Я рожу тебе детей - Ева Ночь

— К вашему сожалению, а на мое счастье, Лерочка ответила мне благосклонностью, — шагнул навстречу Поэту Олег, — думаю, впредь вам не стоит навещать Лерочку, завидев свет в окне. Сегодня я вежлив и благосклонен. А завтра могу таковым не быть. В гневе я ужасен. К тому же, у меня хорошо поставленный хук слева. Я левша, да.

Он поднял букет, отряхнул его от дождевых капель и всучил Поэту в руки.

— Всего хорошего, Вениамин. Будьте счастливы.

— А как же… а куда же… — заблеял Веня, беспомощно разглядывая букет в своих руках.

— Осчастливьте какую-нибудь девушку. Думаю, под дождем найдется грустная и одинокая. Она обрадуется цветам. А может, и вам.

Олег теснил Поэта к дверям. Тот послушно пятился. Видимо, помнил про хук слева. Поглядывал с опаской. На пороге он споткнулся и чуть не упал. Олегу пришлось его по-дружески поддержать. Но уже за закрытой дверью раздался грохот. Вероятно, Поэт все же растянулся с горя.

Лерочка беззвучно хохотала и махала в лицо ладошками.

— Мне конец, — прошептала она так тихо, что Олег еле ее услышал.

Можно подумать, их тут кто-то услышит.

— Веня — юный мститель? — поинтересовался он для проформы. На самом деле, Поэт Змееву был не интересен, он уже мысленно вычеркнул его из Лерочкиной жизни и поставил зеленую галочку.

— Его папа — большая шишка и старый мститель. Мой постоянный клиент. Мечтает пристроить сына в хорошие женские руки.

— Он же стихами замучает. Нет ничего хуже доморощенных поэтов, что рифмуют кровь и любовь. Впрочем, я не знаток. Иногда и кровь-любовь звучат красиво.

— Веня — музыкант. А стихи — так, — безнадежно махнула рукой Лерочка. — Пойдем ужинать. Я тоже целый день только на кофе.

— Сидишь на диетах? — снова смерил ее глазами Змеев.

— Сижу, — из уст Лерочки признание звучало трогательно. Она не походила на жертву вечного голодания. — До недавнего времени я была колобком. С год назад решила, что пора с этим кончать, потому что… в общем, мне вес не особо мешал, но я привыкла ставить цели и достигать их. К тому же, подруга попросила помочь. Вместе веселее. Мне несложно и нужно, ей дополнительный стимул.

Подруга — ключевое слово, — подумал Змеев. Скорее, это было за компанию, чтобы подружку поддержать, чем цель и ее достижение. И, хоть от смены слагаемых сумма не изменяется, в данном случае очередность расставляла правильные акценты.

— Как подруга, похудела? — спросил он все же, чтобы кое-что для себя прояснить.

— Похудела, — смеется беззаботно Лерочка, — снова поправилась и опять похудела. У нее, как в море: прилив сил — худеем. Отлив — впадаем в тоску. Без стимула не может. Из-за этого и страдает.

— А ты? — задал вопрос, зная заранее ответ. Такое чувство, будто знает эту девчонку давным-давно.

— А я держусь, у меня характер, как говорит папа.

Хороший у нее характер. Контактный. С такими людьми всегда легко. Хоть в горы идти, хоть в клубах отплясывать. Всегда поддержит, не бросит, поможет.

Змеев был убежден в этом на триста процентов. Он сам удивлялся этой уверенности, что поселилась в нем буквально за несколько часов общения.

И ведь ни о чем таком они не разговаривали, не делились личным. Больше спорили да ручку друг у друга из рук вырывали.

Олег не знал, что чувствовала при этом Лерочка, а он — удовольствие.

Казалось бы: маленький телесный контакт, на который в обычной жизни внимания не обращаешь. Сколько приходится по работе касаться кого-то? Пожимать руки при встрече, соприкасаться пальцами при передаче документов или чашки кофе. Воспринимается нормально, а точнее, вообще на этом внимание не концентрируется.

А тут… по-другому. Может, потому что он уже решил, что Лерочка — его женщина?.. Но не обязательно же ко всем женщинам, которые тебе понравились, ощущать трепет и… черт знает что еще. К Лерочке он ощущал.

Что-то подобное с ним творилось в школе, когда он, будто случайно, специально задевал понравившуюся ему Аллу Захарову. Затаивал дыхание. Сердце из груди выскакивало, внутри завязывался узел восторга.

Да, ему не четырнадцать, как тогда. И ощущения несколько иные, но схожесть прослеживалась, а поэтому Олег с явным удовольствием пользовался преимуществом силы, и его навороченная ручка легко переходила из Лерочкиных пальцев в его.

Он следил, как она убирает рабочее место — вроде бы автоматически, но с любовью. Как расставляет в органайзере остро отточенные карандаши — они тоже в ход шли, пока они трудились в поте лица.

Олегу вовсе не нужна была эта возня с блокнотом. Есть ведь типичные договора, куда можно внести правки. Но сам процесс… завораживал. А совместно проведенное время он не считал пустым.

Ему нужно было девочку расположить к себе. Приручить. И это занятие его увлекло. Заставило на время забыть, зачем он на самом деле сюда приехал.

Интересно, она захочет переехать?

Но он не собирался об этом спрашивать. Даже если не захочет — он заставит. По сути, у нее уже нет выбора, если у него все получится так, как он задумал.

Глава 10

Лерочка

— У тебя тут мужчинка валялся. Я его экспроприировала, ты не против? — потомственная ведьма Светлана, наверное, караулила, пока мы из дверей выйдем.

— Я буду только «за», — положила я руку на сердце, — если ты перенаправишь его внимание в другую сторону.

— Ок, без проблем! — махнула рукой Светлана и бодро потрусила в сторону своего кабинета.

Змеев проводил ее долгим взглядом.

— Та самая подруга? — оценил он Светланин тыл. У нее он… примечательный, да. Бедра пышные, талия тонкая, грудь высокая. В плечах она тоже слегка великовата, но ее это не портит, а придает некоего шарма. А белые волосы выгодно контрастируют с абсолютно черными глазами. Эффектная внешность.

— Нет, — покачала я головой. — Тут мы больше дружим «домиками». Ходим друг к другу в гости, когда есть свободная минутка, пьем чай или кофе — под настроение. У меня на самом деле, много разных подруг, — немножко слукавила я, потому что на самом деле подруга у меня одна — самая лучшая и неизменная. Мы с ней много чего пережили вместе. Остальные больше в категорию хороших приятельниц входят или знакомых.

— Не конкуренты? — ведет Змеев меня решительно на выход, слегка поддерживая за локоть.

Ему, наверное, не совсем удобно идти. У него шаг широкий — я наблюдала, как он вышагивал по моему кабинету. А я по сравнению с ним совсем Дюймовочка. Но он как-то подстраивается под меня, я не чувствую дискомфорта, да и в нем