Эксперимент по намерению. Запустите сценарий счастливой жизни - Линн Мак-Таггарт

За семь недель до «схватки в джунглях» в Киншасе в 1974 году – встречи с чемпионом мира в тяжелом весе Джорджем Форманом – Мохаммед Али отрабатывал свои удары с полнейшим равнодушием, едва задевая напарника бессвязными тычками, словно бездумно раскачивая боксерскую грушу. Большую часть времени он просто лежал на канатах, позволяя напарнику атаковать себя со всех сторон.

В последние годы своей карьеры Али проводил значительную часть тренировок, учась принимать удары. Он изучал, как на миллиметр поворачивать голову за миг до удара или как внутренне отклонить его так, чтобы не чувствовать боли. Али не тренировал свое тело побеждать. Он тренировал свой разум не проигрывать, когда наваливается непреодолимая усталость, примерно на 12-м раунде, и большинство боксеров отступают [307]. Самая важная работа велась не на ринге, а в его кресле. Он проводил бой у себя в голове.

Али был мастером намерения. Он разработал набор ментальных навыков, которые в итоге изменили его поведение на ринге. Перед поединком Али использовал всевозможные техники самомотивации: самовнушение, визуализацию, умственную проработку, самоутверждение и, пожалуй, самую мощную сентенцию о собственной значимости из всех когда-либо произносившихся: «Я величайший».

Кроме того, Али делал публичные заявления о своих намерениях. Этот постоянный поток рифмованных куплетов и четверостиший, с виду таких безобидных, на самом деле представлял собой утверждение весьма конкретных намерений:

Перед поединком Али повторял эти простые стишки как мантру – журналистам, своему напарнику и даже на ринге, – пока сам не принимал их как факт.

Когда они встретились в Киншасе, Форман был на семь лет моложе Али и считался одним из самых свирепых боксеров на ринге. За пару месяцев до этой встречи он расправился с Кеном Нортоном всего за два раунда, нанеся пять сокрушающих ударов в голову.

Тем не менее, когда перед поединком репортеры заговаривали с Али о его невысоких шансах на победу, Мохаммед пересказывал по-своему историю боя между Нортоном и Форманом и повторял эту версию почти дословно каждому журналисту, бравшему у него интервью:

«У него тяжелый удар, но он не умеет бить в цель, – говорил Али, размахивая кулаком перед самым носом репортера. – Форман просто вколачивает людей в ринг. У него медленные удары, за целый год не долетят. Вы думаете, меня это должно заботить? Это будет величайшим крушением прогнозов в истории бокса» [308].

Намерение Али о «схватке в джунглях» осуществилось. И так же мастерски он использовал намерение, чтобы победить Джо Фрейзера на Филиппинах позже в том же году, пожалуй, в самой жестокой и поразительной схватке в истории бокса.

На этот раз он сделал куклу Вуду. Али превратил своего грозного противника в резиновую гориллу, которую таскал с собой в верхнем кармане и время от времени лупил перед камерами, приговаривая: «Будут страсти и мордасти, и крутые убивасти, когда я достану эту гориллу в Маниле». К тому моменту, когда Фрейзер поднялся на ринг, он уже был низведен в своем сознании ниже уровня человека.

Кроме таких вербализаций, Али выражал ментальные намерения, прорабатывая каждый момент схватки в голове: слабость у себя в ногах, пот, струящийся по телу, боль в почках, синяки на лице, вспышки фотокамер, выкрики зрителей, даже момент, когда судья поднимает его руку в знак победы в бою против Фрейзера. Али направлял на свое тело намерение выиграть, и оно исполняло полученные приказы.

Чтобы вывести намерение за пределы лаборатории, я начала просматривать данные о людях, успешно использовавших его в реальной жизни. Я хотела исследовать их техники, особые мыслительные процессы, происходящие, когда они направляют намерение, и выявить в их опыте некие инструменты, которые мы все могли бы использовать в собственной практике. К тому же мне было любопытно выяснить пределы их ментального охвата – насколько далеко эти люди могут «простирать» свое намерение.

Самые показательные примеры имелись в области спорта – это были не только величайшие атлеты всех времен и народов, но и просто добившиеся высоких результатов мужчины и женщины.

Любой тренер состязательных видов спорта в наши дни обязательно рекомендует тренировки по принципу мысленных проработок, которые считаются именно тем, что отделяет элитного спортсмена от игрока второго разряда. Например, футболисты национального уровня чаще применяют мысленные образы, чем провинциальные игроки [309]. Практически все олимпийские спортсмены Канады применяют мысленную практику.

Психолог Аллан Пайвио, заслуженный профессор Университета Западного Онтарио, первым предположил, что мозг использует «двойное кодирование» для одновременной проработки вербальной и невербальной информации [310]. Мысленная тренировка, как было доказано, результативна не менее физической при отработке движений и скорости [311]. Модель, созданная Пайвио, широко применяется в атлетическом мире для развития мотивации, усвоения и улучшения определенных навыков [312]. Методики, используемые в мысленных проработках, хорошо изучены и описаны в научной литературе и популярных статьях [313]. Их надежность получила признание в 1990 году, когда Национальная академия наук США сделала обзор всех научных исследований этих методов и подтвердила их эффективность [314].