-то похожее на согласие, и, вернув наши «Си-Ду» компании по прокату, мы направились обратно в отель. Я не была уверена, что водная прогулка хорошая идея, так как сегодняшнее шоу начиналось через несколько часов, а я уже смертельно устала. Ребята сняли маскировку, а я перешла на частную террасу с видом на зубчатые края гор Северного побережья и неровные склоны.

Я постояла там несколько мгновений, просто наслаждаясь видом, когда почувствовала теплое дуновение на своем затылке. Молния на моем гидрокостюме медленно расстегнулась, а затем сильные руки стянули его с моего тела. Костюм упал вокруг моих лодыжек на деревянных досках пола, на котором мы стояли. Я вышла из него, прежде чем повернуться лицом к Хьюстону, который уже снял свой гидрокостюм и теперь был в хлопчатобумажных шортах, свисавших с его бедер. Он, не теряя времени, крепко поцеловал меня, как только я подняла на него глаза.

— Пойдем со мной, — прошептал он, когда, наконец, позволил мне отдышаться.

Оставшись только в своем голубом бикини, я последовала за ним через номер в ванную комнату с Г-образным видом на гавань.

Там я обнаружила Джерико, одетого только в джинсы, сидящего на краю ванны в центре комнаты и проверяющего температуру воды, льющейся из крана. Лорен снял только верхнюю часть своего гидрокостюма и стоял у края ванны, щедро поливая ее пеной для ванны. Я знала, что это должен был быть источник аромата лаванды, наполняющий комнату, а не какая-то другая новая эмоция, которую я не могла назвать. Наблюдая, как наполняется ванна, я почувствовала, как у меня заныли мышцы при мысли о том, чтобы их распарить.

Хьюстон быстро расправился с моим комплектом бикини, потянув за шнурок у меня на шее и за те, что были на бедрах, пока оба лоскутка ткани не упали с моего тела и не украсили мраморный пол.

— Ванна готова, — объявил Джерико, когда его удовлетворила температура воды.

Хьюстон немедленно поднял меня на руки в свадебном стиле, прежде чем отнести в ванну. После того, как меня опустили в воду, я поняла, насколько глубокой была ванна. Я была почти до подбородка покрыта теплой водой с ароматом лаванды.

Хьюстон взял у Лорена бутылку, пока Рик мочил мне волосы. Я не осознавала их намерений, пока не почувствовала пальцы Хьюстона в своих волосах, массирующие кожу головы шампунем и заставляющие меня стонать, когда я запрокидывала голову назад.

Я не ожидала такого, когда сказала им «да».

Ничего из этого.

Но я не могла сказать, что мне это не понравилось.

С мочалкой в руке Лорен поднял мою левую ногу и осторожно начал мыть меня. Рик исчез из ванной на минуту или две, а когда вернулся, то принес блюдо с фруктами, которыми начал угощать меня, сидя на шезлонге рядом с ванной.

С моих губ чуть не сорвался вопрос, что привело к такому поведения, но по какой-то причине я так и не сделала этого. Я заткнулась и позволила им души во мне не чаять, как будто так всегда и должно было быть — как будто когда-то давным-давно мы не ненавидели друг друга.

Лорен осреоточился на другой моей ноге как раз в тот момент, когда Хьюстон начал смывать шампунь с моих волос и добавлять кондиционер. Вместе трио работало в идеальной гармонии и уютной тишине. Я покраснела, когда увидела, насколько они преданы своим задачам.

Или, может быть, они надеялись, что я забуду о вызове или сжалюсь над ними.

Без шансов.

К тому времени, как мою кожу помыли и натерли до крови, я неудержимо зевала, потому что им троим было слишком весело, чтобы оставить меня в покое.

Хьюстон помог мне подняться,