Стратегии выдающихся личностей - Валентин Бадрак

Игнорирование неудач характерно для сильных людей, идущих по избранному пути. Некоторым из них удавалось не терять чувства юмора в сложнейших ситуациях. Когда Антон Чехов пробивал себе дорогу в литературу, ему довелось бороться не только с дикой бедностью, взирающей на молодого искателя счастья, как продавщица ювелирных изделий на случайно оказавшегося рядом босяка, но и с издевательствами редакторов. Вот какие ответы получал будущий мастер пера: «Не расцвев, увядаете. Очень жаль», «Очень длинно и бесцветно, нечто вроде белой бумажной ленты, китайцем изо рта вытянутой». Вереница таких ответов тянулась к Чехову из разных изданий, но он не унывал, а продолжал оттачивать слог.

Роберт Киосаки, автор вызывающе амбициозной и столько же популярной книги «Квадрант денежного потока», рассказывает, как однажды вместе с женой оказался за бортом жизни, будучи безработным и малоперспективным. И что же? Позитивный настрой, уверенность и решительное отвержение неудачи позволило им нелинейно подойти к решению возникшей жизненной проблемы. Уже через четыре года они стали миллионерами. А еще через пять – инвесторами, «материально свободными». Такими людьми, что «уже никогда не должны были работать снова для обеспечения» жизни.

Игнорирование неудач у выдающихся личностей отменно корреспондируется с одним из часто упоминаемых принципов НЛП: если невозможно прийти к цели одним путем, следуйте к ней другим. «Если игра не складывается, первым делом отступите, – советует профессиональный игрок Джордж Сорос. – Не пытайтесь сразу же возместить свои убытки. А когда начнете новую игру, начните с малого». И не стоит полагать, что этот совет связан исключительно с бизнесом. Это правило, распространяющееся на все сферы жизни.

Правило восьмое

Готовность к активным действиям подобна одержимости. Активное использование формулы «Для достижения успеха все средства хороши!»

Победа любой ценой! Этот лозунг повсеместно использовался лидерами, которые в своем подавляющем большинстве представляли собой спайку эгоцентризма и презрения к миру, замешанной на вязком, качественном растворе воли.

Бернард Шоу, Карл Маркс, Марк Шагал, Пабло Пикассо, Рихард Вагнер, Владимир Набоков, Елена Блаватская, Коко Шанель и еще многие другие в критические времена были готовы воспользоваться ресурсами и силами ближайшего окружения. Их беззастенчивое оперирование чужими возможностями на пользу своим целям находилось в четкой согласованности с личной стратегией достижений, с намерением исполнить миссию любой ценой.

Александр Македонский, Юлий Цезарь, Клеопатра, Екатерина Вторая, Отто фон Бисмарк, Наполеон, Владимир Ульянов-Ленин, Александр Суворов, Франклин Рузвельт, Уинстон Черчилль, Георгий Жуков, Маргарет Тэтчер и еще многие другие центростремительные личности с откровенным презрением относились к проблемам масс, готовы были ради своих целей (или иных, прикрытых гигантоманией) ввергнуть в войны целые народы, приносить в жертву людские жизни ради даже небольшого преимущества в состязании с оппонентами. Чтобы понять психологию классически успешного политика или государственного деятеля, стоит внимательно прочитать и обдумать фразу, которая отражает суть американского президента Рузвельта; она отражает типологию. Вот что пишет об этом химерическом образе Артур Шлессинджер: «Чувство ненависти к Рузвельту отличалось от честной оппозиции, каким бы сильным и глубоким оно ни было. Это было эмоциональное чувство иррациональной ярости, направленное скорее против личности Рузвельта, чем против его программы».

Чтобы ясно представить себе победу любой ценой в действии, лучше всего воспользоваться опытом Джона Рокфеллера. Приверженность баптизму не помешала финансовому магнату использовать запутанные хитросплетения интриг, чтобы добиться максимальных прибылей. Хотя деньги находятся далеко в стороне от действительно великих идей, опыт мышления Рокфеллера в данном случае логично использовать в абстрактном понимании – в описанных ниже действиях отметить не штурм финансовых вершин, а широту арсенала средств для достижения поставленной цели. Так, однажды Джон Рокфеллер придумал, как с пользой для своего бизнеса воспользоваться конкуренцией между транспортными компаниями по перевозке нефти. Он добился такого соглашения сторон, чтобы обеспечивать заранее определенный объем перевозок по завышенным тарифам, получая от этого 50 % прибыли. Это гарантировало ему поступление дохода даже от тех перевозок, что осуществляли его конкуренты. Но стремление к полной победе его просто изводило: он профинансировал первую в стране сеть нефтепроводов, что окончательно вытеснило с рынка всех конкурентов. И это еще не все. Будучи верующим человеком, миллионер не гнушался грязных методов борьбы с конкурентами: он то снижал цены на локальном рынке конкурента, то прекращал поставки нефти непокорным переработчикам, то опутал рынок сетью промышленного шпионажа. Монополию Рокфеллера назвали «самой нечестной из всех, когда-либо существовавших». Но большой бизнес – это та же война.

Однако отношение к людям как к строительному материалу для своих идейных конструкций прослеживалось далеко не только у приверженцев применения силы или религиозных лидеров. И самые знаменитые творцы норовили использовать человеческие трагедии в своих прагматичных целях. Леонардо да Винчи с неподдельным интересом наблюдал за публичными казнями, стараясь как можно точнее уловить напряжение мышц, особенности мимики и душевных порывов смертников. А Лев Толстой с таким же намерением приходил в дом художника Василия Сурикова, жена которого медленно угасала от смертельной болезни. Он внимательнейшим образом следил за женщиной, стараясь каждый раз отметить новые, фатальные изменения в ее облике, зафиксировать все, что происходит на пути к предельной черте. Оба – и Леонардо, и Лев – являли собой образцы беспристрастности, художественного созерцательного спокойствия и пронизывающей наблюдательности.

Что же до Федора Достоевского, то, согласно Эфроимсону, «это был деспот, взрывчатый, неудержимый в своих страстях (картежных и аномально-сексуальных), беспредельно тщеславный, со стремлением к унижению окружающих…»

Правило девятое

Заботливое отношение к реальным знаниям, постоянное самоусовершенствование на фоне иронического восприятия формального образования и признанных авторитетов

Отвержение авторитетов для отважных наездников вовсе не означает отказ от самосовершенствования. Выдающиеся личности учились непрерывно, повсюду, ото всех, стараясь ежеминутно извлекать и оценивать смысл из жизненного опыта. И даже те из них, что в итоге прожили жизнь затворников-мыслителей, отдавали должное постоянному совершенствованию в избранной области.

Тот же Герберт Спенсер, несмотря на высказываемый сарказм в отношении формального образования и отказ от престижных официальных должностей в образовательной системе, тем не менее, очень уважительно относился к конкретным носителям знаний. До того как ученый усадил себя за работу над десятитомным эпохальным трудом «Системы синтетической философии», Спенсер не без пользы для своего мировоззрения общался с лучшими знатоками интересующих его предметов. Среди них были Льюис, Элиот, Гексли, Конт и многие другие.