Плохое влияние - Хлоя Уоллес

несовершеннолетний, и у него нет официального жилья, а Диего

получает минимальную зарплату, которой не хватит, чтобы его содержать. — я смотрю на

Диего, и он отвечает мне взглядом с жестом, похожим на улыбку.

— Чтобы решить этот вопрос, Диего и я договорились, что я стану законным опекуном

Саймона до его шестнадцатилетия, что даст Диего достаточно времени, чтобы накопить

деньги, а пока они оба будут жить в этом доме.

Риз подскакивает от радости, встает с кресла и обнимает своего отца.

— Это потрясающе! — потом она обнимает Диего и Саймона. — Я буду так счастлива, что

вы будете здесь, я всегда мечтала о братьях.

Диего смеется.

— Никогда не думал, что скажу это, но будет приятно жить с Расселами.

— Мы будем братьями, Риз? — спрашивает маленький Саймон с улыбкой.

— Конечно.

— Тогда Брюс будет моим папой! — восклицает, вставая и обнимая его. — Я всегда хотел

иметь папу.

Брюс смеется и обнимает его в ответ.

Я глубоко вздыхаю, наблюдая за этой сценой. Черт возьми, как же я рад, что Саймон

успел почувствовать, что у него есть семья в детстве. Он пережил много трудностей, и он

заслуживает этого, всего лучшего. Не все из нас имели привилегию почувствовать это.

Я хлопаю Диего по плечу. Он всегда был моим братом, и ничего не изменит этого, даже

если он будет жить здесь, а я — нет.

Я смотрю на Брюса. Он счастлив. Похоже, впервые за долгое время. Может быть, он

действительно делает одолжение Диего и Саймону, не знаю, то ли из-за того, что

чувствует вину за то, что они вынуждены были пройти через трудности, потому что не

уделял больше внимания вопросам с воспитательной колонией, или, может, у него просто

есть деньги и не на что их потратить, но факт того, что ему предстоит заботиться о

маленьком ребенке, будет для него большим плюсом. Он слишком одинокий человек, а

ребенок требует много внимания. Это приведет к тому, что он будет проводить время с

Саймоном, и, возможно, станет немного более открытым.

— Какая еще новость? — спрашивает Риз, снова садясь на место.

Я уверена, что она не сможет перебить это.

— Другая новость: я собираюсь оставить работу директора школы, как только ты

закончишь учебу. Учебное заведение останется моим, но я уже не буду работать там, а

буду тратить больше времени на организацию исправительного учреждения и на то, чтобы все было в идеальном состоянии. Люди, которые работали там, были уволены, после того как я узнал о условиях, в которых жили дети, и я нанял временный персонал, которого теперь нужно интервьюировать и нанять на постоянной основе. Возможно, мне

потребуется еще несколько человек.

— Эрос мог бы работать там. — бурчит Риз.

Я быстро поворачиваюсь и смотрю на сумасшедшую Расселл, услышав, как она

произносит мое имя.

Ее отец хмурится.

— Теперь, когда мы узнали, что Джастин и Ариадна — это тот анонимный человек, Эросу

придется искать новую работу. Что может быть лучше, чем работать в месте, где он

вырос? Он точно будет знать, что делать, — говорит она, оглядывая меня боковым

взглядом с циничной улыбкой на лице.

Брюс смотрит на меня так, как будто мы оба заранее спланировали все это, до того, как

он рассказал новость. Что невозможно, ведь мы этого не знали.

— Не такая уж и плохая идея, но возможно, Эрос будет занят в будущем.

— Да, точно, у меня будет куча пыли, которую нужно кормить в комнате, которую я сниму

на свою зарплату бармена в ночном клубе, — говорю я, поднимая взгляд, чтобы

посмотреть ему прямо в глаза. Почти вызывающе.

Этот разговор выходит из-под контроля. Сначала Риз, с которой я не общаюсь с

вчерашнего дня, решает устроить меня на работу в место, откуда я всю свою жизнь

пытался сбежать, а затем ее отец меня отвергает. Не знаю, обижает ли это меня или, наоборот, радует.

— Почему ты так говоришь? — спрашивает Риз у отца.

— Университет, который предложил спортивную стипендию, узнал, что Джастин сделал, чтобы её получить, и решил забрать стипендию и предложить её тебе, Эрос. Если ты

восстановишь подвижность плеча и руки в полном объеме.

Риз открывает рот от удивления.

Диего встает, громко смеясь, и обнимает меня.

— Поздравляю, брат, ты это заслужил!

— Я не хочу её. — бормочу, как только Диего отпускает меня. Не позволяя остальным

слишком радоваться.

— Что ты говоришь, Эрос? — спрашивает Риз, немного раздраженная.

— Я не хочу эту чёртову стипендию, покрытую моей собственной кровью. Если бы

Джастин решил выстрелить в другого игрока, её бы предложили ему. А если бы он никого

не застрелил, стипендия все равно осталась бы у Джастина. Так что я её не хочу.

— Успокойся, парень. Мне сказали, что ты хороший игрок, и что ты был наравне с

Джастином. Стипендию дали ему, потому что ты изменил ход игры, но благодаря этому

ваша команда отыграла очки. Стипендию тебе дают, потому что ты её заслужил.

— Откуда мне знать, что это правда? — спрашиваю я с сомнением. Если это правда, у

меня нет ни малейшего желания отказываться от стипендии. Я хочу хорошего будущего, а

это включало бы и одобрение Брюса, чтобы я мог встречаться с Риз. Или, точнее, жениться на ней. В общем, стипендия — это лучшее, что может со мной случиться.

— Можешь спросить их сами. У тебя уже назначено интервью, как только ты пройдешь

медицинский осмотр. Поздравляю, Дуглас, — говорит Брюс, вставая с кресла. — Теперь

мне нужно идти. Свободна вакансия директора, а людей хватает.

— Спасибо, Брюс, — тихо говорю, кивая головой. — Надеюсь, ты вернешься с еще

хорошими новостями.

— Никогда не бывает достаточно, — бормочет он с нотками радости, прежде чем выйти

из столовой. Потом он снова заглядывает. — Кстати, я снял камеры, так что приватность

снова вернулась в особняк Расселлов.

Я бросаю быстрый взгляд на Риз, но она не обращает на меня внимания.

Когда Брюс окончательно уходит, Диего издает крик восторга.

— Мой чёртов брат будет в университете! Так держать, черт возьми! — восклицает он, толкая меня в плечо здоровой рукой.

— Ты, придурок, знаешь, что я не могу защищаться?

— Кто бы мог подумать, что легенда станет таким уважаемым человеком? Ты будешь

богатым, сукин сын!

Я смеюсь.

— Говорит тот, кто будет жить бесплатно в особняке Расселлов...

— Помнишь, у тебя всё ещё есть нерабочая рука? — спрашивает Диего, делая позы для

бокса и пытаясь ударить меня. — Теперь я могу дать тебе по морде.

— Я бы победил тебя с одной рукой. — отвечаю я, немного прикидываясь, избегая его

ударов в воздухе.