Измена. Вернуть жену - Анна Гур

— Вот ты рисковая, Юля... Ну и что? Что он сказал?

Хороший вопрос. То, что он сказал, мне еще предстоит обдумать и постараться хоть как-то осознать, но коллегам я, конечно, этого не скажу, поэтому ободряюще улыбаюсь и заставляю себя выговорить:

— Он намерен оставить вас и не увольнять.

Эти слова вызывают вспышку радости. Улюлюканья и крики.

— Это же бомба-новость, Юльчик! Ты у нас огонь-баба. А скажи, этот Юсупов, он красивый?

Входит в раж Оля и начинает наматывать длинный локон на палец.

— Ты женщина замужняя, Оля, — одергиваю веселую пухляшку, — поэтому не советую заглядываться в его сторону.

— Да нет. Я мужа люблю! - выговаривает, и щеки алеют. Он у меня такой затейник… просто интересно на этого миллиардера посмотреть, по фоткам в интернете он просто огонь-мужик.

Вздыхаю. Единственный совет, который актуален с Юсуповым, — это держаться от него подальше и не подходить и на пушечный выстрел.

Поэтому я просто ухожу по-английски, ни с кем не прощаясь.

Мне нужно подумать.

Мне нужно понять, в какую именно яму летит моя налаженная жизнь.

Глава 4

Сотрудники настолько заняты обсуждением новых новостей, что никто не понимает, что я ухожу, а я иду на парковку, дрожащими руками копошусь в сумке, чтобы найти ключи от своей машины.

— Черт возьми, ну где же они?! — почти рычу в отчаянии, и моя сумочка летит на пол, рассыпая все свое содержимое, сажусь на корточки и начинаю все подбирать, замечаю наконец свои ключи, но их неожиданно подбирает кто-то другой.

Мой взгляд сначала фиксирует начищенные до зеркального блеска дорогущие туфли, в которых я вижу свое взвинченное отражение, затем брюки, и я медленно выпрямляюсь, чтобы увидеть

Игната.

— Ты меня преследуешь, Юсупов?! Мне казалось, мы попрощались на сегодня!

Мой бывший не отвечает, просто смотрит в мое лицо. Холодный и бездушный киборг.

Боже, как же я его ненавижу!

Протягиваю руку.

— Верни ключи от моей машины, пожалуйста! — заставляю себя быть вежливой, потому что с

Игнатом не получится в приказном тоне разговаривать.

Поворачивает голову и смотрит на мой седан, который я ласково про себя называю “Белесиком”.

— Эту колымагу ты называешь машиной? — спрашивает иронично, а у меня в венах кровь кипеть начинает.

— На что заработала — то и вожу, - отвечаю резко.

— Плохо работала, продешевила, - выговаривает как-то ядовито и мне в его словах другое мерещится, словно он про деньги сейчас говорит.

— Верни, пожалуйста, ключи, - от нервного напряжения у меня уже голос дрожать начинает, истерика подступает к горлу, я хочу побыстрее оказаться в салоне своей машины, отъехать и..

разрыдаться.

Юсупов вновь фокусирует на мне свои яркие золотистые очи, когда-то я с трепетом заглядывала в эти глубины, и мне казалось, что смотрю в глаза хищника, который для меня стал ручным. Но приручить такого, как Юсупов, как оказалось, невозможно, а я была наивной дурехой, и этот самый хищник своими когтями прошелся по моему сердцу, распоров его в клочья.

— В таком состоянии ты за руль не сядешь, — чеканит в ответ, а я отчего-то улыбаюсь, как последняя идиотка. Нервное, наверное. Смеяться начинаю, а затем также резко замолкаю.

— 0. я тебе настолько нужна, что господин Юсупов волнуется о сохранности моей тушки?! Так приперло, да, Игнат?! Или боишься, что я из страны уеду в какую-нибудь глухомань, где даже с твоими деньгами человека найти невозможно?!

Игнат сжимает зубы, вижу, как желваки на щеках дергаются. Явно он не так спокоен, как кажется, но тем и странно, что мужчина сдерживается, хотя явно общение со мной не добавляет ему радости, так же, как и мне.

— Верни мне ключи, — выговариваю четко и рукой нервно веду, чтобы, наконец, получить свое обратно, - мы договорились, я не убегу, а сейчас я хочу домой. Ты ведь дал мне время на

“подумать и свыкнуться".. или опять слово не сдержишь?!

— Садись, довезу, — снова чеканит резко и жмет на кнопку, машина издает характерный звук разблокировки.

— Не поеду с тобой! Верни мои ключи и дай мне спокойно уехать — шиплю уже, но Игнат меня не слушает, резко хватает за локоть и тащит за собой, обходит машину, распахивает дверь.

И уже в следующую секунду я лечу на пассажирское сиденье, неудобная узкая юбка от этого резкого движения задирается, оголяя кромку моих чулок, и, кажется, я перед Юсуповым свечу своим кружевным бельем.

На мгновение мужчина замирает, явно замечая все то сексуальное непотребство, которое на мне надето под строгим костюмом, а я вздрагиваю, но уже в следующую секунду он цепляет мои ноги за щиколотки и закидывает в салон, захлопывает дверь с диким грохотом, заставляющим меня вздрогнуть и быстро, инстинктивно одернуть юбку.

Все происходит настолько стремительно, что я даже пикнуть не успеваю, как Юсупов садится на водительское сиденье моего седана и блокирует двери.

Я даже дернуться к ручке, чтобы выскользнуть из машины, не успеваю. Мой бывший муж действует на опережение, пресекая мельчайшую попытку сопротивления прямо в зародыше.

В этом весь Игнат. Прет, как бульдозер, и равняет с землей все, к чему прикасается.

— Юсупов, прекрати! Ты не имеешь права заваливаться ко мне в машину, отнимать у меня ключи... это вообще сейчас на похищение тянет!

Мой голос звенит от напряжения, но мои слова не вызывают у Игната никакой реакции, разве что бросает на меня какой-то странный взгляд, тягучий, темный, как самая беспросветная ночь, от которого у меня вновь холодок проскальзывает по спине, будто предупреждение не выводить зверя из себя. Делаю глубокий вдох, и до рецепторов вновь добирается запах Игната. Остро-холодный, цитрус со льдом с примесью сандала и мускуса.

ЕГО запах, забытый мной и все же немного другой… и этот аромат. он будоражит, проходится по самому сердцу, по ранам, который не зарубцевались.

Сразу же салон моего автомобиля сужается до микроскопического, учитывая габариты мужчины, который изучает мою машину и начинает совершенно по-хамски настраивать сиденье под себя, сначала проверяя вторую кнопку памяти и замечая, что там нет никаких установок, потому что никто мою машину, кроме меня, не водил!

И вот спустя пару минут манипуляций Юсупов заставляет умную программу запомнить свои установки, а я будто в себя прихожу и цежу:

— Какого черта ты делаешь?!

Бросает на меня косой взгляд и отвечает лаконично:

— Пристегнись.

— И не подумаю! — артачусь,