Бывшая жена. Научусь летать без тебя - Элли Лартер

Элли Лартер

Бывшая жена. Научусь летать без тебя

1 глава АГАТА

— Агата Александровна, ваш яблочный сок! — стюардесса почти с благоговением склоняется перед моим креслом.

— Спасибо, Мариночка, — киваю я с улыбкой и делаю первый глоток.

Капитан судна тем временем сообщает по громкой связи:

— Уважаемые пассажиры, наш самолет начинает снижение и через сорок пять минут приземлится в городе-курорте Сочи, в аэропорту имени Виталия Ивановича Севастьянова. Мы заканчиваем обслуживание, просим вас занять свои места и желаем вам приятного полета!

Все-таки есть определенные плюсы в том, чтобы быть президентом авиакомпании.

Последние три дня я провела в Стамбуле, налаживала связи с турецкими властями, чтобы организовать новые маршруты «BlueSky Voyages»: Анталья — Сочи и Анталья — Краснодар.

В результате, и по городу прогулялась, и традиционной турецкой кухни вволю наелась, и даже на пару экскурсий успела.

Мини-отпуск прямо внутри рабочей командировки!

А теперь мне еще и рейс поменяли на более ранний: я должна была вылетать в семнадцать ноль ноль, а вылетаю в пятнадцать тридцать пять.

Соответственно, дома буду на полтора часа раньше!

Да еще и у мужа сегодня выходной!

Ну не счастье ли?!

Я с удовольствием пью свой яблочный сок и смотрю в иллюминатор.

Наш самолет — мой, если уж честно! — постепенно снижается, погружаясь в густую пелену облаков. Кажется, что мы плывем в молочном море... Я практически выросла в небе, у меня и лицензия пилота есть, но к этому невозможно привыкнуть... Когда весь мир, как на ладони, такой маленький-маленький, такой разный, такой яркий и такой красивый...

Стюардессы проходят по салону, проверяя соблюдение правил перед посадкой: привести спинки кресел в вертикальное положение, убрать откидные столики, открыть шторки иллюминаторов...

Летим над Черным морем, постепенно снижаясь.

Уши, как обычно, немного закладывает.

Сколько бы я ни боролась с этим, сколько бы ни ходила по врачам, ни капала капли, ни рассасывала карамельки, — бесполезно. Такая уж физиология.

Наконец — приземляемся.

Руление.

Ожидание, пока подвезут телетрап.

Я одной из первых направляюсь к выходу из самолета.

Попрощаться со мной выходят даже пилоты — Иван и Максим. Ивана я одиннадцать лет назад лично собеседовала и принимала к нам на работу.

На стоянке аэропорта уже ждет такси.

Конечно, меня мог бы встретить муж, но я специально не стала сообщать ему, что приеду пораньше.

Пусть будет сюрприз!

От аэропорта до дома полчаса на автомобиле.

Любимый район встречает извилистыми улочками, первыми желтыми листьями и туристами, которые еще греются под теплым октябрьским солнцем... Купальный сезон в этом году продлили до середины месяца, кстати. Море еще довольно теплое. Вот только я в нем последний раз купалась лет двадцать назад: боюсь кишечных расстройств. То ли дело бассейн на территории нашего ЖК: гораздо безопаснее и не так многолюдно!

— Отличного дня! — желает мне таксист, когда я выхожу из машины.

— Вам тоже! Спасибо, до свидания!

Попрощавшись, шагаю на территорию ЖК, прижимаю домофонный ключ к панельке и попадаю внутрь.

Там мне сразу улыбается консьержка:

— Агаточка, а вот и ты!

— Здрасьте, тетя Маша! — киваю я и протягиваю ей рахат-лукум: — Вот вам подарочек из Турции!

— Миленькая, ну ты чего... — причитает женщина.

— Берите-берите, — настаиваю я и, пока она не всунула мне этот рахат-лукум обратно, ныряю в лифт.

Добравшись до квартиры, осторожно поворачиваю ключ, распахиваю дверь, переступаю порог и... сразу спотыкаюсь носками своих туфель о незнакомую пару женской обуви...

2 глава

Свет в прихожей включить не успеваю, но в голове уже пролетает мысль: что это такое и откуда это здесь?!

Спотыкаюсь я, видимо, громко.

Да еще и непроизвольное «ой!» выдаю.

Плюс связка ключей гремит.

В общем, уже через пять секунд мне навстречу вылетает муж:

— Агата!

— Привет, — говорю я растерянно, замечая в полумраке прихожей, что лоб у Ромы как будто бы поблескивает испариной.

— Ты почему так рано?!

— Прилетела предыдущим рейсом, — послушно объясняюсь я. — Кто-то в последний момент снялся, и мне предложили место.

— Понятно, понятно! Ну... я очень рад! — он притягивает меня к себе, и я даже сообразить ничего не успеваю. Ромин поцелуй — формальный, поспешный, как будто смазанный, — не дает мне расслабиться.

— Странный какой-то аромат... — морщусь я и тяну носом.

Как будто какой-то женский парфюм.

— Да, это курьер приезжала, девушка, — сразу рапортует Рома. — Я купил нам твои любимые роллы, красную икру и даже устрицы! Идем, покажу!

— Да мне бы в душ для начала... — говорю я растерянно, но он не слушает и тянет меня за собой.

В столовой и правда все, что он перечислил, и даже больше.

Вот только часть пластиковых контейнеров уже открыта, часть деликатесов уже съедена.

— Прости, не удержался, — Рома пожимает плечами.

— Ну да, — киваю я и поджимаю губы.

На столе стоит две тарелки: одна — мужа, уже использованная, вторая, видимо, моя. Вот только и на ней уже явно что-то лежало... интересно.

— Будешь что-нибудь?! — спрашивает Рома. — Давай сделаю тебе бутерброд с творожным сыром и икрой?!

— Можно. Но сначала я все-таки в ванную комнату...

— Что, так вспотела?!

— При чем здесь это?! — удивляюсь искренне. — Я ведь только из аэропортов и самолета. Пыль, вирусы, бактерии и все такое. Гигиена элементарная. Сам знаешь, я предпочитаю первым делом помыться и переодеться, а потом уже есть...

— Ну да, верно, — Рома кивает, но все равно почему-то протягивает мне наскоро сделанный на багете бутерброд с творожным сыром и икрой: — На вот один, скушай... Потом пойдешь.

— У меня руки грязные, — качаю я головой.

— Тогда открой рот и... ам! Вот, умница!

Чувствуя себя какой-то безрукой и безвольной идиоткой, я жую бутерброд с икрой, который он почти насильно всунул мне в рот.

Через минуту он говорит:

— Ну вот, теперь в обморок от голода не упадешь, можно и в душ!

— Ага, — говорю я рассеянно и, послушно повернувшись к нему спиной, выхожу из столовой.

Вот только иду первым делом не в ванную комнату, а обратно в прихожую.

Незнакомая пара женской обуви исчезла.

Точнее, на ее месте появилась другая, вполне себе знакомая, моя: летние сандалии цвета слоновой кости с серебристыми ставками.

Вот только я точно помню, что натыкалась не на них!

И эта его испарина на лбу, и аромат чужого парфюма, и две грязные тарелки, и странное поведение...

Выглядит так, как будто в нашем доме в мое отсутствие