Эволюция сексуального влечения. Стратегии поиска партнеров - Дэвид М. Басс

Другой принципиальный момент состоит в том, что у мужчин и женщин сексуальная ориентация имеет разную природу и траектории развития. Сексуальная ориентация мужчин, как правило, проявляется на раннем этапе развития и редко кардинально меняется со временем, а женская сексуальность, по всей видимости, более гибка и может претерпевать изменения в течение жизни. Например, сексуальная ориентация мужчин в целом распределена бимодально, т. е. большинство мужчин либо строгие гетеросексуалы, либо строгие гомосексуалы. Бисексуальных мужчин довольно мало. В отличие от этого распределение сексуальной ориентации у женщин в популяции гораздо плавнее — от строгой гетеросексуальности через целый ряд градаций до практически полного предпочтения партнеров того же пола.

Кроме того, у женщин смена ориентации происходит значительно чаще и легче, чем у мужчин, что свидетельствует о большей гибкости их сексуальности. Говорят, что в женских колледжах существует такое явление, как ЛДВ — «лесбиянка до выпуска». Актриса Энн Хеч несколько лет жила в однополых отношениях с комедианткой и актрисой Эллен Дедженерес. После того как они расстались, Хеч вышла замуж за мужчину и родила от него ребенка. Некоторые женщины в молодости выходят замуж, рожают детей, а в среднем возрасте переходят к лесбийской жизни. Хотя некоторые мужчины признаются в своей гомосексуальной ориентации после вступления в навязанный обществом брак с сексуально непривлекательным для них партнером, как правило, их первичная сексуальная ориентация определилась давно и фактически не меняется.

Разобраться в вариациях человеческой сексуальности становится проще, если помнить о том, что сексуальная ориентация это неоднозначное понятие и существуют важные отличия между сексуальным влечением, идентичностью и поведением. Кроме того, мы должны учитывать отсутствие единой теории, объясняющей разнообразие человеческой сексуальности, в том числе существование гомосексуальных мужчин, лесбиянок, бисексуалов, трансгендеров и асексуальных личностей, не говоря уже о глубоких индивидуальных различиях представителей этих групп. Происхождение и природу сексуальной ориентации мы рассмотрим более подробно в главах 2–4, сосредоточившись в первую очередь на требованиях к партнеру, сексуальной мотивации и предпочитаемых стратегиях поиска партнера.

Хотя стратегии поиска партнера, которыми мы пользуемся сегодня, являются результатом влияния естественного отбора на наших предков, современные условия жизни радикально отличаются от тех, в которых жили древние люди. Они добывали пищу путем охоты и собирательства, большинство наших современников едят в ресторанах или покупают продукты в магазинах. Современные городские жители реализуют свои стратегии поиска партнера на интернет-сайтах или в барах, а не в саванне. Тем не менее сексуальные стратегии, которыми когда-то пользовались наши предки, действуют все так же. Сформированная в процессе эволюции психология репродуктивного поведения никуда не девается в современном мире, потому что другой у нас просто нет.

Возьмем блюда, в огромных количествах потребляемые нами в заведениях фастфуда. У нас нет специфических адаптаций к бургерам или пицце, но в том, что мы едим, проявляются древние стратегии выживания, которые по-прежнему с нами[20]. Мы потребляем много жиров, сахаров, белков и соли в виде бургеров, шейков, картошки фри и пирогов. Фастфуд популярен именно из-за того, что предлагает нам эти пищевые компоненты в концентрированном виде. Это проявление наших пищевых предпочтений, которые выработались в прошлом, при недостатке питания. Однако сегодня мы переедаем из-за беспрецедентного изобилия, в котором живем, и древние стратегии выживания стали вредить нашему здоровью. Эволюция идет слишком медленно, чтобы успевать за радикальными переменами последних нескольких столетий, и мы продолжаем жить со вкусовыми предпочтениями, выработавшимися при совершенно других условиях. Хотя мы не можем повернуть время вспять и воочию увидеть, какими были эти условия, наши сегодняшние предпочтения, такие как боязнь змей и любовь к детям, дают кое-какое представление об этом. Мы носим с собой амуницию, созданную для древнего мира.

Наши эволюционные стратегии поиска партнера, так же как и стратегии выживания, сейчас могут быть в некотором смысле неадекватными с точки зрения выживания и воспроизводства. Например, рост риска заболеваний, передающихся половым путем, делает случайные связи более опасными, чем во времена предков. Возможность выбора из тысяч потенциальных партнеров в интернете порой парализует нашу способность найти «единственного». Только при глубоком понимании наших эволюционных сексуальных стратегий, их происхождения и условий, для которых они подходили, мы можем рассчитывать на успешный поиск партнера в обновленной среде.

Одно из внушительных преимуществ человека перед многими другими биологическими видами — это обширный и высокочувствительный к контексту набор стратегий поиска партнера. Возьмем, к примеру, проблему несчастливого брака и раздумий по поводу развода. Принятие такого решения зависит от множества сложных факторов, в том числе частоты конфликтов, верности партнера, давления родственников с обеих сторон, наличия детей, их возраста и потребностей, перспектив привлечения нового партнера. У людей выработались психологические адаптации, которые помогают рассматривать и взвешивать плюсы и минусы этих ключевых составляющих контекста.

Культурная среда также серьезно влияет на выбор определенных сексуальных стратегий из нашего обширного меню. В некоторых культурах существуют полигинные системы, где у мужчины может быть много жен. Другие культуры полиандричны, т. е. одна женщина может иметь двух или более мужей. Третьи моногамны — по крайней мере внешне — и сокращают число брачных партнеров как для мужчин, так и для женщин до одного. Есть также культуры, в которых распространены беспорядочные связи с частой сменой партнеров или открыто поощряется секс со множеством партнеров. Наши сексуальные стратегии очень чувствительны к этим общественным, законодательным и культурным особенностям. Например, в полигинных обществах родители очень боятся, что сыновья могут остаться без жены, в то время как другие мужчины имеют по несколько жен, и поэтому с юности приучают их добиваться статуса и ресурсов, необходимых для привлечения женщин[21]. В моногамных культурах давление родителей на сыновей гораздо меньше.

Еще одно важное обстоятельство — соотношение полов, или число свободных мужчин по отношению к числу свободных женщин. При переизбытке женщин, скажем, в племени парагвайских индейцев аче или в таких городских центрах, как Манхэттен, мужчины с меньшей охотой сохраняют отношения с единственной женщиной, предпочитая многочисленные кратковременные связи. Там же, где имеется переизбыток мужчин, например в современных китайских городах или в племени хиви в Венесуэле, правилом являются моногамные браки, а уровень разводов очень низок[22]. При изменении сексуальных стратегий мужчин должны меняться и стратегии женщин, и наоборот. Сексуальные стратегии существуют в сложном взаимодействии, зависящим в определенной мере от соотношения полов.