Проект Счастье. Мечты. План. Новая жизнь - Гретхен Крафт Рубин

Тут Элеонора подняла крик: «Мама! Мама!» — и я бросилась ей на выручку. Оказалось, что необходимо поменять подгузник. В поисках свежего подгузника я обнаружила, что в доме осталась единственная детская влажная салфетка. Пришлось использовать ее, экономя каждый дюйм. Едва я сменила подгузник, появилась Элиза, все еще в ночной рубашке — своей любимой, с узором из вишенок.

— Уже 7.18, а я еще не завтракала! — недовольно захныкала она. Элиза очень не любит опаздывать. Вообще-то она и вовремя приходить не любит, ей нравится прийти пораньше. — К 7.20 мне уже надо поесть и быть одетой! Мы опоздаем!

Запела ли я ободряющую песенку? Может быть, я весело рассмеялась, чтобы ее успокоить? Или пробормотала: «Не волнуйся, дорогая, у нас еще есть время»?

Нет. Я сердито буркнула:

— Подожди минутку!

Она понурилась и начала всхлипывать.

Мне потребовалось собрать всю силу воли, чтобы не заорать. Но, когда миновал этот неприятный момент, я все-таки сумела сдержаться. Я поспешно обняла Элизу и сказала:

— Иди одеваться. А я пока приготовлю завтрак. До начала уроков у нас еще много времени.

«Приготовлю завтрак» в данном случае означало намазывание орехового масла на тост.

Времени у нас действительно было еще много. После того как я начиная с января взяла за правило наводить порядок вечером, по утрам у нас возник некоторый резерв времени. Несмотря на суету, нам удалось выйти из дома вовремя.

Держать себя в руках стоило мне немалых усилий. Но по дороге в школу я поняла, насколько приятнее получилось утро, чем если бы я продолжала сердиться. На ходу я даже принялась напевать «О какое прекрасное утро», пока смущенная Элиза меня не одернула.

Самый эффективный способ взбодриться — просто пошутить. Но это нелегко, ибо вид плачущего ребенка совсем не располагает к юмору. Однажды утром Элиза расхныкалась: «Не хочу в школу». Вместо того чтобы ее понукать, я шутливо ответила ей в рифму. С этого началась веселая игра в рифмы, которая позабавила обеих. Прием сработал гораздо лучше, чем если бы я принялась ворчать, к тому же доставил нам большое удовольствие.

Еще одна стратегия в духе Поллианны, к моему удивлению, помогла мне поддерживать хорошее настроение. Мне удалось перестроить свое отношение к рутинным хлопотам, убеждая себя в том, что мне нравится ими заниматься.

Например, когда приближался день рождения Элеоноры, я ужасалась тому, сколько предстоит хлопот. Надо было заказать торт-мороженое «Баскин-Роббинс» (это традиция семьи Рубин), выбрать подарки, оформить приглашения на наш семейный праздник. Все это требовало времени, а времени было жалко. Тогда я сказала себе: «Мне нравятся приготовления ко дню рождения Элеоноры! Это так весело! Ведь моя дочка вырастет и больше не будет маленькой девочкой!» И… это действительно помогло изменить мое отношение. Я также попыталась вообразить, как кто-то другой делает все эти дела вместо меня. Позволю ли я кому-нибудь другому устроить праздник для Элеоноры? Конечно, нет…

Мой друг рассказывал мне, что, когда одному его сыну было пять лет, а другому — три, они каждое утро просыпались в 6.00. По выходным они с женой пытались добиться, чтобы мальчики поспали еще или поиграли бы тихонько. Но безуспешно.

В конце концов он от этого отказался. Позволив жене оставаться в постели, он вместе с мальчиками одевался и уходил из дома. По пути он останавливался выпить кофе, потом они втроем шли в парк. Там мальчики играли в течение часа, прежде чем вернуться домой к завтраку.

Сейчас его сыновья подолгу спят в выходные дни. Но мой друг говорит, что те ранние прогулки — это его самые приятные воспоминания о тех временах. Раннее утро. Тихий парк. Мальчишки весело бегают по траве.

Дни тянутся долго, годы пролетают быстро.

Считаться с чувствами других

В этом месяце я продолжила свои изыскания и перечитала, уже в четвертый раз, сборник работ ведущих специалистов по воспитанию — Адель Фабер и Элейн Мазлиш, особенно их шедевры «Братья и сестры. Жизнь без соперничества» и «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили».[5]Я открыла для себя эти книги, когда моя подруга упомянула о своей знакомой семье, в которой дети вели себя так хорошо, как ей больше никогда видеть не доводилось. Позднее я познакомилась с этой парой и поинтересовалась, в чем их секрет. Они сослались на книгу «Как говорить, чтобы дети слушали». Я немедленно ее заказала и вскоре стала верной последовательницей Фабер и Мазлиш.

Их книги наполнены практическими советами и яркими примерами. Большинство книг для родителей на все лады толкуют, как важно ставить правильные цели. Словно кто-нибудь не согласен с тем, что детей нужно воспитывать вежливыми, спокойными, самостоятельными и т. д., и т. п. Все это прекрасно. Но как повести себя, когда ребенок в гневе опрокидывает чашку с хлопьями? Самый важный урок, который можно извлечь из книг Фабер и Мазлиш, очень прост и применим как к взрослым, так и к детям: мы должны считаться с чувствами других.

Иными словами, не следует игнорировать чувства гнева, раздражения, страха, недовольства. Наоборот, надо вслух выразить позицию другого человека с учетом его чувств. Очень просто, правда? Нет, неправда. Слишком часто я возражала детям, когда они настаивали на своих чувствах. «Клоуны совсем не страшные, ты их не боишься». «Не нужно тебе больше „Лего“. И с тем, что у тебя есть, ты не играешь». «Ты не голодна. Ты недавно поела».

Как бы это ни было наивно, я обнаружила следующее: даже если я просто повторяю слова дочери, показывая, что понимаю ее мнение, этого часто бывает достаточно для примирения. Например, я могла бы сказать Элеоноре: «Не ной, ты же любишь купаться!» Вместо этого я говорю: «Тебе хочется поиграть, а принимать ванну ты не хочешь, хоть уже и пора». Такая стратегия поразительно эффективна, и это заставило меня понять: дети капризничают не столько потому, что их заставляют делать то или это, сколько потому, что их мнение игнорируют.

Как же мне себя вести, чтобы дети поняли, что я считаюсь с их чувствами?

Записать. На моих детей, даже на еще не знающую букв Элеонору, производит сильное впечатление, когда я что-то записываю. Чтобы восстановить спокойствие, бывает достаточно взять бумагу и ручку и объявить: «Записываю: Элеонора не любит ходить в зимних ботинках».

Не обязательно говорить. Бывает, когда Элиза капризничает, я сажаю ее на колени и обнимаю минут пять. Когда мы встаем, она снова в хорошем настроении.

Не говорить «нет» или «перестань». Вместо этого я стараюсь объяснить, что понимаю их желание, но по какой-то причине не могу его удовлетворить: «Тебе хотелось бы еще здесь побыть, но нам надо идти домой, потому что папа забыл ключи». Ученые установили, что 85 % обращений взрослых к детям имеют негативное содержание — «нет», «нельзя», «прекрати». Надо постараться свести такие высказывания к минимуму. Вместо того чтобы сказать: «Нет, только после обеда», — я говорю: «Хорошо, съешь, когда пообедаешь».