Источник любви. Теория и практика "семейных расстановок" - Свагито Р. Либермайстер

Однажды мы видели явно негативное влияние умерших людей на ныне здравствующих членов семьи. К нам на расстановку пришел англичанин по имени Гарольд. Его проблемой были плохие отношения с отцом, который никогда не уделял ему достаточно внимания.

Расставив семью Гарольда, мы выяснили, что его дед (отец отца) принимал участие в Первой мировой войне. Несколько лет он воевал на передовой, находясь в нечеловеческих условиях. Он стал свидетелем огромного количества смертей. Во время расстановки выяснилось, что он стремится уйти из системы: его тянет к погибшим на войне товарищам.

Только после того, как заместитель клиента проявил уважение по отношению ко всем умершим во время войны и признал страдания деда, дед впервые смог посмотреть на сына и внука. Тогда и отец смог посмотреть на своего сына, нашего клиента. До этого отцу приходилось следовать желанию деда присоединиться к числу погибших, поэтому он просто не мог видеть сына.

Это пример того, как жертвы войны, не являющиеся непосредственными родственниками, оказывают влияние на всю систему. В данном случае такая глубокая связь между дедом и его сослуживцами привела к тому, что погибшие оказались «изгнанными членами семьи», нуждающимися в признании.

Так же как во время психотерапии мы обращаемся к своему внутреннему миру и исследуем те части нас самих, которые были вытеснены в подсознание, так и во время расстановки мы поворачиваемся лицом к нашим забытым предкам. Некогда они принадлежали нашей семье, и мы должны вернуть им принадлежащее им по праву место в системе. Мы признаем их существование, проявляя по отношению к ним любовь и уважение.

Предки, которых мы стремимся забыть, это чаще всего те, чья жизнь выходила за рамки общественных норм, или те, чьей жизни коснулись необычные обстоятельства: ранняя смерть, самоубийство или убийство, явная жестокость, допущенная либо ими самими, либо по отношению к ним.

Нередко остальные члены семьи считают такого родственника белой вороной, говорят о нем: «В семье не без урода» и стараются о нем не вспоминать.

Но именно те, кого мы предпочли бы забыть, больше всего нуждаются в том, чтобы их помнили. Признавая их существование, мы почти всегда обнаруживаем, что не испытываем негативных чувств по отношению к ним, обида, которую мы носили в себе столько лет, вовсе нам не нужна. И тогда они дают нам свое благословение – важный жест примирения и исцеления всей семейной системы.

Следующий пример показывает, каким образом умершие родственники могут дать нам свое благословение.

Розелла живет в Италии. Ее тетя, старшая сестра матери и первый ребенок бабушки Розеллы, умерла при рождении. В семье Розеллы говорить об этом было не принято.

В начале расстановки Розелла поставила заместителей себя, матери и бабушки так, что они смотрели в одном направлении и при этом не видели друг друга. Все указывало на то, что они смотрят на отсутствующего члена семьи.

Мы предположили, что не хватает мертворожденной тети, и добавили ее заместителя в расстановку, поставив лицом ко всем троим женщинам. Заместитель Розеллы тут же почувствовала себя лучше. Она обрадовалась, увидев тетю. Когда ее тетя легла на пол, символизируя таким образом свою смерть, Розелла легла рядом с ней, потому что чувствовала с умершей тетей связь.

Я попросил заместителя Розеллы встать и подойти к матери. Тогда бабушка подошла к старшей дочери и заплакала. Она встала на колени и обняла дочку. Все участники расстановки были глубоко тронуты и вместе с тем почувствовали облегчение.

В завершении расстановки я расставил женщин по порядку: сначала бабушку, затем тетю, мать Розеллы и саму Розеллу (ее заместителя). Затем я попросил бабушку познакомить мать Розеллы с ее старшей сестрой. Она сказала: «Это твоя старшая сестра. Она ушла очень рано. Она первая, а ты вторая».

Сестры – тетя и мать Розеллы – посмотрели друг на друга с любовью. Мать сказала: «Я рада тебя видеть. Здорово, что у меня есть старшая сестра. Ты всегда будешь в моем сердце». Указывая на Розеллу, она добавила: «Это моя дочь, пожалуйста, посмотри на нее и будь ей другом».

Розелла поклонилась бабушке и затем тете со словами: «Дорогая тетя, я – твоя племянница, пожалуйста, благослови меня».

Тетя улыбнулась. Тогда Розелла посмотрела на мать и сказала: «Мамочка, твоя сестра всегда будет в моем сердце. Я чувствую, как тебе ее не хватает. Спасибо, что ты осталась со мной».

Розелла и ее мать обнялись. На этом сессия завершилась.

Как видим, умерший член семьи, о котором забыли, обладает огромной силой, влияющей на всю семью. Бабушка не смогла как следует пережить скорбь по умершему первенцу. Возможно, она не справилась с болью потери и бессознательно стремилась последовать за дочерью. В таких ситуациях очень часто вошедшие в систему дети говорят: «Я сделаю это за тебя», как это было в случае Розеллы. Одним из проявлений этого желания могло быть то, что Розелла была словно бы «мертвой», то есть не позволяла себе наслаждаться жизнью.

Когда мы добавили умершую тетю в семейную систему и бабушка смогла выразить свое горе, ситуация завершилась. Тетя благословила Розеллу, и Розелле больше не нужно идентифицироваться с умершим предком. У нее появилась возможность жить так, как она хочет. Фразы, используемые в расстановках, помогают исцелить ситуацию. Члены семьи признают отсутствующего предка и выражают уважение порядку, в котором члены семьи вошли в систему. В основе переплетения этой семьи лежала невыраженная любовь бабушки по отношению к своему первенцу.

Когда мертвые благословляют живых, их сила оказывает позитивное влияние. Если мы искренне признаем их существование, то получаем поддержку рода и одобрение предков. Это позволяет нам расслабиться и вместе с тем заряжает энергией. Если же мы не можем вспомнить умершего предка или признать его немаловажную роль в нашей жизни, то лишаем себя его силы и не освобождаемся от его негативного влияния. Следуя законам коллективной совести, мы продолжаем идентифицироваться с его судьбой и соответственно не можем раскрыть весь свой потенциал.

Пытаясь избежать боли, мы забываем о тех наших родственниках, чей уход оказался для нас слишком болезненным. Однако так происходит не всегда. Иногда мы впадаем в другую крайность: «холим и лелеем» воспоминания о том, кого так любили. Мы никак не можем смириться с тем, что случилось, постоянно думая об этом человеке и о его преждевременной кончине. Таким образом мы его не отпускаем, не даем ему обрести покой.

Подобный протест против смерти может выражаться в решении жить в постоянном трауре. Вспомните английскую королеву Викторию, которая после смерти возлюбленного мужа носила траур всю оставшуюся жизнь и заставляла детей делать то же самое. Или же мы только и делаем, что говорим о покойном, возводя его на пьедестал и сочиняя в его честь хвалебные речи.

Такого рода поведение со стороны потомков покойного является своего рода неуважением, поскольку нарушает закон коллективной совести. Умерший был членом системы до нас, и то, что с ним произошло, это его судьба, в которую мы не имеем права вмешиваться. То, что мы его потеряли, вовсе не означает, что он был нашей собственностью. Его жизнь и его смерть – исключительно его судьба, и мы не можем ее изменить. У нас нет на это ни прав, ни возможностей.