P.S. I Miss You. Я по тебе скучаю - Уинтер Реншоу

– Полагаю, сегодня вечером мы оба намерены сделать исключение, верно? – спрашивает она, едва ли не раскачиваясь взад-вперед и выдавая игривую полуулыбку.

– Саттер, – представляюсь я.

– Миган. – Она делает маленький глоток пива, ни на секунду не сводя с меня взгляда.

– Ты пришла сюда с Раджем и Налой, верно?

– Верно. Мы с Налой работаем вместе. В прошлые выходные я притащила ее на вечеринку, а теперь оказываю ей ответную услугу, – говорит Миган. – Не то чтобы ей пришлось тащить меня сюда…

– Извини. По крайней мере, она могла бы привести тебя туда, где посторонние мужчины не будут бесстыдно заигрывать с тобой.

– Это сейчас и происходит? – спрашивает она.

– А что же еще? – Я подцепляю пальцами отклеившийся уголок этикетки на своей бутылке с пивом, но продолжаю смотреть на девушку.

Я говорю серьезно. Миган привлекательна – в смысле, интересна и не похожа на пластиковую куклу, она выглядит достаточно умной, чтобы поддерживать разговор. И конечно же она понимает, что, когда мужчина подходит к ней и предлагает выпивку, это все равно, как если бы он сказал: «Ты горячая штучка. Давай выпьем, а потом развлечемся в свое удовольствие». И если бы она не была настроена точно так же, она не стояла бы здесь и не разговаривала бы со мной.

Входная дверь отворяется, и я подаюсь вперед, чтобы бросить взгляд через гостиную в прихожую. Конечно же там стоит Мелроуз, обводя взглядом дом, полный посторонних людей. Но это сбивает ее с толку лишь на несколько секунд, после чего она направляется в кухню и берет из шкафчика бутылку вина, срывает с нее собственное «объявление», а потом достает из ящика стола штопор.

– Это красное «Москато»? – спрашивает Миган, указывая на бутылку. Она стоит так близко ко мне, что мы практически соприкасаемся плечами, но, похоже, теперь мне придется сражаться за ее внимание против бутылки вина. И что девушки находят в этих слабеньких десертных винах?

«Пьют всякое дерьмо, да еще и восхищаются».

– Да. Хочешь? – Мелроуз поворачивается к ней и приподнимает бровь.

– Было бы неплохо. – Миган ставит бутылку с пивом на стойку, отходит к кухонным шкафчикам и по очереди открывает их, пока не находит бокалы, о существовании которых я даже не подозревал. Должно быть, их привезла Мелроуз. – Это мило с твоей стороны. Спасибо.

Девушки разливают вино по бокалам и чокаются ими, прежде чем начать прихлебывать напиток мелкими глотками – осторожно, чтобы не размазать помаду.

– Тяжелый был день? – спрашиваю я у Мелроуз.

– Да. – Она выдыхает, прислоняется к стойке, легонько постукивая розовыми наманикюренными ногтями по бокалу, который держит в другой руке.

– Тебе, вероятно, надо расслабиться и отдохнуть, – говорю я, указывая глазами в потолок – ее комната находится прямо над нами.

– А что я, по-твоему, прямо сейчас делаю? – спрашивает она, отпивая большой глоток. Ее синие глаза сверкают. Она точно знает, что она делает.

– А кем ты работаешь? – спрашивает Миган. Вот только спрашивает она не у меня… а у Мелроуз.

Мне это выносит мозг – какого черта Мелроуз интересует ее больше, чем я? Если это и дальше продолжится в том же духе, мне скоро придется поднимать с пола свою челюсть.

– Я актриса, – отвечает Мелроуз со скромной улыбкой, как на заказ. Я гадаю, долго ли она репетировала эту улыбку.

– Вот мне и показалось, что ты выглядишь как-то знакомо! – Лицо Миган озаряется. – Я видела тебя в каком-то… я точно знаю, что видела.

Мелроуз перечисляет свои роли, и Миган кивает, подскакивая на месте.

– Да, да, вот эта роль! – восклицает она. – С ума сойти! Ты просто хоть и не слишком известная, но знаменитость. Можно с тобой сфотографироваться?

Я зажмуриваюсь, чтобы не закатить глаза, и изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не замотать головой.

Все уважение, которое я питал к Миган… испарилось в последние двадцать три секунды.

Исчезло.

Бесследно и мгновенно.

Она была такой интригующей со своей смуглой кожей, экзотическими чертами лица, красиво очерченными губами и намеком на чувство юмора.

У меня были определенные надежды.

А теперь эти надежды исчезли – и все из-за этой штучки по имени Мелроуз Клейборн.

– Кто-нибудь тебе говорил, что ты похожа на Дженнифер Лоуренс? – щебечет Миган. – Но ты намного красивее.

Мелроуз отмахивается от ее слов.

– А, перестань.

– Тебя никогда не волновало, что люди могут спутать тебя с ней? – Миган делает еще глоток вина и подается ближе к Мелроуз. Меня все равно что нет, словно я невидимка, подслушивающий самый дурацкий разговор на моей памяти.

Мелроуз качает головой.

– Я еще не настолько знаменита. Пока я играю мелкие роли. Мое имя мало кому известно. Но что, если я когда-нибудь прославлюсь? Меня не беспокоит, что меня могут перепутать с ней. Мне кажется, мы достаточно разные.

– Мне нравится, что ты такая скромная. – Миган склоняет голову, словно в знак уважения к Мелроуз. Словно хочет прямо сейчас подружиться с нею. – И ты такая талантливая, боже! Когда-нибудь ты станешь знаменитой, я это знаю. Посмотри, у меня прямо мурашки по коже бегут!

Миган проводит кончиками пальцев по своему предплечью, словно в каком-то пафосном спектакле, и Мелроуз бросает на меня взгляд.

Что бы сейчас ни происходило, это просто неслыханно.

Девушки так не поступают.

Они дерутся, словно кошки, бросаются друг на друга, выпустив когти.

Они преследуют друг друга.

Они отпускают сомнительные комплименты.

Они не должны вот так становиться приятельницами.

– Ладно, хватит обо мне. А чем занимаешься ты? – спрашивает Мелроуз. Уголок ее губ приподнимается. Это не улыбка. Это усмешка. Она знает, что делает. Она знает, что я собирался подкатить к Миган, и теперь отбирает у меня ее внимание.

Должно быть, это месть за сорванное свидание с тем морщинистым хрычом. Да, отчасти я сделал это намеренно, поскольку это показалось мне идеальной частью моего замысла, но, если честно, я делал лишь то, что считал правильным. Мне плевать, кто что скажет, но седые, лысеющие мужики, разъезжающие на дорогих спорткарах и похожие на оплывших гоблинов, цепляют таких девушек, как Мелроуз, лишь потому, что у этих мужиков есть деньги. И такие девушки, как Мелроуз, нужны им только для одного – и мне плевать, что она скажет.

Это и вправду отвратительно.

Когда-нибудь она будет мне благодарна.

Когда-нибудь стадо актрисок станет, проливая слезы, рассказывать о том, как этот хрыч принуждал их к сексу, и тогда Мелроуз вспомнит этот вечер, вспомнит, как я спас ее от его сморщенного хрена и беззубого рта, и шепотом поблагодарит меня за это.