Джейн Сеймур. Королева во власти призраков - Элисон Уэйр

– А теперь я должен увидеться с вашим отцом и официально попросить у него вашей руки, – сказал Генрих.

Она любила эту его обходительность. Все-таки он был король, а не простой поклонник.

Позвали отца, он мигом явился в съехавшем набок берете и кое-как надетом платье. Низко поклонился Генриху, который мгновение рассматривал его костюм, потом обнял рукой за плечи и ввел в приемный зал.

– Сэр Джон, у меня есть к вам просьба, – услышала Джейн слова короля, и дверь за ними закрылась.

Тут же пришла мать, она была очень взволнована.

– Король еще здесь? Чего он хочет от твоего отца?

– Он просит у него моей руки, – объяснила Джейн.

– Святые угодники! – воскликнула мать.

Джейн кивнула. Они ждали. Мать нервничала, но выглядела очень мило в своем шелковом платье. Наконец дверь открылась, и появился Генрих, он подошел к Джейн, протягивая к ней руки:

– Дорогая, ваш отец благословил нас.

Он остановился перед матерью, та сделала низкий реверанс.

– Леди Сеймур, приветствую вас! – сказал король, поднимая ее. – Или мне следует называть вас миледи матерью?

– О, ваша милость! – с дрожью в голосе отозвалась она. – Это такая честь. Джейн – хорошая девушка. Она будет вам прекрасной женой.

Джейн покраснела. Мать говорила ерунду.

– Мне это хорошо известно, – сказал Генрих.

– Мы все очень рады, сэр, – подхватил отец. – Я говорю от имени всех своих детей.

– Могу я предложить вашей милости чего-нибудь на завтрак? – спросила мать.

– Нет, благодарю вас, миледи. У меня немного болит голова. – Генрих грустно усмехнулся. – Я должен быть во дворце Йорк, там есть дела, которые требуют моего внимания. – Усмешка пропала; он вспомнил о деле королевы. – Желаю вам всего доброго.

Джейн проводила его до пристани.

– Когда все случится? – осмелилась спросить она.

Пауза; один удар сердца.

– В четверг, я думаю. Сперва Кранмер должен уладить формальности с аннулированием брака.

В четверг, то есть послезавтра. Джейн не знала, как вынести ожидание, и боялась того, что почувствует, когда все свершится. Как справляется Анна, было невозможно представить.

Они приближались к барке. Гребцы подняли весла, готовые отплыть. Генрих повернулся к Джейн:

– Не унывайте, дорогая. Скоро все закончится. Я вернусь сегодня вечером, и мы повеселимся. Не стоит печалиться из-за этой развратницы.

После обеда к Джейн пришли с визитом лорд и леди Эксетер, а также сэр Энтони Браун из личных покоев короля, что ее удивило.

– Мы надеемся, что скоро вас можно будет поздравить, – сказала леди Эксетер, величественно вплывая в приемный зал.

Судя по удивленному виду, ее поразили размеры помещения.

Джейн сделала реверанс, мысленно задаваясь вопросом: как она сможет распоряжаться такими важными дамами? Потом улыбнулась, пригласила гостей сесть и послала слуг за вином и марципанами, которые приготовила сама.

– Как вам нравится Челси? – спросил лорд Эксетер.

Вскоре стало ясно, что они пришли заручиться расположением женщины, которую считали своей будущей королевой, и получить от нее подтверждение своих догадок, но Джейн ничего им не выдала.

– Леди Мария должна чувствовать себя отмщенной этим приговором, – сказал сэр Энтони.

– Судя по всему, она избежала серьезной опасности, – заметила леди Эксетер.

– Наверное, она испытывает большое облегчение, – отозвалась Джейн. – Надеюсь, теперь король восстановит ее в правах наследства, а сама я не перестану работать над этим.

– Мы все будем очень вам обязаны, – довольно сухо произнес лорд Эксетер.

– Я знаю, вы не забудете своих друзей, моя дорогая, – сказала при прощании леди Эксетер. Было ясно, что она имеет в виду. Вы должны проявить к нам милость за оказанную вам поддержку.

Когда они ушли, Джейн прислонилась спиной к двери от усталости и сделала кислую мину, глядя на мать.

В саду было тихо и спокойно. Какая радость! Короткая прогулка по парку поможет ей восстановить силы. Но когда Джейн оказалась там и завернула за первый поворот дорожки, то увидела толпу людей у ворот; вероятно, они надеялись увидеть ее хотя бы мельком. Джейн неуверенно улыбнулась, напоминая себе, что очень скоро и всю оставшуюся жизнь весь мир будет жадно следить за ней, однако она расстроилась, увидев среди любопытных и раскрасневшихся лиц несколько злобных. Один мужчина что-то выкрикнул; это прозвучало как оскорбление. Другой бросил в нее скомканный лист бумаги, который приземлился на дорожку. Джейн подняла его и пошла прочь, остро ощущая, что за ней следят. На листе были напечатаны грубые стихи, озаглавленные «Новая баллада о нашем повелителе». Щеки ее пылали, когда она читала, как они с Генрихом плескаются в собственном дерьме, изображая зверя о двух спинах, пока оболганная жена томится в Тауэре в ожидании смерти.

– Это ужасно! – прошептала Джейн, сминая листок. – Как они могли?

Только она вернулась в дом и показала матери стишки, как снова зазвонил звонок. Джейн вздохнула с облегчением, увидев Кэри и Брайана; они пришли поинтересоваться, как она устроилась, и спросить о ее здоровье. Следом за ними – к изумлению Джейн – явился господин секретарь Кромвель с сэром Уильямом Фицуильямом, оба расточали улыбки и были сама учтивость.

– Мы хотели засвидетельствовать свое почтение, – сказали они.

Джейн пригласила их войти, и они с удовольствием угостились закусками.

– Наверное, это была трудная неделя для вас, госпожа Сеймур, – сказал Кромвель.

– Да, – призналась Джейн.

– Для нас, членов Тайного совета, которые разбирали дела этих изменников, она была не менее печальной, – со страдальческим видом добавил Фицуильям. – К счастью, правосудие свершилось и скоро приговор приведут в исполнение. А потом мы все сможем спокойно смотреть в будущее.

– Аминь. Да будет так, сэр, – согласилась с ним Джейн.

– Я понимаю, что лорд и леди Эксетер уже побывали здесь, – как бы невзначай заметил Кромвель.

– Да. Они были очень добры ко мне.

Господин секретарь с улыбкой закивал головой:

– А как могло быть иначе? В вас столько хорошего. Скажите, они поддерживают контакты с леди Марией?

В голове Джейн раздался тревожный звоночек.

– Они упомянули ее мимоходом. Заметили, что она должна чувствовать себя отмщенной, узнав о приговоре, – ответила Джейн и с опаской подумала: «Правильно ли я сделала, что сказала им об этом?»

– Вполне возможно, так оно и есть, – заметил Кромвель, продолжая улыбаться.

– Господин секретарь, – обратилась к нему Джейн, – вот это бросили в меня, когда я утром прогуливалась в парке. – Она протянула ему листок с похабными виршами.